«Маски»: «Нам не дают работать в любимом жанре»

0

Сейчас эти артисты уже не снимают свой знаменитый сериал, выступают в театральных постановках, играют в кино, снялись в новом новогоднем мюзикле «Казаки». Однако они все еще верят, что сумеют возродить «Маски-шоу» и найдутся люди, которые все же смогут им в этом помочь.

«Мы буквально жили в театре»

Главные участники труппы были знакомы задолго до рождения «Масок». «В конце 70-х пантомима была очень популярна, — говорит Георгий Делиев, идейный вдохновитель коллектива. — Каждый из нас посещал студию пантомимы, и мы успели сдружиться еще на совместных посиделках за чашкой чая с булочками или за бутылочкой вина после концертов». А в сентябре 1984 года три студии пантомимы объединились на базе филармонии, так и родились «Маски». Изначально режиссер Влад Дружинин предложил назвать группу «Смехачи», но это имя не прижилось, а затем возникло название «Маски». Кому первому пришел в голову такой удачный вариант, никто уже и не помнит. «Мы буквально жили в театре, – рассказывает Делиев. – В нашей студии мы не только репетировали, но и готовили, а иногда оставались на ночлег: благо, у нас были маты для акробатических номеров, на которых было очень даже удобно».

Родители комедиантов поначалу очень переживали за своих детей, так как большинство участников «Масок» променяли престижные профессии и стабильный заработок на лицедейство. «Саша Постоленко и я учились на архитекторов, Барский — в политехе на физика, — рассказывает Георгий. — Ну кто будет хвалиться, что твой сын стал клоуном?» А уже через пару лет мимы стали зарабатывать больше, чем их родители. Слава обрушилась на ребят в 1985 году сразу после телепередачи «Вокруг смеха», где одесситы показали номер «Мана-мана». Делиев понял, что «Маски» стали известными, когда ехал в трамвае и услышал, как пассажиры обсуждают смешное представление талантливых артистов из Одессы. Затем были многочисленные гастроли по разным городам и странам. Иногда «Маски» давали по 30 концертов в месяц. Все шутки и смешные истории придумывали сами, а Георгий собирал все воедино и писал сценарии.

«Нас ругали за издевательства над чувствами людей»

К съемкам известного сериала «Маски-шоу» приступили уже в начале 90-х годов. Проблем с деньгами у группы не было, зато Делиеву приходилось иногда жульничать, чтобы обмануть худсовет, который должен был утверждать отснятый материал прежде, чем показать на телеэкране. «Я делал вид, что учел все замечания, а затем либо подменивал кассеты, либо прикидывался дурачком и говорил, что не понял, что они имели в виду. Мне верили, и все как-то сходило с рук».

Однако не всем телезрителям сериал сразу же понравился. Вначале на телевидение даже приходили письма с негативными отзывами о работе «Масок». «Люди ругали нас за издевательство над их чувствами и взглядами, – вспоминает Делиев. – Кто-то утверждал, будто мы издеваемся над классической музыкой, над Бетховеном в частности. Кто-то писал, что демонстрируем много эротики — полуобнаженного женского тела. Кто-то в свою очередь обижался: “Наши люди не такие дураки, какими вы их показываете!” Нас и критики ругали первое время — и киношные, и телевизионные. Ни одной положительной рецензии не было!

А в девяносто третьем году что-то сдвинулось. Российское ТВ дало нам неплохой бюджет. Передачу поставили в сетку вещания. Стали нас рекламировать-анонсировать… Но самые первые серии “Масок”, конечно, довольно наивно сняты с профессиональной точки зрения. Видно, что это было второпях. Озвучка примитивнейшая. Микшировали все живьем. Подкладывали смех, шумовые эффекты. Звукорежиссер двигал рычаги двумя руками, больше у него ничего не было. Я со своей стороны ему помогал – и получалась игра в четыре руки. За ночь таким образом и озвучивали серию».

