Мария Шарапова: «Мода – это моя большая страсть»

0

«Эти туфли просто потрясающие. Удивительная работа. Марк знает, как сделать так, чтобы ноги выглядели по-настоящему женственно», – рисуясь, говорит Мария, идя по территории всемирно известной теннисной Академии Ника Боллеттьери в туфлях на 10-сантиметровой платформе от Марка Джейкобса. На секунду она замолкает и затем добавляет: «Знаете, если бы не тот факт, что я с детства играю в теннис, я бы никогда не стала профессиональной спортсменкой. Я так люблю все девчачье!»

Победить любой ценой

Мария Шарапова родилась 19 апреля 1987 года в маленьком сибирском городке Нягань, куда её родители переехали из Гомеля, спасаясь от последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС. Она начала заниматься теннисом в четыре года, к тому времени её семья уже жила в Сочи. Первым тренером Марии был Юрий Юдкин. Он заметил маленькую Машу, с взрослой ракеткой в руках, на тренировках папы, большого любителя тенниса, Юрия Шарапова. Любопытно, что тот дружил с отцом Евгения Кафельникова, и именно Женя подарил Марии первую ракетку. «Что меня поразило сразу – в 4,5 года Шарапова была ребёнком здорово развитым умственно, – вспоминает Юдкин. – Маша впитывала всё, что я ей говорил и показывал. Всё схватывала на лету.

Она осваивала те удары, которые до сих пор не всем понятны. В 7 лет уже умела выполнять крученую подачу и была маленьким мастером. Вы не представляете, что в жизни она добрая, мягкая, улыбчивая девочка, но стоит ей взять в руки ракетку, она – зверь! Целеустремлённая, никого не боится, ей во что бы то ни стало надо победить! За три года нашей работы она ни разу не сказала мне: я устала».

В шесть лет Марии Шараповой довелось сыграть с Мартиной Навратиловой, когда та давала мастер-класс в Москве. Легендарная спортсменка, разглядев талант в совсем еще юной теннисистке, настоятельно посоветовала отцу отдать Машу в теннисную академию Ника Боллетьери, которая находится во Флориде. Мудрый отец Марии, который всегда всячески стремился развивать теннисный талант дочери и, кстати, ездит сейчас с ней на большинство турниров, внял совету великой теннисистки и вскоре перебрался с Машей в Америку. «Мы приехали туда с двумя ракетками и с 600 долларами в кармане, – говорит Шарапова. – Заняли у знакомых. Это были все наши сбережения. Через неделю они кончились. По-английски мы не знали ни слова».

По словам Маши, в академии, в штате Флорида, она была очень одинока: «В США отец нашел работу тренера по теннису в часе езды от меня. Так что виделись мы нечасто. А маму я не видела целых два года — в России ей долго не давали американскую визу». Шарапова вспоминает, что жила в общежитии при академии в одной комнате с девочками, которые были старше ее на несколько лет и плохо к ней относились: «Только одна из них понимала меня».

«Между мной и Курниковой нет ничего общего»

На взрослых турнирах, проводимых под эгидой Международной федерации тенниса, Маша дебютировала в 2001-м – в Сарасоте, где, впрочем, уступила в первом же круге. Зато уже через год в Коламбусе, даже не находясь в рейтинге Женской теннисной ассоциации, победила на старте соперницу, входившую тогда в число 300 лучших в мире.

Сегодня Мария не сомневается, что годы, проведенные в Академии Боллетьери, закалили ее характер, научили преодолевать трудности. Пройдут годы, и специалисты в один голос станут предрекать молодой россиянке блестящее теннисное будущее. Но прежде ей придется выдержать еще одно испытание — на сравнение с Анной Курниковой. Многие газеты до сих пор с необъяснимым упорством пытаются сравнивать длинноногую белокурую Шарапову с ее сексапильной соотечественницей, окончательно забросившей теннис ради шоу-бизнеса. «Между нами нет ничего общего, и давайте раз и навсегда закроем эту тему, — настаивает Мария. — Мы отличаемся хотя бы тем, что Анна в отличие от меня не выиграла ни одного турнира».

