Хью Лори: «Я менее циничен, чем доктор Хаус»

0

Часто, когда персонаж становится распространенным и популярным, люди забывают, что за ним стоит реальный актер. Но Хью Лори совсем не волнуется, что Грегори Хаус может украсть его душу.

«Шутки – это то, что я могу делать вполне прилично»

Отец актера был уважаемым врачом. Он умер в 1998 году, а сам Хью открыто говорит, что хотел бы, чтобы отец увидел достижения своего сына. «Надеюсь, он бы мной гордился, – произносит Лори очень тихо. – Но я, будучи фальшивым доктором, зарабатываю куда больше денег, чем мой отец когда-либо получал за свой нелегкий труд».

Мать Лори умерла еще до того, как ему исполнилось 30. У нее было четверо детей, Хью был младше других на несколько лет и из-за разницы в возрасте всегда чувствовал себя обособленным: «Я равнялся на брата и сестер, они были такие взрослые. Они казались мне самостоятельными и мудрыми. У них на все были ответы. Я полагал, что я – единственный, у кого есть проблемы. А им казалось, что моя жизнь – сплошное мороженое. Не знаю, кто из нас был прав. Я, в общем-то, рос сам по себе. Как бывает со многими детьми, не нашедшими еще места в жизни, у меня были яркие фантазии. Они и до сих пор со мной. Что бы я без них делал?»

Лори быстро узнал ценность шуток и шоуменства. «Я был чем-то вроде клоуна в классе, хотя и не впадал в безумство с этим, – говорит актер. – К 9 или 10 годам, после того как выиграл приз в школе за актерскую постановку, я уже знал наверняка что шутки – это то, что я могу делать вполне прилично. И, конечно, это был просто способ повыделываться перед девочками, быть замеченным ими. Так эти вещи и начинаются: ты пытаешься заставить девушку смеяться. И спустя 40 лет, ты все еще гадаешь, хорошо у тебя получилось, или нет».

Перед тем как приняться провоцировать гогот и животный смех, Лори осуществил короткую, но впечатляющую карьеру в гребном спорте. Как и его отец, золотой олимпийский медалист на играх 1948 года, Лори был гребцом. Представляя Англию, он выиграл Национальный чемпионат среди юниоров на двойках в 1977 году и занял 4-е место в Мировой чемпионате по гребле среди юниоров. Хотя серьезная болезнь вынудила его уйти из гребцов в 1980-ом, актер видит схожесть между спортом и его призванием к искусству: «И там, и там – ты смотришь назад, двигаясь вдаль от направления, в котором направлен твой взгляд. Когда ты смотришь на карьеры других людей, очень легко смотреть на вещи, как будто они были придуманы, планированы, воплощены – как они явно прошли от А до Я через серию просчитанных решений. На самом деле, я думаю, мы все смотрим назад, бредя, спотыкаясь, от одного места к другому, от одной вещи к другой, и только в ретроспективе все это обретает форму: “А, да, я оказался здесь, потому что тогда я принял это решение, и оно привело к этому месту, этому решению и этой карьере”».

«Я должен понимать все, что я играю»

Вскоре после ухода из спорта, Лори присоединился к Драматическому клубу Кэмбриджа «Подмостки», широко известной комедийной труппе, где он встретил друзей-актеров Эмму Томпсон и Стивена Фрая. Хью быстро стал модным именем в Англии, появившись вместе с Роуэном Аткинсоном, большинству известным как мистер Бин, в популярной серии Ричарда Кертиса «Черная гадюка», а также сыграв с Фраем в сериале «Дживс и Вустер». С конца 80-х до середины 90-х Лори вел блистательное британское комедийное ТВ-шоу A Bit of Fry & Laurie вместе с Фраем. «Я бы с удовольствием рассказал бы вам об этом, но, к сожалению, я совершенно ничего не помню. Вообще. Ни о чем, правда. Я абсолютно бесполезен, – говорит Хью. – С таким же успехом я мог бы родиться этим утром. Где-то в 9 утра. У меня было быстрое и любящее воспитание. Наверное».

