Топ-100

Константин Райкин: Свою славу взял измором

0

На днях, дабы представить свой нашумевший спектакль «Азбука артиста», в Киев пожаловал сам Константин Райкин. Спектаклем, кстати, удивлять капризную публику, артист собирается 26 ноября. А пока рассказал журналистам, как отказался от съемок у Спилберга, почему больше не комплексует из-за славы отца и чего боится больше всего на свете.

– Константин Аркадьевич, чем собираетесь удивлять капризную столичную публику?

– Да вот, 26 ноября мы привезем спектакль «Азбука артиста» – он один из семи названий в нашем репертуаре. Мы уже много лет играем только семь названий, любое восьмое у нас вытесняет какое-то из предыдущих и их опять становится семь – по дням недели. Тогда спектакль идет 4 раза в месяц, не забывается и остается в форме. Мы его возили по Европе, США, по России, Канаде. Он такой востребованный.

Я сам в нем участвую, кроме меня много молодых артистов моего театра, которые были моим курсом в Школе–студии МХАТ, который целиком влился в театр «Сатирикон». Мы с ними решили сделать спектакль о том, как становятся артистами, как обучаются актерскому делу. В общем, забавные номера на сцене. И сам кое-что показываю. Из этого и складывается такой спектакль-шоу. Это все сделано из конкретных материалов занятий.

Спектакль, в результате, нашему театру не стоил вообще ничего. Ну, разве что костюмы пошили. Мы это играем фактически на пустой сцене.

– Не так давно ваш знаменитый театр отпраздновал солидный юбилей – 70 лет. Как отметили?

– Отпраздновали тихо, без большой пены – сыграли один из наших последний спектаклей, пригласили наших старых работников и разошлись по домам. Изменения в нем за эти годы произошли огромные – это ведь был эстрадный, маленький, он был уникальный благодаря гению папы, это вообще был театр одного актера. Он превратился в драматический театр. Сейчас он ансамблевый, без какого-то явного лидера. Я понимаю, что я им руковожу, но и играю, причем главные роли, и считаю, что это правильно – не в эпизоде же играть мне, в конце концов! Но все-таки большая часть спектаклей в репертуаре обходится без моего участия, а театр при этом процветает – зрители ходят не только на Райкина, а на целый ряд замечательных артистов.

– А в кино почему не снимаетесь?

– Мне не очень интересно работать в кино. Если сравнивать с тем, что каждый день мне приходится делать в театре, я ни на что это не променяю. У меня есть много примеров, когда я отказывал режиссерам. Например, Герману, Спилбергу. При этом думал, что я – единственный, кто сразу сказал нет на предложение Спилберга. И потом еще сумма была неплохая, 17 млн. долларов… Я сказал «нет» сразу, не задумываясь… А когда был юбилей у Эльдара Рязанова, которого я очень люблю как зритель, я ему сказал: «Эльдар Александрович, я вас обожаю как режиссера, но в вашем творчестве есть один небольшой изъян – вы никогда меня не приглашали сниматься. Я вас прошу: пожалуйста, пригласите меня. Вы не бойтесь: я все равно у вас сниматься не буду! Но в списке режиссеров, которым я отказал, нет Рязанова».

– Раньше вы часто признавались, что комплексовали при упоминаниях, что вы сын Аркадия Райкина…

– Знаете, когда я обучался актерскому делу, я всегда знал, что не совсем актер, точнее, не только актер. Всегда знал про себя, что я буду заниматься чем-то еще смежным. И так оно и получилось, хотя журналисты меня время от времени пытались поколебать в этом смысле. Когда я учился на актера, то многие не могли с этим смириться, что сын великого артиста может быть и сам хорошим артистом, ну потому что есть эти глупые принципы насчет «природы», которая вроде бы «отдыхает»… Это вообще полная фигня, потому что я могу назвать миллион фамилий великих детей великих родителей. В общем, когда я пошел по пути актерства, все считали, что у Аркадия Райкина сын хорошим артистом быть не может. Потом им объяснили, что я, скорее, хороший артист, чем плохой. Но к этому времени я стал уже художественным руководителем театра. И вот с тем, что я могу быть хорошим художественным руководителем, они никак не могли смириться. Через время им объяснили, что я хороший худрук, потому что у меня ставят лучшие режиссеры страны, делают свои лучшие спектакли. Тогда им пришлось признать, что я еще и худрук неплохой. А я к этому времени еще и режиссурой занялся. Ну, тут они: не может быть, чтобы он еще и режиссером был! Ну, ничего. Я их измором взял.

– С высоты прожитых лет можете сказать, что считаете себя успешным человеком?

– (Смеется.) Когда слышу «успешный» применительно ко мне, то чувствую себя идиотом, потому что время от времени я играю плохо, даже какие-то провалы бывают… Эта театральная лошадка никого не держит прочно и время от времени сбрасывает любого чудака, с любым опытом и любыми регалиями. Время от времени падаешь, и бывает очень больно. Это ощущение, которое в этой профессии неизбежно. Когда меня спрашивают: чего вы боитесь больше всего – вот неуспеха боюсь, больше смерти. Еще раз такие вещи пережить профессионалу не пожелаю, это ужасно. Другое дело, потом эти ошибки бывают для тебя полезнее успеха.

Александра Дроздова,
«Новая»

Share.

Comments are closed.