Юбер де Живанши: «Сейчас любой абсурд воспринимается как веяние моды»

0

Именно его называют самым романтичным и интеллигентным кутюрье ХХ века

Его коллекции всегда считались эталоном идеального вкуса и хорошего тона. А сам Живанши любил повторять: «Мода – это умение одеться так, чтобы пройти по улице незамеченным».

Мечта о полете

Юбер де Живанши родился 21 февраля 1927 года во французском городе Бове. Когда Юбер был ребенком, о нем говорили: «Мальчуган не от мира сего». Отец будущего модельера был летчиком из того поколения романтиков – первых покорителей небес, к которому принадлежал Сент-Экзюпери, из тех, кто стремился к звездам, пренебрегая опасностью. Люсьен Таффин де Живанши погиб, когда его сыну Юберу было два года. Мальчик также мечтал о полетах в небе, и летчиком он не стал исключительно из чувства сострадания к матери, для которой гибель горячо любимого мужа оказалась трагедией всей жизни. Но грезы Юбера о прекрасных заоблачных далях отобразились в его творчестве. Став знаменитым кутюрье, он создал собственный мир неземной красоты, отделенный непреодолимой пропастью от всего будничного и обыденного.

У Юбера очень рано обнаружилась страсть к моде. В 10 лет он посетил мировую выставку в Париже и вернулся полный изумления из Павильона Элегантности, где были представлены тридцать моделей наиболее известных французских домов мод. Тогда же он и решил стать кутюрье.

После освобождения Франции от фашистской оккупации Живанши переехал в Париж, где работал ассистентом и учился у таких гигантов моды, как Жак Фат, Роберт Пике и Люсьен, работал с Эльзой Скиапарелли. Она оказалась настолько довольна молодым дизайнером, что назначила его управляющим одним из своих бутиков. Именно тогда и состоялось знакомство Живанши с одной из женщин, занявших в его жизни особое место: «Как-то раз к нам в ателье заглянула одна молодая особа, на которую я почему-то сразу же обратил свое внимание. Девушка примерила несколько платьев, после чего обратилась ко мне за помощью: она сама мечтала о мире моды и попросила устроить ее на работу в ателье. Тогда я пообещал ей, что сделаю это, как только открою собственный Дом, и это будет скоро, так что долго ждать ей не придется. И вот, когда в 1951 году я открыл свой Дом моды, я вспомнил про эту девушку и сделал ее своим личным секретарем. История моих с ней отношений – это долгая и прекрасная история привязанности и любви». Живанши почти никогда не рассказывал о своей личной жизни – лишь вспоминал подобные эпизоды. Хотя во Франции всегда ходило множество слухов о его романах.

«Сделать красивый рисунок – это еще не все»

Открывая в 25 лет свой первый модный салон в неоготическом особняке аристократического парижского парка Монсо, Живанши был в то время самым молодым из творцов Высокой моды. Первая же его коллекция имела успех, хоть показ и был закрытым, приглашены были всего 15 человек. Беттина Грациани, модель и пресс-агент, стала лицом компании. Для нее он и сделал знаменитую «блузку Беттина» — скромную хлопчатобумажную белую блузку с поразительными черно-белыми воланами на рукавах. Она привлекла такое же внимание прессы, как Диор с его «Новым направлением». Казалось, Живанши, с его забавными узорами на ткани и свежими цветами, обновит кутюр, но художник не считал себя революционером, он стремился только к совершенству.

В 1952 году начинающий кутюрье сказал своего тогдашнему компаньону: «Роскошь имеет будущее только при условии, что она демократизируется». Эта парадоксальная фраза «роскошь для всех» содержит в себе секрет поистине планетарного успеха Дома высокой моды Живанши, который первым выдвинул и воплотил в жизнь идею готового платья экстра-класса.

