Максим Виторган: "В России есть люди, которым можно доверять"

0

Популярный российский актер Максим Виторган рассказал, как ему напророчили свадьбу с Собчак и что говорили друзья о его романе с Ксенией, о нежелании становиться дедом, дуэте с Левой Би-2 и спектакле "Квартета И", пишет Segodnya.ua.

— Максим, за последний год вы очень преобразились внешне — похудели. С чем это связано?

— Во время своего прошлого приезда на съемки к «Кварталу» (апрель 2012 года. — Авт.) я уже сидел на диете. А все потому, что поспорил со своим другом Славой Хаитом, что похудею до определенного веса за определенное время. Поспорили мы года два назад, а сейчас я так усердно уже не худею.

— Ваши друзья из «Квартета И» зимой презентуют новый фильм «Быстрее, чем кролики». Почему не позвали вас сниматься?

— А я не играю в том спектакле, который стал основой фильма. Но они пишут новый спектакль, где у меня будет, как они говорят, главная роль. О чем эта постановка — говорить рано, они обычно пишут долго, без спешки.

— Другой ваш друг, Лева Би-2, в этом году отпраздновал 10-летие свадьбы. Вы его поздравили?

— Я, к сожалению, не смог прилететь к нему в Юрмалу, но записал им видеоролик из-за решетки — как будто из тюрьмы. Лева с женой сказали, что им очень понравилось. Кстати, с Левой мы на днях решили написать совместную песню — стихи и музыку. Только я сразу сказал, что петь не буду (смеется).

— А в эстафете Олимпийского огня вам не предлагали принять участие?

— Не предлагали. Но вы знаете, я никогда не любил всевозможные линейки, построения, торжественные официальные моменты. Я не считаю, что это что-то плохое, но доля неискренности здесь явно присутствует. Тем более, до меня доходили слухи, что там какое-то огромное количество ограничений, которое ты подписываешь, соглашаясь на эту эстафету. А я не очень люблю, когда меня в чем-то ограничивают.

— Больше месяца назад вы ушли из «Твиттера», где у вас было почти 50 тысяч читателей. С чем это связано?

— Я решил как-то ограничить свое общение в соцсетях. И выбрал из «Фейсбука», «Инстаграма» и «Твиттера» именно последний, потому что он очень сильно разлагает. Соцсеть помимо возможных коммуникаций для меня еще и способ самовыражения. Я поймал себя на мысли, что, заведя «твиттер», стал меньше писать в «Фейсбук». «Твиттер» — вещь сиюминутная, куда ты сплюнул то, о чем подумал в размере 140 символов, и забыл об этом думать. А в «Фейсбук» ты заходишь и пишешь текст, который обдумывал целый день. Но я завел себе анонимный аккаунт в «Твиттере» — ничего не пишу, а просто читаю некоторых людей и издания, которые мне интересны.

— У вас в «Фейсбуке» около 13 тысяч подписчиков. Не думали издать книжку из своих постов?

— Вы знаете, я очень несистемный человек, в том числе в работе. Единственное исключение — это театр. Поэтому книгу, думаю, не потяну. Процесс этот долгий, который, я уверен, вызовет у меня надоедание. Формат одной страницы в «Фейсбуке» меня вполне устраивает.

— Ваша дочь Полина от первого брака в этом году поступила на актерский факультет. Советы в профессиональном плане уже давали ей?

— Я пока не был у нее ни на каких зачетах и экзаменах. Но могу сказать, что Поля с головой ушла в учебу, очень ею увлечена, и я постепенно перестаю быть для нее непреклонным авторитетом (улыбается).

— А со своими молодыми людьми дочь уже знакомила?

— Пока нет. Хотя, признаюсь, знаю парочку парней, которые ей нравятся, но они не являются ее молодыми людьми. Могу сказать, что Поля у меня девочка достаточно скрытная.

— То есть, к статусу дедушки вы еще не готовы?

— Ужас какой! Зачем вы мне сейчас это сказали? Нет, конечно! Ну какой я дедушка? Не пугайте меня (смеется)!

— Но на серьезные темы, например о методах предохранения, вы с ней разговаривали?

— Конечно, это больше прерогатива мамы, но и такие разговоры случались. Больше вам скажу: меня еще ждут эти разговоры с сыном, которому только тринадцать.

— А у Даниила, кстати, есть какие-то предпосылки к актерству?

— Думаю, есть. У него явно хорошее чувство юмора и развита фантазия. Кроме того, он очень неорганизованный, разболтанный, как, впрочем, и я в его возрасте (улыбается).

— Вы не давите на него, какую профессию выбрать?

— А там непонятно, куда давить-то надо (смеется).

— Наказываете сына за что-то? В этом же возрасте мальчики часто пробуют курить…

— Ну, за сигареты я наказывать его точно не буду. От сигарет каждый человек должен отказываться самостоятельно. Пока что с Полиной так и получалось. Мы с матерью ей никогда ничего не запрещали, просто разговаривали на эту и другие темы.

