Максим Матвеев: «Семья – роль, которую нельзя провалить»

0

Максима Матвеева часто называют везунчиком. Еще бы! Женился на дочке самого Михаила Боярского, да и у режиссеров нарасхват. Однако было время, когда артист чувствовал себя никому не нужным, закомплексованным провинциалом.

«Ермакова не призывала меня меняться»

Максим Матвеев родился 28 июля 1982 года в городе Светлый Калининградской области. Ему было три года, когда от них с мамой ушел отец. Мальчик стоял на остановке, ревел и махал рукой вслед автобусу. С тех пор он начал превращаться в нелюдимого и зажатого парня: «Мама билась на десяти работах, домой приходила очень поздно, совсем без сил. Так что воспитывал меня дед, Владимир Михайлович. Я ему многим обязан, до сих пор как главную семейную реликвию храню его дневник.

Отец же так больше и не возник в моей жизни, – рассказывает Матвеев. – Папой я давно считаю совсем другого человека. Мне было десять лет, когда появился Леша. Он влюбился в маму, женился на ней и увез нас на свою родину в Саратов. С того времени моя жизнь кардинально изменилась. Леша быстро наладил со мной контакт, любил меня, как сына, и вся его волжская родня тепло приняла нас с мамой. Они оказались людьми очень эмоциональными: громко разговаривали, смеялись, крепко обнимали меня и целовали. И я потихоньку оттаял».

Учиться Матвеев собирался на юридическом, но потом все изменил бал медалистов. «Конечно, в школе я самодеятельностью увлекался от души – была такая “Директория”, которая занималась организацией вечеров, концертами, я газеты всякие рисовал, пел, но серьезно к этому не относился, – вспоминает Максим. – Районный бал, где нам вручали памятные часы, вел актер Владимир Смирнов. Там проводились всякие игры и конкурсы, в которых я участвовал, и он подошел ко мне и спросил: “Молодой человек, а вы не хотите поступать в театральный? На курс Валентины Александровны Ермаковой”. Он назвал мне все ее регалии. Я не знал, кто это такая, хотя ее дипломные спектакли на театральном факультете гремели тогда в Саратове.

До этого момента я в театре был два раза в жизни: один раз на детском спектакле “Маленькая Баба Яга” в Тюзе, а второй, чуть постарше, – на “Семейном портрете с посторонним”, там же. Нас школой водили. Смирнов попросил записать телефон Ермаковой. Я воспринял это как шутку, однако номер взял. Пришел домой, и тоже ради шутки рассказал маме с папой, они тоже посмеялись, но, видимо, внутри все же какой-то “таракан” засел. Тетя моя, которая в это время у нас гостила, сказала: “А что? Позвони, сходи, попробуй”. И я позвонил».

Ермакова быстро разглядела талант молодого артиста, даже взяла его сразу на второй курс. Она не боролась с «вредными» качествами Максима, такими как застенчивость: «Валентина Александровна обращала на нее мое внимание, считала это качество достоинством. Говорила, что таким людям трудно бывает, но не призывала меняться, – вспоминает Максим. – Она любила повторять, что профессию составляют один процент таланта и девяносто девять процентов труда. Это была ее коронная фраза. Она не любила наглых людей, демонстрирующих себя, даже если они были одарены».

«Тодоровский стал наставником в кино»

Оканчивая Саратовскую консерваторию, Матвеев уже играл главные роли в двух дипломных спектаклях – Нижинского в «Божьем клоуне» Гленна Бламстейна и Дона Гуана в «Каменном госте» Александра Пушкина. Эти постановки шли на большой сцене Саратовского драматического театра, и  Матвеева охотно взяли бы туда в штат. Но он хотел учиться дальше и поступил в Школу­-студию МХАТ.