Актер – саркастичный, остроумный и временами очень смешной – продвигался в своей карьере на большом экране медленно, но уверенно, появляясь в некоторых неожиданных местах, включая фильм его подруги Томпсон, оскароносный «Разум и чувства», и «101 далматинец». Хотя Лори появился более чем в дюжине американских фильмов, только с 2004 года, после премьеры «Хауса», за которого получил несколько Золотых Глобусов, его по-настоящему признали в Штатах. Но успех на малом экране не означает, что он не станет продолжать свою работу в «полном метре». Лори уже появился наряду с Киану Ривзом и Форрестом Уитакером в «Королях улиц», а сейчас занят в нескольких других проектах.

Но «Доктор Хаус» все же остается большой частью его жизни, тем более, недавно было объявлено, что сериал продлен на еще один сезон, старт которого придется на сентябрь этого года. Лори идеально вписался в роль саркастичного врача: «Перед тем, как приступить к съемкам, я хотел провести время в американской больнице, потому что процедуры там очень отличаются от английских или французских больниц, но не смог. На съемочной площадке имелись доктора, у которых я мог уточнить: “Когда я сказал то-то, что имелось в виду?” Я должен понимать все, что я играю. За десять-двадцать минут я изучил, как функционирует васкулярная система. Но правда, еще через двадцать минут я все забываю.
Создатель сериала Дэвид Шор был вдохновлен Шерлоком Холмсом, который был скрипачом, и сам Лори играет на фортепиано, гитаре и саксофоне. Она позволяет проявить логическую, математическую сторону Хауса, а также способность импровизировать и удивлять. А вот Хью придумал для своего героя неизменные баскетбольные кроссовки, которые сам коллекционирует: «В больнице обычное дело носить спортивную обувь, потому что там все время проводишь на ногах. Но я нахожу очень пикантным для персонажа, который не может ни бегать, ни играть в баскетбол то, что он носит именно этот вид обуви. Это его манера демонстрировать, что он хочет быть свободным».

Лори – британец, но превосходно играет роль американца: «Я попробовал играть его со своим английским акцентом: это продлилось десять минут, и я сказал себе, что это не работает. Существует достаточно преград, разделяющих доктора Хауса и его публику: он одинок, саркастичен, желчен и так далее. Это отталкивает. Не было необходимости добавлять еще и элементы другой культуры. Для меня использование американского акцента является самой трудной вещью. Так же, как хромать».

«Я весьма суров сам с собой»

Лори открыто говорил о своей борьбе с депрессией в 1996 году, когда ему даже пришлось обратиться за помощью. «Лучше б я молчал об этом, – признается актер. – Это пример того, как я открываю настежь двери и доверяю всем, а потом спускаюсь вниз и обнаруживаю, что телевизор пропал. Теперь этому аспекту моей жизни уделяется незаслуженно большое внимание. Не хочу, чтобы все думали, что мне не о чем поговорить, кроме как о своей несчастной доле. И, конечно, люди реагируют на это специфически: “Да ему невероятно повезло в жизни! О чем тут еще можно ныть?” Помню, однажды смотрел какое-то шоу с участием Мела Гибсона: его спросили, верит ли он в загробную жизнь. Гибсон ответил: “Я не верю, что это — все, что у нас есть”. И я подумал: “Погоди-ка. Ты — Мел Гибсон. У тебя миллионы долларов. Ты красивый парень, ты награжден всеми мыслимыми благами, какие вообще могут быть у мужчины. И тебе этого мало?” Вот поэтому я не люблю рассказывать о всяких своих мелких проблемах. Я сам себе говорю: “Ой, ради бога, Хью, соберись уже”.

С другой стороны я знаю, что депрессия — это болезнь. Мы, команда “Хауса”, гордимся тем, что поддерживаем Национальную ассоциацию по психическим расстройствам. Мы привлекли внимание населения к этой проблеме. Как ни странно, это все еще большое табу – люди не хотят об этом говорить».

Несмотря на успех и популярность, порой Лори до сих пор чувствует неуверенность в себе: «Думаю, я пытаюсь изгнать неприятности постоянным ожиданием их. Возможно, таким образом, я прошу богов не слишком со мной свирепствовать. Я сам с собой весьма суров, так что им как бы не нужно добавлять к этому, вносить свою лепту. Я уже прошел через все худшее, даже прежде чем оно произошло». Как может человек, симпатизирующий себе так мало, дарить и принимать в дар любовь? Лори медлит с ответом. «Слушайте, я не знаю, – говорит он, в конце концов. – Мне придется потратить тысячи долларов на терапию, чтобы найти ответ на этот вопрос. Хороший вопрос».