1953 год стал переломным в карьере Живанши. Он знакомится с испанцем Кристобалем Баленсиага, с которым позже у него сложились тесные дружеские и рабочие отношения. Юбер избрал его своим учителем, он поддержал Баленсиагу, когда тот в 1957 году решил не допускать прессу на свои показы. Чтобы журналисты не могли влиять на мнение покупателей, им позволялось в первый раз увидеть новую коллекцию лишь восемь недель спустя. Естественно, пресса объявила бойкот, но поскольку Баленсиага после ранней смерти Диора считался ведущим кутюрье, его мнение нельзя было игнорировать.
«На многие годы он стал мне учителем или даже отцом, – признавался позже Живанши. – Именно Баленсиага показал мне, что такое настоящая техника шитья. Попав в его ателье и увидев все своими глазами, я понял, что не знаю вообще ничего! Да, у меня были идеи, но я никогда не учился технике. А ведь сделать красивый рисунок – это еще не все».

Постепенно вырос целый мир Живанши: кроме женской одежды – духи, модные аксессуары, в том числе и знаменитые очки от Живанши. Между прочим, даже имея собственную коллекцию парфюмов, он лично предпочитал одеколон, созданный его учителем Кристобалем Баленсиага, считая его как бы своим талисманом.

«Запрет»

Аристократический стиль моделей Живанши привлекал красивых и знаменитых женщин: Марлен Дитрих, Элизабет Тейлор, Жаклин Кеннеди. Он был личным кутюрье принцесс, графинь, маркиз. Но его настоящей Музой стала прекрасная Одри Хепберн.

Кутюрье всегда называл ее воплощением своих представлений о том, какой должна быть та женщина, для которой он создает модели. Они познакомились, когда на 26-летнего модельера уже обрушилась лавина славы. Никому не известная юная американская актриса, «попросту худющая девчонка» в соломенной шляпке и дешевых льняных брючках, явилась в офис к Юберу Живанши в поисках нарядов для своей героини в фильме «Сабрина», в котором играла свою первую главную роль в кино. Все те платья, которые помогли ее Сабрине стать в одночасье королевой бала, а Одри Хепберн превратиться в звезду Голливуда, были сшиты у Живанши. 4 февраля 1955 года модельеру был вручен его первый «Оскар» за костюмы к фильму «Сабрина». А Одри с тех пор стала его близким другом и одевалась впредь только у него. Фильмы, в которых она снималась в его костюмах, такие, как «Забавная мордашка» и «Завтрак у Тиффани», прославили на весь мир его представление утонченной элегантности.

Юбер шил для Одри повседневные платья и подвенечные наряды. Он создавал для нее новую коллекцию, когда она страдала после очередного выкидыша. Он выпустил для нее духи, когда Одри погрузилась в депрессию после развода. Романтичный и сладковатый аромат поразил актрису: «Я хочу, чтобы эти духи принадлежал только мне. Я запрещаю тебе отдавать их кому-то еще». – «А я запрещаю тебе грустить», – ответил кутюрье и назвал свое творение L'Interdit – «Запрет». Все годы, которые Хепберн и Живанши провели рука об руку, не переставали ходить слухи об их тайном романе.

Их сотворчество, пройдя практически через все фильмы Одри, закончилось только с ее смертью. «Чем больше я работал с ней, тем больше ее любил, – вспоминал Живанши. – Мы начали вместе путешествовать, часто встречались в Голливуде. На каждом этапе ее жизни я был рядом, даже когда рождались ее дети. Вся моя жизнь связана с ней. Когда она умерла так рано и быстро, я почувствовал, что от меня оторвали что-то неимоверно родное». И потом Живанши часто приезжал в Швейцарию, с сыном актрисы Шоном Ферре навещая могилу «женщины своей жизни». Именно Юберу Одри завещала свою миссию в ЮНИСЕФ – заботиться о голодающих детях в разных странах. Поэтому он иногда устраивал на благотворительных аукционах продажу оставшихся после Хепберн нарядов (им же смоделированных), а выручку перечислял на нужды детей.

