Максим Щеголев: «Подсовывал свои фото даже буфетчицам»

0

Работу в кино актёр Максим Щеголев успешно сочетает со службой в Театре Луны, в который его приняли ещё студентом ГИТИСа. Максим снялся почти в 60 фильмах, в их числе «Второе дыхание», «Девичья охота», «Карпов», «Брак по завещанию», за который получил кинопремию.

– Максим, тяжело было завоёвывать Москву?

– Ну, Москву, насколько я знаю, ещё никто не завоевал (улыбается). Когда учился в ГИТИСе, при любой возможности прыгал в метро и ехал либо на киностудию Горького, либо на «Мосфильм». Либо кто-то узнавал, что возникла новая студия, и я мчался туда. Тысячи фотографий были разнесены, и в тысячах кабинетов мне сказали: «Идите прочь!» Сейчас тем же путем проходит мой брат. И ему ещё труднее. Вот был неделю назад на «Мосфильме», там везде развешаны объявления «Фотографии не предлагать!» А мы в своё время даже буфетчицам подсовывали свои фотографии в надежде, что режиссёр случайно увидит.

Первое время, когда приехал в Москву, жил в общаге на Красногвардейской. И месяца 2-3 у нас часто случались инциденты с местными хулиганами. Доходило до мордобития. В «Театре Луны» подрабатывал уборщиком, мыл посуду, меня за это кормили, давали прибавку к стипендии.

– Читала, что вы мечтали стать стоматологом. Как же попали в артисты?

– У моих родителей не было материальных возможностей, чтобы платить за обучение. Я начал искать другие варианты. И мне предложили поступить в Воронежскую государственную академию искусств.

– Вот прямо так вдруг?

– Я профессионально занимался танцами, к тому же был моделью. А в нашем модельном агентстве преподавали актёрское мастерство, и нас приглашали в театральные проекты. И вот режиссёр Наталья Когут сказала мне: «Иди попробуй, фактура у тебя есть. Телом владеешь. Не понравится – через год уйдёшь». А к середине первого курса я понял, что ничем другим я заниматься не хочу.

– Родители одобрили выбор?

– Мама меня всегда поддерживала. Отец, который был потомственным военным, не скрывал, что хотел бы, чтобы я получил более «правильную», мужскую профессию. К сожалению, нет стабильности в нашей профессии. В России многие артисты заканчивают жизнь в нищете, всеми забытые. Не хотелось бы повторить их судьбу.

– К 32 годам вы снялись уже почти в 60 фильмах, у вас множество театральных работ. А что вам больше всего запомнилось?

– Не могу забыть встречу с актёром Александром Пороховщиковым, Царствие ему Небесное, я с ним встретился на проекте «Девичья охота». Это был человек удивительного воспитания, отношения к жизни, к своему делу. Он сам приезжал к нам на площадку, после этого ехал на другую площадку. Он очень много работал. Бывало, мы играем и вдруг у него начинает идти кровь из носа. Ассистенты чуть ли не падают в обморок, люди бегут «скорую» вызывать. А он говорит: «Тихо-тихо. Мне нужно две минуты». Он приводил себя в порядок и продолжал работать, как ни в чем не бывало. Он всегда был первым на площадке, и если кто-то из молодых исполнителей минут на 20 опаздывал, он никогда ничего плохого не говорил. Встреча с такими людьми формирует твоё отношение к профессии, ко всему.

Никогда не забуду уникальный опыт на сцене открытого амфитеатра в Дельфах, в Греции – «Илиаду» в постановке Анатолия Александровича Васильева. Представьте: сзади горы, дальше идет сцена, потом начинается долина и далеко внизу Коринфский залив. Спектакль шёл почти четыре часа без антракта. Пока мы играли, садилось солнце, начинали оживать ночные насекомые и животные. К нам на площадку влетали какие-то мыши, стрекозы, чуть ли не змеи выползали.

– Насколько опасно сниматься в боевиках?

– Я не взрываюсь, не горю и не падаю с высоты. Доверяю это профессионалам. Но очень люблю драться в кадре, погонять на автомобилях. Я много занимался боевыми искусствами. Конечно, не обошлось без травм. На проекте «Одинокий волк» в боевой сцене сломал руку. Чтобы замаскировать гипс, пришлось сниматься в перчатках телесного цвета. Потом мне наложили полиуретановый гипс, толщиной всего миллиметр. В другом проекте получил лёгкое осколочное ранение. Когда раздалась команда «Стоп. Снято», я увидел, что вся рука в крови и из неё, как чешуя дракона, торчат осколки пластиковых пиротехнических снарядов.

– У вас две дочери и сын. Часто ли удается уделять им внимание?

– Когда приезжаю домой, стараюсь быть папой-праздником – привожу подарки, мы едем гулять. Но вообще с детьми редко вижусь, времени катастрофически мало. Снимаюсь в четырёхсерийном проекте «Домик у реки». Второй сезон снимаем «Профиль убийцы», где я познакомился с гениальным оператором Юрием Любшиным, сыном актёра Станислава Любшина. Бог даст, после нового года мы порадуем вас неожиданным телепроектом «Самый длинный день». Это такой современный «День сурка». Ну и второй сезон снимаем «Меч».

– У вас есть любимое выражение?

– С Богом. Все надо делать с Богом, тогда все будет правильно.

Ирина Колпакова,
«Звёздный бульвар»

Поделиться.

Комментарии закрыты