«Когда достигаешь пятидесяти, некоторый цинизм неизбежен»

Актерская игра – это не единственный способ его творческого самовыражения. Помимо этого, Лори играет на клавишных и на саксофоне в группе, состоящей из звезд ТВ-шоу. Хью говорит, что наслаждается временным мораторием на раздражающие вещи, пока ему приходится справляться с жестким графиком съемок «Хауса»: «Профессиональным музыкантам приходится много репетировать, а музыкантам-любителям нужно репетировать намного, много больше. У меня не было достаточно времени, чтобы стать хотя бы любителем, и я начал ненавидеть это чувство, когда ты добираешься до конца песни и только тогда понимаешь, что это была за песня, и как ее нужно было играть».
Лори чуть добрее к себе, когда обсуждает «Торговца пушками» (The Gun Seller), его литературный дебют 1997 года, шпионский триллер, захватывающе запутанный и хулигански смешной. Предполагалось, что он станет первой в серии из шести книг. «Мне кажется, что с ним я, возможно, неплохо справился, – признает Лори. – Хотя я работаю над сиквелом уже 10 лет на сегодня, и чувствую себя ужасно виноватым за то, что до сих пор не закончил его. Я готов принести свои извинения издателю и тем двум или трем фанатам, которые так долго и терпеливо ждут».

Критики говорят, что герой романа Лори Томас Лэнг во многом похож на доктора Хауса, хотя Хью написал книгу за восемь лет до того, как начал сниматься сериал. «По-моему, это два очень разных персонажа, – рассказывает сам актер. – Томас Лэнг – оптимист, может быть несколько уставший, циничный, но он счастливый человек. В свою очередь доктор Хаус очень несчастный, мучимый, ожесточенный. С другой стороны, у них одинаковое чувство юмора и способность услышать. Эти два человека пересекают экватор своего жизненного пути. Когда достигаешь пятидесяти, некоторый цинизм неизбежен. Я сам не пытаюсь быть циничным, во всяком случае, не так, как доктор Хаус. Но я разделяю юмор этих двух персонажей. Томас Лэнг является более близким выражением того, чем есть я».

Что подтолкнуло Лори к писательскому ремеслу? «Я начал вести личный дневник, – рассказывает Хью, – но очень быстро соскучился из-за рутинности своего существования. До такой степени, что у меня не было желания самому читать его! Я стал придумывать взрывы, погони, прекрасных женщин. Это началось для меня как игра. Я писал без четкого плана, по нескольку страниц в день, которые я показывал своей жене. Это уединенная работа. Я чуть не сошел с ума. Но это действительно возбуждающе видеть, как реальный мир исчезает и уступает место воображаемому».

С таким количеством артистических дарований, Лори всегда есть что сказать. Неправда, настаивает он. «У меня никогда не было побуждения выразить себя, на самом деле. В этом нет ничего сознательного или преднамеренного. Я просто слоняюсь туда-сюда, пробуя себя в разных вещах. Я не получаю удовольствия от многих вещей, которые интересны другим людям. Но я действительно получаю радость от работы, и наслаждение часто приходит довольно неожиданно от этого процесса».

В период переезда Лори в Лос-Анджелес трое детей Лори были в том возрасте, когда менять школу очень нежелательно. Поэтому жена, дочь и двое сыновей остались в Англии и часто летали к нему в гости. И хотя Хью говорит о Джо Грин, на которой женат почти 20 лет, только хорошее, в целом он предпочитает уклоняться от разговоров о семье. Когда Лори все же бывает в Лондоне, то с двумя сыновьями регулярно посещает боксерский клуб в Kentish Town. По словам одного из тренеров, актер находится в полутяжелой весовой категории: «Он очень, очень сильный, подвижный, и он серьезно настроен. Он без проблем делает то, что делают боксеры помоложе, и если бы он не был так хорош как актер, он добился бы успехов в профессиональном боксе».

Сейчас он уже купил дом в Лос-Анджелесе, упрощая для жены и троих детей переезд туда. «Без них поблизости я становлюсь довольно безумным, примерно трижды в неделю, – говорит Лори. – Это может проявляться разными путями. В смысле, кого еще вы знаете, кто способен поймать мяч концом трости?»

Подготовила Лина Лисицына
По материалам House-md.net.ru, People’s History

Поделиться.

Комментарии закрыты