В 2004 году семнадцатилетняя Шарапова выиграла Уимблдон. «Это ее достижение в столь юном возрасте само по себе удивительно, – писала тогда британская газета «Гардиан». – Но оно также примечательно и другим обстоятельством — Мария накануне полуфинала с Линдсей Дэвенпорт занималась тем, что писала школьную работу по социологии. В финале же она оказалась для Серены Уильямс строгим экзаменатором. Не по годам уверенная в собственных силах и необычайно талантливая Шарапова является, пожалуй, лучшей и, безусловно, самой привлекательной среди нового поколения теннисисток».

По словам Шараповой, ее совсем не прельщает имидж «светской львицы». «Бурная личная жизнь, сумасшедшие спонсорские контракты — это не то, что меня интересует, — уверяет она журналистов. — Люди, которые думают или хотят думать иначе, будут глубоко разочарованы. Я выхожу на корт не для того, чтобы демонстрировать свои внешние данные. Ведь я не модель, хотя мода – моя страсть. В теннис я пришла, чтобы побеждать».

«Игра на корте – это то, что ее заводит, – рассказывает Ник Боллетьери. – Забудьте обо всем, что не относится к теннису – позирование для журналов и все прочее. Да, она это тоже делает, но, уверяю вас, в сравнении с теннисом ей это до лампочки. То, что ей удается на корте – для нее превыше всего. Только посмотрите разок, как она тренируется. Она никогда не стоит посреди корта и никогда не тратит лишнего времени на разминку. Нет, она всегда сразу выходит на площадку и говорит: “Ну что, начнем, черт возьми!” Она настоящий боец, и любой в академии, кто играет с ней в спарринге, очень быстро начинает напоминать подопытного кролика».

«Мода – это искусство»

При всем этом, аппетиты Марии в моде, скажем мягко, огромны. «Когда я выиграла один из моих первых титулов, я тут же направилась в бутик Марка Джейкобса, – вспоминает она. – Я купила себе первую дизайнерскую вещь, и это платье до сих пор у меня. Но я также люблю распродажи. Когда я росла, моим любимым магазином был Express – на каждый свой день рождения я просила подарочный сертификат оттуда. Теперь у меня есть традиция – ходить за покупками в Topshop в Лондоне сразу после Уимблдона. Как-то я накупила себе одежды без преувеличения на три чемодана. Продавцы были в шоке».

Но в отличие от некоторых других старлеток, которые позируют в дизайнерских нарядах, только чтобы привлечь всеобщее внимание, Мария по-настоящему восхищена модой. «Я люблю выворачивать одежду наизнанку, чтобы рассмотреть швы. Мода – это искусство. Я бы хотела когда-нибудь заниматься дизайном одежды, – говорит Шарапова, которая сотрудничает с Nike в создании своих нарядов для выступлений. – Моя главная мечта – иметь когда-нибудь свою собственную модную линию». Ее стиль, который она описывает как «женственный, элегантный, но молодежный», давно привлекает внимание папарацци. «Я ходила в ресторан в Лос-Анджелесе и когда вышла, меня ждали человек 15 фотографов. Я всегда думаю в таких случаях: “Вы что ждете меня? Разве вы не должны охотиться за Мишей Бартон?”»

Определенно разбираясь в моде, Мария при этом не собирается становиться ее жертвой. «Я никогда не думала, что эти суперхудые девушки-модели действительно существуют, пока не начала ходить на модные показы и больше проводить времени в Лос-Анджелесе, – говорит она. – Я помню, что смотрела, как эти девушки выходят на подиум, и думала про себя – “Бедняжки! Кажется, они сейчас сломаются”. Я бы никогда не хотела так выглядеть. Я ношу джинсы 29-30 размера и вполне довольна собой. Я так смотрю на это: мне нужны силы, чтобы делать все то, что я делаю. Мне нужны мышцы».