Во время учебы его настойчиво звали сниматься в кино – и в сериал «Бедная Настя», и в «Адъютанты любви». «И квартиру они мне обещали, машину, все возможные блага – но мозгов хватило туда не пойти, – говорит Максим. – Тут, правда, так сложилось, что у меня ещё с первого курса театральная работа началась. Меня взял к себе Табаков, так что жизнь была весьма насыщенная в творческом плане. Наверное, если бы так не было, то я бы больше подумывал о кино. Но мой мастер, Игорь Яковлевич Золотовицкий, говорил: “Подожди”. Москва в этом плане дает очень много возможностей, но иногда не очень хороших. Вот и Женя Миронов твердил: “Никуда не суйся, ни на какое г**но не соглашайся”. Я свято в это верил, не знаю, получилось ли».

В итоге в кино Матвеев попал только в 2006-м, это был фильм «Тиски» Валерия Тодоровского. «Когда режиссер именно такой, с тебя немного снята ответственность за то, что увидит зритель на экране, – говорит Максим. – Потому что есть человек, за которым ты можешь идти. И мне важно было, чтобы этот человек меня заметил и захотел снять в кино. Так что когда уже возник Валерий Петрович, для меня это уже было как “все, слава Богу, я дождался”. Конечно, порой сложно было приспособиться  к кинопроцессу, но Тодоровский относился к нам, как настоящий наставник».

Кстати, изначально режиссер пригласил Матвеева в другую свою картину – «Стиляги». Но так как это был первый опыт постановки мюзикла в России, подготовительный период затянулся. А чтобы не утерять запал и энтузиазм, Тодоровский решил снять фильм по сценарию, который уже лежал на столе готовым. «Работать с ним было потрясающе, до сих пор я рад, что именно с него началась моя работа в кино», – говорит Максим.

«Война – бессмысленная вещь»

Позднее артист появился в проектах «Сказка. Есть», «Мосгаз», «С новым годом, мамы». Сыграл в картине «Август. Восьмого»: «Съемки здесь были настоящим удовольствием, – вспоминает Максим. – Была проведена очень большая подготовительная работа. Все артисты, задействованные в военных сценах, несколько месяцев проходили подготовку в центре специальной подготовки МВД РФ. Там нас обучали премудростям профессии люди, которые прошли всевозможные военные точки, люди с колоссальным опытом. Мы учились работать с оружием, изучали тактику боя и так далее. Опыт, конечно, бесценный. Тогда я понял, что война – это бессмысленная вещь. Обстоятельства, которые рождают в людях против их воли дикую агрессию. Когда понимаешь, что приходится военным переживать, то начинаешь ценить окружающую действительность. Пожалуй, это я и вынес».

А недавно Максим сыграл в экранизации романа Стефана Цвейга «Нетерпение сердца», она переносит зрителя в период накануне Первой мировой войны. Главный герой этой истории – поручик уланского полка Александр Григорьев (Матвеев), который выигрывает у знакомого аптекаря приглашение в дом местного богача – коммерции советника Стаховского. Там он знакомится с его прелестной племянницей Ниной, влюбляется в нее и танцует с ней весь вечер. Однако потом решает, что вежливо было бы пригласить на танец и дочку советника Леру. Вот только та в ответ начинает лишь горько плакать.

Оказывается, несколько лет назад Лера упала с лошади и осталась прикованной к инвалидному креслу. Григорьев становится частым гостем у Стаховских. Лера же влюбляется в поручика. Однако Григорьев на страсть Леры может ответить только сочувствием. «Раньше мне не приходилось играть подобных ролей, – говорит Матвеев. – Моему персонажу приходится делать выбор между  любовью и состраданием. Это очень интересная история».

«Любовь дает силы для развития»

Сам Максим же как-то сказал, что по части любовных переживаний был очень поздним: «Обычно мальчишки начинают влюбляться еще в детском саду, меня же впервые девочка взволновала в 11­ классе. Мы с ней недолго встречались, но у нас до сих пор хорошие отношения. Сейчас она живет в Германии, но иногда приезжает, мы видимся, болтаем о жизни». Уже в Москве, во время работы над спектаклем «Сорок первый», Максим влюбился в актрису Яну Сексту. Молодые люди поженились, только вот семейное счастье продлилось всего пару лет. Однажды Матвеев уехал на съемки фильма, где снималась и Лиза Боярская. Там и начался их роман, после которого Максим оставил Яну и женился на Боярской.

