Ирина Апексимова: «Голливуд разочаровать не может»

0

– Ирина, вы стали директором Театра Романа Виктюка, такая должность для актрисы – дело необычное.

– Почему? У Олега Табакова же получается сочетать и административную работу, и актерскую профессию. И у Татьяны Дорониной тоже все отлично выходит.

– Но вы-то о подобном предложении и не мечтали, наверное?

– Почему не мечтала? Очень даже. Когда мне позвонил глава департамента культуры Москвы Сергей Капков, я и минуты не раздумывала – сразу согласилась. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что не молодею, ролей предлагают все меньше, и потому занять себя новой кипучей деятельностью – это как раз по мне. Тем более что имею подобный опыт – открывала и уже четыре года назад закрыла свой продюсерский центр, шишек себе изрядно набила.

– Вы что-то репетируете у Виктюка?

– Пока не найден для меня материал, нет яркой, необычной роли. Мы оба с Романом Григорьевичем понимаем, что в какой-то проходной вещи меня занимать не стоит. А репетирую я сейчас пьесу, которая была очень популярной в 1980-е годы, – Александра Гельмана «Скамейка» – о встрече мужчины и женщины, о возникшем чувстве между ними – идея моя, я же являюсь продюсером. Моим партнером стал Гоша Куценко. Я очень люблю с ним работать – мы шесть лет уже играем в антрепризном спектакле «Игра в правду». Гоша необыкновенно чуткий актер и открытый, добрый, близкий мне человек.

– Зритель вас знает прежде всего как актрису сериалов, а вы так преданы театру.

– Я считаю для себя театр приоритетным. И с ролями, и с режиссерами мне в театре повезло больше, чем в кино. Какие образы у меня на экране? Деловая леди, предводительница мафии, телохранительница, девушка-боец. Сейчас в Питере снимаюсь в сериале «Разведчица» в главной роли. Я борюсь с этим имиджем решительной и волевой женщины, но вижу, что бесполезно. Надо принимать, что тебе дает судьба. Когда я начинала сниматься в сериалах в 1990-х годах, вообще ничего не было в кино. Мой однокурсник Женя Миронов говорил: «Надо сидеть и ждать хороших ролей, ты ведь замечательная актриса, сериалы тебя испортят». Но это, во-первых, было все равно интересно, и, как ни говори, это работа, без которой я не могу существовать. Во-вторых, здесь финансовая составляющая. Мы с бывшим мужем были тогда голые и босые. И Дашу надо было растить.

– Вы считаете себя счастливой актрисой?

– Да, конечно. У меня были потрясающие десять лет во МХАТе, где я играла ведущие роли в «Дяде Ване», «Горе от ума», «Маленьких трагедиях», «Борисе Годунове». И сегодня моя жизнь наполнена событиями. Я счастливый человек. А завтра посмотрим, как сложится.

– Из театральных постановщиков кто вам близок?

– То, что я сейчас скажу, вовсе не связано с тем, что я стала директором в Театре Романа Виктюка. Но как раз Виктюк – это абсолютно мой режиссер. Все, что мы с ним делали, а я играла у него в двух спектаклях – «Наш Декамерон XXI» и «Кармен», – это были очень глубокие, серьезные работы.

– Не жалеете, что не остались в Америке? Вы ведь там снимались не в одном фильме. Или вас Голливуд чем-то разочаровал?

– Голливуд разочаровать не может. Но мне казалось, что я там никому не нужна. Было ощущение, что я теряю все. Здесь я была ведущей актрисой МХАТа, а в Голливуде… Думаю, он бы меня проглотил без остатка и никто бы меня не заметил. Посмотрите, ни у кого из русских актеров ничего не получилось в Америке. Менталитет другой. Может быть, если бы я была москвичкой, то, очутившись в Голливуде, я бы захотела его завоевать. А я и так уже преодолела столько всего, чтобы добиться признания в Москве. Приехала из Одессы, один выговор столько времени пришлось выправлять. Я сделала огромный рывок, которому и сейчас радуюсь. Я люблю Москву, ее ритм, ее темп.

– Есть то, что сегодня увлекает не менее актерства и директорства?

– Я сделала год назад сольную программу, которая называется «Одесситка», – пою песни одесские блатные, уже многими забытые. А я жила в этой среде, я знала эти песни с детства. Набралась целая коллекция, в том числе из репертуара Леонида Утесова, Клавдии Шульженко, Петра Лещенко, Изабеллы Юрьевой. Однажды с дочкой вместе пели, была такая проба.

– Даша определилась в выборе профессии?

– Да, она студентка второго курса Школы-студии МХАТ. Мне нравится, что она пошла по той же стезе, что и я. И я рада, что сегодня у нас установились товарищеские творческие отношения. Мы как подруги, у нас похожие увлечения, нам интересно друг с другом.

– Вы не раз называли себя авантюристкой. Любите в себе это качество?

– Да, мне это очень нравится. В этом смысле я в своего папу. Он был удивительным авантюристом. Много всего придумывал, и у него все всегда получалось. Вот мама другой человек. Хотя далеко ли она ушла от него? Бросить все – поменять квартиру в Одессе на какую-то вонючую коммуналку в Москве только для того, чтобы дочь могла здесь жить и учиться! У нее в молодости не получилось уехать в Москву, стать актрисой. Но она сделала все, чтобы это получилось у меня. Я ей очень благодарна.

– Вы часто плачете?

– Плачу, но не часто. Сдерживаюсь, чтобы близких не ранить, чтобы они не переживали. И не хочу, чтобы мои слезы видели чужие люди, которым на меня наплевать.

– А роли проецируются на вашу жизнь?

– Нет, нет, это же работа. Я не смешиваю жизнь с работой. Конечно, у меня развит этот инструмент актерский – умею мгновенно включить какую-то кнопочку, вызвать нужную эмоцию. Но я не позволяю себе актерствовать в жизни. И не могу сказать, что у меня психика расшатанная, чем любят бравировать некоторые актрисы. Я могу рассчитать свои эмоции.

Елена Добрякова
«Невское время»

Share.

Comments are closed.