Мерил Стрип: «Муж не дарит мне цветы!»

0

Ее называют «женщиной с тысячью лиц», «актрисой-хамелеоном» и самой интеллектуальной звездой Голливуда.

«Мой нос — мой характер»

Полное имя артистки – Мери Луиза, и родилась она 22 июня 1949 года в городе Саммите (Нью-Джерси), в семье служащего фармацевтической компании и художницы. Предки Мерил были испанскими евреями, эмигрировавшими в Голландию в XV веке. Оказавшись в новой стране, они, не зная языка, подписывались черточкой, отсюда и фамилия Стрип. В США Мерил получила начальное образование в воскресной школе. Впрочем, оттуда ее в 12 лет вышибли за «плохое поведение» — неожиданно проснувшуюся страсть к драматическому искусству: в школе Мерил постоянно смешила одноклассников, пародируя учителей, а дома брала бабушкин карандаш для глаз и рисовала морщины на щеках. «Хотелось почувствовать, как это — быть бабушкой. У меня до сих пор хранится фотография, где я, 10-летняя девочка, съежившись, сижу в кресле с невероятно печальным выражением лица — так сказать, пребывая в образе», — вспоминает актриса.

Мери Луиза слыла гадким утенком: темные волосы, очки, длинный нос. Став старше, она принялась ломать стереотипы: перекрасилась в блондинку, сменила очки на контактные линзы, но никогда не думала о ринопластике: «Я вовремя поняла, что мой нос — мой характер». Характерных актрис на американской сцене, изобилующей красотками, немного, поэтому еще в годы учебы в Йельском университете на отделении драмы Мерил была нарасхват. «В начале каждого месяца мы выстраивались в линейку, и преподаватель выбирал, кто будет играть. Из всего класса выбирали всегда одних и тех же. Я всегда была в их числе», — вспоминала Стрип. До фанфар, признания и побед тогда оставались считанные месяцы.

Однажды ясным декабрьским утром 1975-го, когда вся Америка была охвачена предпраздничной лихорадкой, в квартире Мерил зазвонил телефон, и директор Public Theater в Нью-Йорке Джозеф Папп предложил начинающей актрисе главную роль в постановке «Око за око». Он спросил, нет ли у нее желания сыграть также французскую принцессу в «Генрихе V» — сразу две роли, причем Папп даже не знал, сможет ли новенькая, не споткнувшись, пройти по сцене. С пьесы «Око за око» начался грустный роман Мерил с актером Джоном Кейзелом, более известным как Фредди Корлеоне из «Крестного отца» Копполы. Влюбленные уже подумывали о свадьбе, когда у Кейзела обнаружили саркому.

Как назло, Джон вместе с Мерил и своим другом Робертом Де Ниро был в тот момент утвержден на одну из ролей в знаменитом фильме Майкла Чимино «Охотник на оленей», получившем впоследствии пять «Оскаров». О съемках не могло быть и речи. Однако Де Ниро поставил условие: если Джон не будет сниматься в картине, то его продюсеры тоже не увидят. Кейзел остался, но впоследствии его роль была почти полностью вырезана. Это был его единственный совместный фильм с Мерил, которой пришлось увидеть, как угасает её любимый.

Стрип использовала все возможности, стараясь отвлечь Джона от роковой неизбежности. Вместе они проводили вечера, читая его любимые книги и совершая прогулки. Однако актрису ждали съемки. Еще до болезни Джона она подписала договор об участии в телефильме «Холокост». Проект получил 8 премий «Эмми», в том числе и за лучшую женскую роль, но на церемонии вручения Стрип не появилась — Кейзелу оставалось жить две недели. Мерил переехала к нему в больницу, став заботливой сиделкой и последним утешением. Джон умер 12 марта 1978 года в возрасте 42 лет. Его смерть совершенно опустошила Мерил. В интервью полгода спустя она призналась: «Что бы я ни делала, во мне живет боль. Она оставляет отпечаток на всем, что происходит».

