Светлана Немоляева: "Благодарю судьбу за мужа"

0

Прошло чуть больше полугода, как не стало актера Александра Лазарева-старшего. 3 января его вдова Светлана Немоляева с грустью отметила день рождения мужа – впервые без него. У нее теперь многое впервые. А как иначе? Ведь они, кажется, всегда были вместе. Точнее, больше полувека – 51 год.

Гримерная остается за актером

Светлана Немоляева все реже выходит на сцену: и силы не те, и часть спектаклей, шедших в Театре им. Маяковского с участием ее и Александра Лазарева, после смерти артиста сняты с репертуара. Настоящее чудо, что 21 января Светлана Немоляева играет премьеру – "Таланты и поклонники" в постановке нового художественного руководителя Миндаугаса Карбаускиса.

"Миндаугас Карбаускис появился в театре в самое страшное время, – вспоминает Немоляева. – Саша тогда только-только умер. Миндаугас пришел на кладбище, что меня очень тронуло, и прямо во время похорон предложил роль в новом спектакле. Репетиции, работа с нуля стали для меня настоящим спасением. Хотя мне до сих пор тяжело входить в театр. Просто во мне присутствует сила воли – вот и все. Я заставляю себя не унывать".

Опорой Светланы Немоляевой в то трагическое время стал сын Шурик, как с рождения называют в семье Александра Лазарева-младшего. Он часто звонит матери. Актрису постоянно навещают и ее брат, невестка, внуки. "Благодаря их вниманию я не чувствую себя брошенной", – говорит Немоляева.

Театр также соболезнует ее горю. Гримерная Александра Лазарева-старшего до сих пор остается нетронутой, хотя в театре дефицит помещений для актеров. На двери кто-то повесил трогательные стихи памяти артиста, а подле нее всегда стоят живые цветы.

В актерской среде отношения Александра и Светланы были образцом творческой семьи и семьи вообще. Они познакомились, только поступив в театр. Каждому было по 22 года. Уже через несколько месяцев стали супругами. Поспешность, свойственная молодости, могла окончиться плохо. Но им было суждено другое.

"Я благодарю провидение, – призналась Немоляева "Собеседнику". – Мне встретился человек, давший столько счастья. Мое положение сейчас ничто не может облегчить, но сознание того, что 51 год прожит в полном понимании, единении друг с другом, поддерживает. Это не каждому дано".

Представлять при этом безоблачную картину неверно. При жизни Александр Лазарев характеризовал отношения внутри семьи как "жизнь кошки с собакой". "У нас разные темпераменты, – объясняет Светлана Владимировна. – Для меня стакан был всегда наполовину полон, для него – наполовину пуст. Я по природе оптимист, Саша же больше был склонен к пессимизму, несмотря на то, что обладал колоссальным чувством юмора и был очень смешливым".

По словам вдовы, у них с супругом взрывные характеры. Нередко ссорились по мелочам, но уже через минуту шли на мировую. "Мы совершенно не могли находиться в состоянии конфликта, – утверждает Немоляева. – Для нас это было невозможно". Уникальная модель отношений, похоже, передается по наследству: точно такую актриса наблюдала у своих родителей и родителей мужа, того же "устава" придерживается и ее сын.

Ревновала к Дорониной

Счастье актрисы омрачали лишь два обстоятельства – проблемы в театре и ревность. Поводов усомниться в верности высокий, статный Александр лично не давал – скорее это касалось съемок в кино.

"Саша много снимался, причем в основном в роли героя-любовника, – объясняет Немоляева. – Почти все фильмы были с романтическими историями. Когда видишь, как близкий тебе человек с другой, это все равно задевает, хотя я понимала, что это всего лишь кино. Но ревность к другим актрисам быстро проходила – дома Саша был просто безупречен".

Из всех экранных лав-стори мужа Светлана Немоляева тяжелее всего приняла его самую известную и пронзительную роль в фильме "Еще раз про любовь" по пьесе Эдварда Радзинского. Сердце циничного физика Электрона Евдокимова покоряла стюардесса в лице первой красавицы кино Татьяны Дорониной. Когда фильм, в котором даже была постельная (по советским меркам) сцена, вышел на экраны, Светлана Немоляева сказала: "Я посмотрела картину один раз. А больше, ты уж извини, никогда не буду". И сдержала слово. Сколько бы "Еще раз про любовь" ни повторяли по ТВ – она ни разу не присела на диван рядом с мужем.

"Саша ушел легко и красиво"

Театральный стаж Лазарева и Немоляевой всего на год больше, чем семейный. На протяжении полувека они оставались верны одной сцене и одному супругу. Маяковка стала для них вторым домом, но и страданий принесла немало. "В кино Саша был успешен, – говорит актриса. – Много снимался, у него практически не было простоев с приглашениями. А вот в театре, несмотря на огромное число отменно сыгранных ролей, у нас было много несчастий".

Было время, когда актерская пара всерьез думала покинуть Маяковку. У руля тогда стоял Гончаров. В процессе репетиции режиссер сказал Немоляевой что-то оскорбительное – та вспылила, сказала, что может вообще уйти. Лазарев вступился за жену, заявив, что без нее не пробудет в театре ни секунды. Когда вопрос об увольнении встал совсем остро, режиссер сделал шаг навстречу, и артисты остались.

"Досталось мне от Гончарова будь здоров, как молотком по голове, – не может забыть обиду Светлана Владимировна. – Я у него всегда была девочкой для битья, обращался он со мной крайне сурово. Но я терпела. Для меня он был гениальный режиссер".

Были и другие удары. Получал их Александр Лазарев регулярно – когда на репертуарной доске вывешивали названия новых пьес, а он не находил своей фамилии напротив роли, которую хотел сыграть.

"Саша страшно разочаровывался, – до сих пор жалеет мужа Немоляева. – Ведь он был молод, полон сил… Зато под конец стали просить, чтобы он играл, но здоровья уже не было. Саше пришлось отказаться от прекрасных ролей. Целые спектакли снимали с репертуара только потому, что он из них уходил по состоянию здоровья. Не хватало у него силенок".

Лазарев никому не жаловался на болезнь, всегда без напоминаний пил все лекарства. Еще и следил за тем, чтобы жена не забывала про свои таблетки. За год до его смерти они обвенчались. Собирались давно, но все откладывали. А потом робели – все-таки солидный возраст. Однако соседка по даче, где проводили половину года артисты, настояла, и они все-таки обвенчались.

В последний год Александр Сергеевич, словно чувствуя свой скорый уход, стал заговаривать с женой о смерти. Напутствовал, что, когда один уйдет, другой не должен отчаиваться, ведь у него есть "точки приложения сил" – внуки и театр.

"Почему-то Саша говорил о смерти именно применительно к себе, – сдерживает слезы Светлана Немоляева. – Я никогда не поднимала эту тему и старалась не поддерживать ее. Но когда включалась в беседу, единственное, что говорила: тяжелее будет не тому, кто уйдет, а тому, кто останется. Так оно и получилось. Саша ушел легко и красиво. Как считают доктора, во сне. Сказал: "Я подремлю", прилег, и его не стало".

Поделиться.

Комментарии закрыты