Валерий Харчишин: «За три минуты можно влюбиться»

0

Вокалист группы «Dруга Ріка» рассказал, как зарабатывал на жизнь, продавая оптом алкоголь, почему не ходит на тусовки, как познакомился с женой и потерял сына на пароме в Италию.

— Валерий, вашей группе в этом году исполняется 16 лет. За все это время не было желания все оставить?

— Конечно, таких моментов много было, когда хотелось выйти на первой попавшейся остановке и бежать в противоположную сторону. Творческий процесс ведь изнуряет, заставляет вступать в конфронтации. Тем более, если б в группе у нас была диктатура, как во многих украинских коллективах, тогда было бы проще. Как говорится, «царь сказал, так и будет», но у нас, к сожалению, или, к счастью, все по-другому.

— Многие критикуют вас за то, что сами вы хоть и нелестно отзываетесь о попсе, но все-таки снимаетесь на обложках журналов, участвуете во всевозможных ТВ-шоу, то есть ведете себя как артист именно поп-культуры, а не рок?

— Я не думаю, что я себя так веду. Просто иногда хочется попробовать то, что вряд ли возможно в рамках нашей музыки. И, в конце концов, когда во главе шоу-бизнеса до сих пор стоит телевидение, а пиар еще никто не отменял, как бы там ни было, но пользы от этого больше, чем негатива.

— Это правда, что вы были директором дома культуры всего один месяц?

— Было дело. Нужно было согласиться стать директором сельского дома культуры, чтобы меня не забрали в армию. Но я там был всего один раз и, естественно, ничего там сделать не успел.

—А еще я знаю, что вы дважды не смогли поступить в Киевский институт культуры и искусств?

— Да, но недавно я его все-таки успешно закончил. Когда я туда подавал документы, в этот вуз действительно было сложно попасть. Первый раз я поступал на трубача, но ввиду того, что у меня был сломан зуб, я играл неправильно, а переучивать меня было бы слишком долго. Еще через год меня пригласили попробовать поступить на хоровой факультет, но желание туда не поступить было настолько велико, что я туда в итоге тоже не попал. Но обида и что-то нереализованное с детства давили на меня. Вот я и подумал пару лет назад, что хочу этот институт все-таки закончить. Я несколько раз был на лекциях, учился на заочном. Правда, экзамен мне сказали сдавать отдельно, чтобы не пугать детей. И я действительно к нему готовился. Поблажек не было, тем более что половина преподавателей меня вообще не узнали.

— Но когда вы два раза все-таки не поступили, вы пошли работать в местный хор, за что тогда жили?

— За те деньги, которые мне платили, конечно, нельзя было прожить, поэтому я занимался еще бизнесом. Поначалу алкоголь оптом продавал, а Витя Скуратовский (бас-гитарист группы. — Прим. А. Ш.) — сигареты. Потом оргтехнику начали сбывать.

— Вам хоть раз говорили, что ваша песня изменила чью-то жизнь?

— Я думаю, ко многим музыкантам подходили люди с какими-то невероятными историями. Мне часто говорят, что под наши «Три хвилини» молодожены танцуют первый свадебный танец, хотя я бы лучше ее оставил для первой брачной ночи (смеется).

— А разве трех минут достаточно для ночи?

— Боюсь, что женщине это не очень понравится (смеется). Ну, я точно знаю, что за это время можно влюбиться. Говорю по личному опыту, иначе я бы не написал эту песню.

— А вы часто вообще влюбляетесь?

— К сожалению, да, а ведь пора бы уже и честь знать (смеется). Боюсь, как бы, не застать собранные чемоданы у себя дома, приехав с очередного концерта. Правда, Юля у меня мудрая жена и никогда не устраивала мне ни одной сцены в принципе, а сцены ревности тем более.

— Вы суровый отец? Можете ремнем кого-то из сыновей ударить?

— Нет, конечно. Помню, был случай в прошлом году, когда я со старшим сыном Димой поехал в Хорватию — и мы решили на пароме в Италию съездить. Так вот, утром я просыпаюсь, а Димы нигде нет. Я оббежал все палубы, попросил команду объявить по громкой связи. В общем, нет Димы, пропал. И я понимаю, что на земле он не мог остаться, потому что на борт мы заходили вдвоем. Ужас! У меня как раз тогда первые седые волосы появились. Но как только объявили по громкой связи, что пропал, мол, мальчик, вижу, ползет. У меня руки дрожат, я подряд четыре сигареты выкурил, конечно, была мысль его хлопнуть — почему не предупредил, что куда-то уходит, — но потом я его обнял и еще с полчаса пребывал в истерике.

— А как вы с Юлей познакомились?

— Мы случайно встретились на улице в Житомире. Скуратовский познакомил меня с подругой своей подруги. Вот мы увиделись один раз, потом она уехала, и мы не встречались лет пять. А потом встретились — и все!

— Это была любовь с первого взгляда, за «три хвилини»?

— Наверное, все-таки со второго, более трезвого взгляда.

— Как происходит ваше общение с поклонниками, в Сети, например, отвечаете им?

— Конечно, когда есть время, и я понимаю, что я что-то толковое скажу. Я помню, один человек мне написал, что его друг, будучи в затяжной депрессии, повесился под одну из наших песен. Так этот человек просил меня, чтобы мы с группой приехали и исполнили эту песню на его могиле. Что я ему буду писать? Естественно, на такое сообщение тяжело что-то вразумительное ответить.

— Пару лет назад вы попали в серьезную аварию на машине, ходили слухи, что это было связано как-то с алкоголем?

— Ни в коем случае, я просто уснул за рулем. Хотя, наверное, это было для меня наказанием за то, что когда-то в молодости я позволял себе сесть за руль пьяным.

— Почему вас нечасто можно встретить на светских мероприятиях?

— А что там делать? К тому же я не хочу себя найти на последней странице какого-то издания в компании с блондинкой, с алкоголем и креветкой. Есть такие артисты, которые ничего не делают на протяжении пяти лет, но из-за того, что они посещают такие мероприятия, их по инерции уже зовут на какие-то солянки и кое-какую работу они имеют. Как по мне, это достаточно ущербно. Хотя, я не знаю, как бы я себя повел, будь я на мели.

Анна Школьная,
«Сегодня»

Поделиться.

Комментарии закрыты