Возможно, именно эта любовь-восхищение Одри так «не позволила» ему жениться на другой женщине и иметь своих собственных детей. Но, как он говорит: «Зато у меня есть брат, у которого семь детей. Я иногда думаю, что он постарался и за меня тоже».

«Для меня главное – вовремя остановиться»

Как истинно увлекающийся человек, Живанши пробовал многое и оставил свой стильный автограф и в дизайне: в 70-х годах он декорирует самый дорогой автомобиль «Линкольн Континенталь» компании «Форд», отели «Хилтон» в Брюсселе и Сингапуре. Обожая балет, Живанши в 1997 году совершенно бескорыстно, только в знак дружбы с танцовщиком и балетмейстером Владимиром Васильевым, создал костюмы для постановки балета «Жизель» в Большом театре.

В июле 1995 года на авеню Георга V в Париже в Доме Givenchy прошел показ последней коллекции основателя знаменитой марки. «Я посвящаю ее тем, кто разделяет мою любовь к прекрасному, – говорил тогда Живанши. – Я создал свои работы для тех, кто вместе со мной стремится к красоте, доброте и гармонии. А для меня главное – вовремя остановиться».

Его уход из мира моды был по-мужски решительным и аргументированным. «Я сам продал свой Дом, когда мне предложили это сделать, – говорил Юбер. – Наследника, который бы продолжил мое дело, у меня не было, а мне самому исполнилось 70. И я подумал, что лучше красиво уйти и навсегда оставить своему детищу имя “Живанши”, чем цепляться за него до конца. Что касается, новых руководителей Дома, их выбирал уже не я. Скажем так, я бы предпочел другой образ кутюрье».

После ухода Юбера во главе дома стал Джон Гальяно – известный модельер, выпускник Лондонской школы искусств, трижды выбиравшийся дизайнером года. В октябре 1996 года его сменил Александр МакКуинн, до этого уже успевший скандально прославиться в мире моды. Например, он заворачивал манекенщиц в целлофан, украшал их жакеты следами от автомобильных шин или выпускал модель на подиум в наручниках. В одном сезоне он вывалял платья в грязи и прилепил к ним мертвую саранчу. Это было сделано, чтобы изобразить бедствие, ставшее причиной неурожая в Африке. Так, в 1998 году показ коллекции Маккуина открывала модель-инвалид на деревянных протезах, а по подиуму разъезжали роботы, разбрызгивающие краску на белые хлопковые платья. Все вздохнули с облегчением, когда МакКуинну самому стало тесно в респектабельном Доме Живанши, и он предпочел уйти. В марте 2001 года директором линии женской одежды стал двадцативосьмилетний Жюльен Макдоналд. Но уже в 2005 году ответственным за женские коллекции «Живанши» сделали итальянца Риккардо Тиши.

Юбер видел все, что происходило с его Домом моды, он не признавал всех тех тенденций, которые вносили молодые дизайнеры. «Единственным человеком, представляющим Высокую моду во Франции, для меня был Ив Сен-Лоран, – признается Живанши. – Он был элегантен и скромен, чем выгодно отличался от того безумия, которое заполонило подмостки. Сейчас стали популярны модельеры, которые используют провокацию, шок. Абсолютный регресс. Любой абсурд воспринимается как веяние моды. Просто ужасно!»

По существу, он больше не захотел в этом участвовать (по той же причине сейчас ушел и Сен-Лоран). Но продолжает заниматься частными проектами – президенствуя на аукционе Кристи, занимается произведениями искусства. А потрясающий внешний вид ему помогает сохранить увлеченность спортом, да и жизнью вообще, так как, по глубокому убеждению Юбера де Живанши: «Чтобы хорошо выглядеть, главное – никогда не сидеть без дела».

Подготовила Лина Лисицына
По материалам «Сегодня» , «Радио Свобода» , People’s History

Поделиться.

Комментарии закрыты