«В жизни ничего нельзя получить просто так»

О романах Шараповой ходило множество слухов, но она была и остается человеком, который не выпячивает свою личную жизнь напоказ. «Понятно, что с моей профессией отношения строить непросто — я постоянно переезжаю с места на место, – говорит Мария. – Но в то же время не хотела бы, чтобы мой молодой человек ездил со мной на соревнования, как это иногда бывает у моих коллег. Он должен быть самодостаточным человеком и заниматься каким-то своим делом, развивать свою карьеру».

Отец до сих пор занимает важное место в жизни Маши, порой его упрекают в том, что он слишком сильно вмешивается в карьеру дочери. «Мой папа всегда хотел для меня самого лучшего — я ведь единственный ребенок в семье. И я люблю его безгранично, – отвечает на это Шарапова. – Он всегда был надежной опорой, мечтал видеть меня счастливой и тяжело переживал мои поражения. Поэтому он иногда слишком нервничает во время матчей. Но у нас великолепные отношения. Как, собственно, и с мамой. Она замечательная, элегантная и интеллигентная леди с очень добрым сердцем. Родители в свое время пожертвовали ради моей карьеры всем, переехав из России в США. Думаю, я никогда не смогу их отблагодарить в полной мере».

Марию часто спрашивали о том, собирается ли она, прожившая много лет в США, менять российское гражданство на американское. «Я была и остаюсь гражданкой Российской Федерации, — каждый раз парирует Шарапова. — Я люблю Россию, постоянно чувствую ее поддержку. Все победы я посвящаю своей стране. Чтобы триумфально, в полном смысле этого слова, выступить на Уимблдоне, мало просто победить. Игроку очень важно заставить публику — она на Уимблдоне особенная — полюбить себя. Вот тогда тебя запомнят надолго».

Маша понимает, что причастна к тому, что Россию воспринимают как одну из самых сильных держав в женском теннисе. А Серена Уильямс, например, любит повторять: «Такое впечатление, что в сильнейшую десятку теннисисток мира входят 50 россиянок. Каждую неделю приходится сражаться на кортах с одной из них!»

Увы, Шараповой пришлось прожить без тенниса последние несколько месяцев: «В прошлом сезоне на протяжении семи месяцев я играла с разрывом связок плеча. Причем точный диагноз мне поставили лишь в конце года, до этого врачи говорили, что ничего страшного нет — только воспаление… Сейчас боль прошла, и я могу вернуться на корт».

Возвращение не выдалось триумфальным – Мария разгромно проиграла в четвертьфинале «Ролан Гаррос», но многие полагали, что она не дойдет и до этой стали соревнований. Маша же полна надежд на будущее, ведь уже через пару недель стартует ее любимый «Уимблдон».

Ей не жаль снова и снова вгонять себя в суровые рамки спортивного режима: «Наверное, в жизни ничего нельзя получить просто так. Я хочу побеждать и поэтому готова ко всему. Меня, кстати, очень вдохновляют поездки на турниры, ведь там не только тратишь энергию, но и получаешь ее взамен. На земле есть несколько мест, которые произвели на меня сильное впечатление. Например, Азия, где такие блондинки, как я, встречаются местным населением как пришельцы с другой планеты.

Там я не могу высунуть носа из номера, чтобы не сразить кого-нибудь наповал. Люди окружают меня королевскими почестями, а я подчас чувствую себя просто неловко. Я хочу оставаться самой собой: улыбаться, когда мне этого действительно хочется, хмуриться, когда настроения нет. Но когда я в Токио, Сеуле или Пекине, я просто сияю, потому что люди дарят мне любовь, и это придает новые силы. Когда мне было лет 15, мой менеджер сказал, что я буду “чемпионкой по зрительскому признанию”. Тогда мне это показалось не очень понятным. Но теперь я вижу, что он был прав. Я действительно кое-чего достигла в маленьком мире, называемом “Теннис”. Раньше я думала, что успехи касаются только меня, моей семьи, близких. Но после своей первой поездки в Азию поняла, что это не так. Я стала для многих role model – примером для подражания.

В это трудно поверить! И это, конечно, обязывает… Ведь на самом деле я осталась нормальной девушкой, которая лишь приоткрыла двери славы».

Подготовила Лина Лисицына,

Поделиться.

Комментарии закрыты