«В персонаже ищу свои черты»

Считается, что после 35 лет карьера актрисы в Голливуде идет на убыль. Мерил Стрип легко опровергала это мнение: она одинаково хороша и в «Адаптации» с Николасом Кейджем, и в «Часах», где ни Джулиана Мур, ни даже Николь Кидман были не в силах ее переиграть. Стрип органична, остроумна, свободна, революционна. Она может все. Невзрачная старлетка в мрачной комедии «Смерть ей к лицу»; фермерша, истосковавшаяся по любви в «Мостах округа Мэдисон»; сразу три роли, из них одна мужская в «Ангелах Америки»; стервозная начальница, швыряющая в секретаршу норковым манто в фильме «Дьявол носит Prada» Давида Франкеля. И все – безукоризненно.

«Я настойчиво рекомендую каждому, чтобы его сыграла Стрип, — пошутил кто-то из гостей, приглашенных в знаменитый зал театра «Кодак», того самого, где раздают «Оскаров», «Эмми» и «Грэмми», на банкет в честь вручения актрисе «Золотой звезды», премии Американского института кино. — Если муж обманывает вас с соседской девицей, зовите Мерил сыграть вас. Если вашего ребенка похитит дикая собака динго, звоните Стрип: ей поверят, а вам вряд ли».

Правда, когда Мерил сыграла Маргарет Тэтчер в фильме «Железная леди», сама экс-премьер потом призналась, что ей совсем не понравилось, как её изобразила Стрип. Хотя она и не смогла объяснить, в чем именно заключались недостатки игры актрисы. Тэтчер призналась, что фильм она не смотрела, так как была расстроена тем, что ее «выдающаяся карьера» стала развлечением.

По мнению «Железной леди», Стрип «не смогла воплотить на экране реальный образ».

Но именно роль в «Железной леди» принесла Мерил очередной «Оскар» — вполне ожидаемый, ведь в мире кино прекрасно знают, что Стрип с успехом удается исполнять роли сильных женщин, подобных Маргарет. Вайнона Райдер, снимавшаяся со Стрип в «Доме духов», как-то заметила: «У Мерил настолько сильный характер, что, по-моему, параллельно со съемками и заботой о муже и детях она вполне могла бы командовать вооруженными силами страны». В чем же секрет игры актрисы? «Для начала я стараюсь найти в персонаже то, что у меня есть с ним общего, — рассказывает Мерил. — А потом добавляю то, что поняла, играя других персонажей в своей жизни. На самом деле мне нравится то, что женщин, роли которых исполняю, тяжело понять, и я становлюсь в каком-то смысле их переводчиком».

«В каждой женщине есть что-то от Тэтчер»

Самой сложной на съемках для Мерил оказалась физическая сторона вопроса: «Практически половину всего времени мне приходилось играть старую женщину. У нашей картины был весьма скудный бюджет, всего 14 миллионов долларов, и очень длинные съемочные дни. Мы просто не могли позволить себе отдых. Проводить по 12 часов на ногах было мучительно. Иногда я мечтала только об одном – о походе к хорошему массажисту».

Кроме того Мерил накладывали серьезный грим. «Этим занимался мой старый добрый знакомый Марк Кулье. Он настоящий гений, — рассказывает Стрип. — И вместе с одним английским дизайнером они сотворили это чудо! Эта маска – самый тонкий пластический грим в моей жизни – будто вторая кожа. Я даже не чувствовала, что “упакована” в какую-то оболочку. Самое же невероятное – когда твои коллеги смотрят на тебя в гриме и не видят его, а видят настоящего человека. Вот это высший пилотаж гримерной работы!»

Создатели фильма не брали за цель показать аутентичный и объективный образ Маргарет. «Да, у нас Тэтчер — несгибаемая, но кристально честная женщина, — говорит Мерил. — Это все-таки мифотворчество. Субъективная картина. Хотя призраки, которые посещают Тэтчер в виде галлюцинаций, ставят этот образ под сомнение. Да, в общем-то, режиссер Филлида Ллойд и не собиралась как-то особенно идеализировать леди Маргарет. Филлиду скорее интересовала цена успеха, переход от власти к бессилию. Мы пытались также понять, что же это такое — взглянуть на свою жизнь в конце пути».

Кстати, демократичной и свободолюбивой Стрип, как оказалось, не близки консервативные взгляды Маргарет Тэтчер в политике. Впрочем, так же, как и ее стиль в одежде и прическе. Но при этом, как заметила Мерил: «В каждой женщине даже больше общего с Тэтчер, нежели мы можем себе это представить».