Самое интересное, что еще в то время, когда труппу ругали критики, сериал уже потихоньку воровало телевидение! Все монтажные были связаны благодаря единой эфирной зоне — и можно было по сети увидеть, что происходит у «Масок». «Когда мы делали перегон с кассеты на кассету, то программа “играла” от начала до конца, – говорит Делиев. – И, видимо, монтажеры по секрету друг другу сообщали и перегоняли наш материал. Я случайно об этом узнал. Был на ТВ ночью. Вышел по делам… И вдруг слышу знакомую мелодию из нашей программы. Заглянул в монтажку, спрашиваю: “Что вы здесь делаете?” — “Да ничего, вот беру сигнал из соседней монтажки. Я только смотрю, вы не думайте. Это ваше? Ой, как здорово…”»

В клетке с медведицей

Порой на съемках «Маски-шоу» с актерами случались еще большие казусы, нежели с их телегероями. Например, когда Барский играл уличного воришку и залез в карман к Бузько, то один прохожий подумал, что все происходит по-настоящему, попытался задержать «вора» и вызвал милицию.
Когда снимали ««Маски» в Японии», то японцы, которых вообще интересует культура европейцев, с большой готовностью помогали труппе. Естественно, перед съемкой каждого объекта нужно было договариваться лично с его хозяином. Артисты приходили, их угощали чаем, кофе, а сами «Маски» рассказывали о целях съемок. Честно говорили, что фильм комедийный, о русских, которые попали в Японию. Актеров спрашивали, не будет ли чего плохого о японцах? Они честно отвечали: «Тут нет слов никаких, вы сами будете видеть, что происходит».

Как-то в японском ресторане снимали сцену, как русские туристы, которые не умеют есть палочками, эти палочки к рукам привязывают. Михаил Волошин играл японца, который дарит ветерану – Борису Барскому – видеокамеру, а тот в ответ берет географическую карту, вырезает оттуда Курилы и преподносит ему. «Японец» еще какой-то сувенир протягивает – Барский отрезает Камчатку, затем – кусочек Дальнего Востока… «Японец» уже и Владивосток захотел получить, но тут ветеран стал насмерть: «Нет, все, родину не продаем!»

Хозяин ресторана, который видел эту сцену, долго смеялся, так ему понравилось. Накрыл артистам роскошный стол, приглашал каждый день питаться бесплатно. И они с радостью пользовались его гостеприимством.

А после фильма ««Маски» в Колумбии» актеры стали в этой стране очень популярными, чувствовали себя суперзвездами, даже круче, чем у себя на родине. «Начали мы там работать в цирке-шапито, – вспоминает Делиев. – Хозяин, дон Мартин, платил неплохо. Мы ему так понравились, что он никак не хотел с нами расставаться. Перевозил нас из города в город, мы работали в манеже, и, в общем-то, люди шли на нас посмотреть, хотя в программе работали артисты со всего мира. Да и мы как-то втянулись, хотелось зависнуть в этом цирке, разъезжая по Латинской Америке».

Но тут продюсер Алексей Митрофанов начал звонить, забрасывать артистов факсами: «Срочно приезжайте снимать “Маски-спортшоу”!» Делиеву нужно было забрать свой паспорт у хозяина и купить билет, но он сразу сделать этого не смог: дон Мартин никак не хотел его отпускать. Дело в том, что в его цирке клоун, который два года выходил в номере с медведями, запил. А номер был такой. Клоун садился на лавочку, к нему выходила огромная медведица в платье, артист отодвигался от нее. Она же к нему подвигалась-подвигалась, пока клоун не падал с лавки. А медведица удивленно смотрела на него, после чего артист уходил. Дон Мартин попросил Делиева выйти в этом номере с медведицей. «Меня долго приучали к ней, – вспоминает актер. – Дрессировщик говорил: “Ты только не делай никаких резких движений, вообще ничего не играй, двигайся в точно таком же ритме…” Медведица обнюхивала меня в клетке, постепенно привыкла, я ей понравился, а потом вышел с ней несколько раз с этим номером. Но дон Мартин так и не отпустил меня. Что делать? Я познакомился через приятельницу с начальником колумбийской спецслужбы, он меня принял, я объяснил проблему, и на следующий день сын дона Мартина принес мне паспорт и билет».