— Максим, знаю, что вы редко говорите о личной жизни, но позволю себе задать несколько вопросов о Ксении Собчак. Как вы все-таки познакомились?

— Я был приглашен на программу «Госдеп», которую вела Ксюша. До этого, конечно, мы где-то пересекались, но официально знакомство произошло именно на съемках.

— А как удалось так долго скрывать отношения от общественности? Ведь даже о дате свадьбы стало известно после того, как она состоялась.

— От друзей мы ничего не скрывали, но просили никому ничего не говорить. Нас даже не выдали работники загса, где мы расписывались, и персонал ресторана, где отмечали свадьбу. Это еще раз доказывает тот факт, что в России есть люди, которым можно доверять (улыбается).

— Кто-то из ваших близких друзей, которым вы рассказывали о романе с Ксюшей, говорил: «Да ладно! Ты шутишь!»?

— Почти все (смеется). По правде, я и сам себе говорил нечто подобное.

— Еще до свадьбы вы снялись в фильме «Мебиус», где у вашего героя была фамилия Собчак. Это была ваша инициатива?

— Нет, это было случайное совпадение. Ведь когда я снимался в «Мебиусе», у нас еще не было с Ксюшей отношений, мы просто дружили. И потом уже, когда я приехал на озвучание в Париж, то рассказал режиссеру, что теперь девушка с такой фамилией — моя girlfriend. Он был очень удивлен и сказал: «Эх, надо было дать твоему герою фамилию Путин» (смеется).

— Летом вы впервые снялись в кино со своей женой (комедия «Корпоратив» выйдет в мае 2014. — Авт.). Репетировали ли дома, помогали Ксении в работе над ролью?

— Увы, но у меня нет красочного ответа на этот вопрос (улыбается). Все было, как всегда, и ничем особенным эти съемки не отличались. У меня не было дополнительного волнения, что мы с Ксюшей в одном кадре, и особого усердия, чтобы еще и дома репетировать, мы не прилагали.

— Как вообще изменилась ваша жизнь после свадьбы?

— Говорить об этом еще рано. Я когда-нибудь перед смертью, надеюсь, успею об этом написать. Или не успею. А вообще ничего у меня особо не изменилось.

— Ксению часто приглашают в качестве ведущей на различные мероприятия, вы ее контролируете? Звоните ей?

— Вообще, знаете ли, мы стараемся чаще общаться, созваниваться, нам это как-то нравится (смеется). А тотальный контроль, как мне кажется, вряд ли нужен отношениям.

— Кстати, сегодня вы снимались в программе «Студии Квартал-95» (эфир «Вечернего Киева», где актер стал жертвой розыгрыша, покажут в ноябре. — Авт.), участники которой нередко шутят о политиках. Как думаете, в России такие проекты возможны?

— На Первом канале — нет. Хотя по сравнению с тем, что было три-четыре года назад, то, конечно, ситуация изменилась в лучшую сторону. Вообще, очень много сериалов и телевизионных фильмов теряют от того, что не могут себе позволить шутить на определенные темы. Согласитесь, что все сериалы про адвокатов в нашей стране выглядят абсолютно картонными и неестественными. Все понимают, что в жизни все происходит отнюдь не так.

— Но, несмотря на это, вы продолжаете сниматься в сериалах?

— Да, это мой способ заработать деньги. И, к сожалению, пока я не могу без этого. Но есть проект, который я веду и за который мне вообще не стыдно, — это возрожденная программа «Устами младенца» на детском канале Disney. Пусть деньги небольшие, но с чистой душой заработанные.

— Заметила, что в последнее время вас и Ксению нечасто зовут на центральные каналы российского телевидения. Как думаете, что должно случиться, чтобы вас снова стали приглашать?

— Я понимаю, о чем вы. Но, уверяю вас, мы другими не станем. Либо нас позовут такими, какие мы есть, со всеми нашими убеждениями, либо нас не будет на этих каналах. Поймите, Ксюша никогда не бегала и не кричала: «Путин — вор! Путин, убирайся!». Если послушать ее речи, то она говорила немножко другие слова. Но идти на компромиссы или, того хуже, прогибаться под кого-то мы тоже не будем.

— Вы поддерживаете политику Алексея Навального. Как думаете, что ждет Россию в ближайший год?

— Я поддерживал Навального на выборах мэра Москвы, но это не значит, что я буду его поддерживать везде и всегда. Его личные человеческие качества вызывают у меня большое уважение, но мы далеко не во всем единомышленники. Даже наши приятельские отношения вряд ли заставят меня по каким-то вопросам изменить свое мнение. Вы спрашиваете, что ждет Россию? А ничего хорошего. У меня вообще по этому поводу очень упадническое настроение. Мне кажется, уже пройден какой-то этап возможных поступательных позитивных изменений, и теперь, на самом деле, будет все хуже и хуже. И все закончится большим и серьезным взрывом — социальным, экономическим и так далее.

Поделиться.

Комментарии закрыты