«Долгое время в любви я был больше теоретиком, чем практиком, – говорит Матвеев. – Раньше самые сильные эмоции у меня вызывали не любовные переживания, а кино и сцена. О личной жизни я особенно не задумывался. Сейчас понимаю, как был не прав. Любовь дает силы для развития, для творчества, она питает и наполняет смыслом жизнь. Семья и профессия – два сообщающихся сосуда: чем насыщенней любовные отношения, тем больше гармонии в профессии. И наоборот. Пожалуй, для меня любовь – это когда встречаешь человека, с которым дышишь в такт». Актер не мог не провести аналогии семейной жизни с миром кино: «Семья – это как новая роль, очень важная, которую нельзя провалить».

После свадьбы Максим и Лиза продолжили жить в разных городах. Матвеева пригласили играть в Московский театр им. Чехова, и актер дал согласие, предварительно обсудив решение с женой. Лиза, в свою очередь, работает и живет в Санкт-Петербурге. Михаил Боярский сделал молодоженам роскошный свадебный подарок, презентовав квартиру на Невском проспекте. Однако пара предпочла жизнь на два города. Сам Михаил Сергеевич счел взаимоотношения дочки и зятя странными.

Максим же очень хотел ребенка, и когда узнал, что Лиза беременна, серьезно готовился стать папой. Для этого записался на курсы молодого отца: «Там меня научили не только пеленать, кормить, ухаживать за ребенком, – рассказывает актер. – Естественно, я присутствовал при родах. Это выбор и желание каждого мужчины в отдельности. У меня лично никаких сомнений по этому поводу не было. Курсы молодого отца были еще и очень полезным жизненным опытом. Нас было тринадцать отцов, и однажды акушер-гинеколог задала вопрос: “Кто из вас планирует в будущем применять физические методы воспитания?” Десять мужчин из тринадцати сразу же подняли руку. Кто-то пометался, а я сидел спокойно. Затем последовал второй вопрос: “А к кому из вас применялись методы физического воспитания в детстве?” Из тринадцати подняли руки все, кроме меня. Тогда доктор спросила: “Что вы чувствовали, когда к вам применяли физическую силу?” Кто-то сказал: “Я чувствовал обиду”, кто-то: “Я чувствовал испуг”. Меня же не то что не пороли, подзатыльника ни разу не дали. Воспитывали добротой, разговорами, логическими доводами, убеждениями. Ребенок ведь тоже человек, и очень не глупый. На самом деле нам надо у детей учиться».

В Петербурге Максим с Лизой дружат с фондом «Солнце». К тому же Матвеев является одним из учредителей организации «Доктор клоун», которая занимается социальной и культурной реабилитацией детей с тяжелыми заболеваниями: «Мы работаем с детской клинической и другими больницами в Москве, число волонтеров-клоунов постоянно растет. Это особый вид деятельности – больничная клоунада, игротерапия, она имеет большой опыт работы за рубежом, а у нас только набирает обороты. Волонтеры в клоунских нарядах приходят к детям в больницу, чтобы скрасить их пребывание. Увлекшись этим, я не только обзавелся клоунским носом, но даже фокусы научился показывать. У “Доктора клоуна” есть филиалы в Петербурге, Екатеринбурге, Орле, в Риге».

Кроме того, как-то Максим участвовал в благотворительной акции «Мой папа помогает детям», где готовил шоколадное печенье. «На самом деле я очень люблю готовить, – признается Матвеев. – Жизнь актерская – кочевая, и когда добираешься до дома, то готовишь с особым удовольствием. Лизе очень нравится, как я готовлю рыбу, хотя раньше она рыбу не любила. Хотя у меня нет особых секретов и рецептов – просто запекаю форель или лосося, добавляя рис или спаржу. Говорят же, главное – не специи, а душу вкладывать. По-моему, нет ничего ценней и вкуснее, чем приготовленное своими руками блюдо для любимой женщины».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Зеркало», «Невское время», Kino-teatr.ru, «Юга», «Сегодня»

Поделиться.

Комментарии закрыты