«Люди хотят получать удовольствие, а телеканалы — нет»

Несмотря на популярность «Маски-шоу», программа все же стала неформатом для современного телевидения. «Это случилось после девяносто восьмого года, – рассказывает Делиев. – В то время я еще заканчивал снимать “Маски в тюрьме”. Дефолт, конечно, ударил по нам больно и сыграл злую шутку с теми людьми, которые зарабатывали деньги. Но мы успели еще до дефолта построить декорации и заключить договора с группой. Успели обзавестись своей монтажкой, съемочной техникой. Но это был последний сериал, который целиком приобрело российское телевидение. А после этого каналы не стали договариваться о приобретении цельного пакета. А без такого договора никто из инвесторов не хотел давать нам денег».

Так что снимать «Маски-шоу» нынче не дают телеканалы. Нет у труппы возможностей и гастролировать со спектаклями, как прежде. «Слишком мало осталось театралов, порой больше одного спектакля в городе нам не сыграть, – говорит Делиев. – Вот так и вышло, что реализовать себя в любимом жанре не удается. Люди-то хотят получать удовольствие, а наши телеканалы — нет».

Правда, на российском телевидении на «Маски-шоу» также нет большого спроса. «В России сейчас сложное отношение к Украине», – говорит Делиев. Он часто вспоминает, как еще в 2004 году канал ТНТ приобрел восемь серий «Маски-шоу», которые должны были показывать перед новогодними праздниками. «Я все сдал в срок, уже даже якобы поставили в сетку вещания, но потом, к своему удивлению, не нахожу сериал в программе, – рассказывает артист. – Перед нами извинились: “Поставим к 1 апреля”. Опять не выходит. А ведь заплатили, что самое удивительное! И потом на ТНТ делают такой финт: показывают 1 мая все восемь серий. Напрочь убивают сериал! Потом нам объяснили, что хотели повысить рейтинг первомайского эфира, добиться, чтобы те, кто смотрит телевизор в этот день, включали именно ТНТ, а не другие каналы. И действительно, когда проверили рейтинги, выяснилось, что 1 мая все зрители “ушли” на ТНТ, но их, к сожалению, в тот день было мало».

C дальним зарубежьем у «Масок» также не сложилось. «В 2000 году мы находились на гастролях в Германии, где познакомились с английским продюсером, – рассказывает Делиев. – Он посмотрел несколько наших серий, понял, что это очень перспективный телевизионный продукт, и предложил снимать “Маски-шоу” для Европы. Естественно, адаптировав под темы, понятные немцу, англичанину и другим европейцам. Разработали договор, очень выгодный для нас, нам предоставили льготные, можно сказать, условия, нашли инвесторов. Меня повезли на производственную базу в Баден-Баден, там в лесу такой себе “телевизионный Голливуд”. Дали уже разрабатывать темы, редактора, хорошего, кстати, творческого человека. Немцы просили придумывать шутки о “новых русских”, которые пускают пыль в глаза, приезжая в Германию. Потом, правда, намекнули, что если бы такое шоу делали сами европейцы, это посчитали бы неполиткорректным…

Первые серии должны были называться «“Маски” в Швейцарии» и сниматься на горном курорте, где-то во французских Альпах. Мы придумали с ребятами два шикарных сценария: приезжают “новые русские” в Альпы отдыхать. Гостиницы, лыжи, техника снежная, все понравилось. Продюсер приезжал к нам в Одессу, начали дружить. Оговаривали сроки… А потом на германских телеканалах что-то произошло. Я думаю, нас не пустили, потому что местный профсоюз восстал. У них есть свои комики, свои комедийные передачи».

Главная трудность для «Масок» сейчас в том, что такие программы, как их сериал — сложнопостановочные. Продюсерам легче взять испытанные на Западе жанры — мелодраму, детективы. Это точно будет иметь успех. А вот ничего подобного «Маски-шоу» в мире нет до сих пор. Но только уникальность эта нужна лишь телезрителям – продюсерам, к сожалению, до нее нет уже совершенно никакого дела.

Подготовила Лина Лисицына
По материалам «Сегодня» , «Кiевскiй ТелеграфЪ» , «Зеркало недели»

Поделиться.

Комментарии закрыты