Как настоящая актриса, Стрип не берется судить своего персонажа. Она знает, что должна была стать им, иначе проиграла бы: «Потому, перед началом съемочного процесса я не думала о том, люблю ли я Тэтчер или я ее ненавижу. Я помню тот год, когда она стала премьер-министром. Мы с друзьями были не в восторге от ее политики, но втайне восхищались тем, что во главе Великобритании встала женщина, да еще и представительница консервативной партии. Это казалось невероятным. В середине семидесятых в правительстве было очень мало женщин. Поэтому мы радовались, несмотря ни на что. Думали, что, раз уж подобное произошло в полном классовых предрассудков британском обществе, значит, может произойти и в Америке!»

Секрет счастливого брака

На одной из пресс-конференций по случаю выхода «Железной леди», невольно проводя параллель между исполнительницей и ее героиней: стабильный брак, материнство, не помешавшее развитию профессионального роста и карьеры, — кто-то задал Мерил вопрос, который витал в воздухе: «В чем, по-вашему, тайна счастливой семейной жизни?». «В терпении!» —  ответила актриса. И тут же отшутилась: «Вот журналисты мне дарят цветы, а мой муж цветов мне не дарит, и я это терплю».

На самом деле брак Мерил называют одним из самых счастливых в Голливуде. Со своим мужем она познакомилась через некоторое время после смерти Кейзела. Брат актрисы организовал ей временное жилище в студии у своего приятеля скульптора Дональда Гаммера, который уехал на время в Европу. Но тот вернулся раньше назначенного срока, и поскольку Мерил идти было некуда, предложил ей пожить в небольшой комнатке при мастерской. Со временем они подружились.

Через три месяца Дональд Гаммер «сам не зная почему», сделал Мерил предложение. «Мне казалось, что я выгляжу идиотом, вторгшимся в чужую жизнь, но… Она ведь согласилась!» — вспоминает Гаммер. Он оказался чутким и понимающим человеком — не требовал от супруги, чтобы она немедленно выкинула из головы Кейзела. Наоборот, поставил на собственные средства покойному памятник. Через несколько месяцев после женитьбы в семье Гаммера и Стрип появился сын Генри. Сейчас у пары уже четверо детей.

Именно «роли» жены и матери Стрип называет самыми совершенными из созданного ею лично. Она сама гладит себе рубашки, утверждая, что это непревзойденный способ релаксации, избавляющий, вдобавок, от опьянения славой. Лучше Мерил с утюгом управляется только ее дочь Грейс. Дома королева фабрики звезд чувствует себя так же, как все остальные матери детей, не всегда прислушивающихся к родительскому мнению. «Я шофер и добытчик денег», — говорит она, впрочем, как обычно, замалчивая собственные достижения. Отнюдь не все отпрыски голливудских мам ухитряются вырасти без наркотиков, побегов из дома и проблем с полицией, а дети Мерил и Дона счастливо избежали подобных примет взросления, равно как и стыда за родительские выходки. За тридцать лет без малого — ни одного приличного адюльтера, с ума сойти! Папарацци много раз пытались подловить Мерил на флирте с коллегами, но получалось как-то невнятно и неубедительно. «Я восхищен ею, но роман… нет, невозможно» — вот и все, что поведал Клинт Иствуд журналистам, ждущим сенсации после совместной работы в «Мостах округа Мэдисон». Недавно в одном из интервью Мерил спросили, в чем секрет удачного брака. «В доброй воле, гибкости, и… умении вовремя заткнуться», — ответила она.

«Я счастлива, что смогла реализоваться не только как актриса, но и как женщина, — говорит Мерил. — Мне жаль тех моих коллег, кто общается лишь со своими адвокатами, ассистентами и артистическим окружением и не знает ничего другого в жизни. Конечно, было бы хорошо, если бы я могла еще писать, или иллюстрировать детские книжки, или, например, бросить все и уехать на всю осень на рыбалку. Но нет, я просто актриса. Человек, который воплощает идеи других. И ничем иным заниматься я не могу».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Алеф», Metro, «ТелеШоу», G-Media

Share.

Comments are closed.

Exit mobile version