Жюльетт Бинош: «Я сыграла новую себя»

0

Жюльетт – одна из редких актрис, которым удалось завоевать признание не только у себя на родине, в Европе, но и растопить сердца американцев и получить от них признание в любви и премию «Оскар». Бинош уверена, что нет больших ролей – есть хорошие, интересные и есть пустые, проходные.

«Поначалу режиссеры меня просто отфутболивали»

Жюльетт Бинош родилась 9 марта 1964 года в Париже в театральной семье. Её мать Моник Стэленс и отец Жан-Мари Бинош были молодыми начинающими актёрами. Появление на свет Жюльетт и ее старшей сестры пришлось на пик их актерских амбиций. Бинош было четыре года, когда родители расстались, они оба надеялись на скорую кинокарьеру и признание, а дочери им казались помехой на пути к славе, поэтому их и отдали в католический интернат. Это решение Жюльетт запомнила на всю жизнь, она не раз говорила, что способна понять отца и мать, но не может простить. У актёров-неудачников выросла талантливая дочь, актриса с мировым именем, и для нее дети никогда не были помехой.

Жюльетт впервые вышла на сцену, когда ей было 13 лет: она дебютировала в профессиональном театре, куда ее взяли почти без жалования. Сначала Бинош играла в эпизодах, но постепенно ей стали доставаться и крупные роли. В 15 лет Жюльетт поступила в Национальную школу драматического искусства, чуть позже – в Парижскую консерваторию. Кроме того, она брала частные уроки у знаменитой Веры Грег и искала работу в театре. К 1982 году, когда Жюльетт дебютировала в кино, она была уже известной в театральных кругах.

Но вот на первых съемках ей постоянно не везло. «Поначалу режиссеры меня просто отфутболивали – просто рок какой-то, – вспоминает Бинош. – До смешного доходило.

Пришла на пробы к Морису Пиала. Стою, нервничаю, рассматриваю постер фильма, который на стене висит. Выходит Пиала. “Что вы этот постер рассматриваете? Вам этот фильм нравится?” – “Да”. – “С вами все ясно. Вон отсюда”. Оказывается, он этот фильм ненавидел. Потом кто-то предложил Годару меня снять в главной роли в фильме “Хвала тебе, Мария!”. Он долго рассматривал мои фотографии и даже не стал пробовать, но все же взял на крохотную роль. Я должна была сказать в кадре: “Подлый ублюдок!” Я так старалась, все время крутилась на площадке, хотела что-то полезное сделать. А Годар смотрел, смотрел на меня, а потом буркнул: “Только не делайте вид, что вы нам тут помогаете”. Очень с ним холодно было. А потом меня пригласил Андре Тешине в свою картину “Свидание”, и с тех пор все началось по-настоящему».

Перевоплощение

Съемки у Тешине проходили на редкость морозной зимой. Актеры так мерзли, что не могли говорить и двигаться, но режиссер был на высоте: вокруг него вертелась жизнь, его обо всем можно было спросить, с ним было легко и просто. Бинош и по сей день считает Тешине своим отцом в кино и очень большое значение при выборе очередной роли придаёт взаимоотношениям с коллегами на съёмочной площадке.

После «Свидания» Жюльетт Бинош пригласил на главную роль в своей драме «Дурная кровь» режиссёр Лео Каракс. Предложенный сценарий очень понравился молодой актрисе, и она согласилась сыграть у нелюдимого, недоверчивого молчуна Лео, который к тому моменту уже начинал нравиться Жюльетт. Однако она и не подозревала, что Каракс совершенно одержим своей работой. Он задался целью полностью превратить Бинош в героиню «Дурной крови» – Анну, ему было мало хорошей актёрской игры, Каракс требовал полного перевоплощения. Задолго до начала съёмок Лео стал присылать Жюльетт книги, фильмы, открытки, кассеты, требуя тщательно их изучить.

Поставил условие сбросить пять килограмм и обучиться пению и танцу. Бинош должна была есть только то, что ела Анна – рыбу и варёные овощи, носить только ту одежду, какую носила ее героиня, душиться только ее духами. Неудивительно, что когда закончилась работа над «Дурной кровью» Жюльетт поняла, что потеряла своё «я» – она настолько перевоплотилась в Анну, что перестала чувствовать разницу между своей героиней и собой. К тому же её возлюбленный Лео Каракс оказался настоящим Отелло и ревновал её не только к другим мужчинам, но и к другим режиссёрам и проектам.

Уставшая от таких отношений, Бинош приняла предложение американского режиссёра Филиппа Кауфмана сняться в его фильме «Невыносимая лёгкость бытия» по роману Милана Кундеры. Волнующая и чувственная история молодой женщины Терезы, которую и сыграла Бинош, влюбленной в человека, мечущегося между своей любовью к ней и своей неисправимой привычкой менять женщин как перчатки. На съёмках у Жюльетт разгорелся страстный роман с исполнителем главной роли Дэниэлом Дей-Льюисом, но актриса решила всё же вернуться к Лео Караксу, и они вместе приступили к работе над очередным творением – фильмом «Любовники с Нового моста». Однако в этот раз фортуна от них отвернулась и съемочную группу постоянно преследовали неудачи: обрушился бутафорский мост, серьезно поранился исполнитель главной мужской роли Дени Лаван, обанкротилась страховая компания, несущая ответственность за съемки. На красочные декорации и спецэффекты ушли большие средства, в результате – в разгар работы не хватило денег и пришлось искать нового продюсера, чтобы довести съемки до конца.

Три долгих года продолжались эти мытарства. Жюльетт занималась в это время английским, живописью, скульптурой, чтением, но все равно впадала в депрессию от вынужденной потери времени. Тут-то в её жизни и появился Андрей Кончаловский, он ставил в парижском «Одеоне» «Чайку» Антона Чехова, а Бинош играла главную роль. После непродолжительного романа режиссер не преминул описать в своих мемуарах все интимные подробности встреч с актрисой и не запамятовал упомянуть о своеобразных отношениях Бинош и Каракса. Когда фильм «Любовники с Нового моста» наконец вышел, Жюльетт решила окончательно порвать с Лео, а заодно и покончить со служебными романами.

«Умирать ради кино я не собираюсь»

Чтобы уехать из Франции и отвлечься, Жюльетт согласилась сниматься «Грозовом перевале», потом была эротическая драма Луи Малля «Ущерб». Она оказалась успешной, но на съемках Бинош пришлось нелегко. «Это было самое кошмарное время моей жизни, – вспоминает Жюльетт. – Джереми Айронз замечательный актер, образованный, начитанный, очень порядочный. Но он хотел, чтобы я играла так, как хочет он. Он хотел лезть на стену со своими страстями и хотел, чтобы я лезла за ним. А я хотела страдать молча. Это было куда эффектней. Каждую свободную минуту я уходила куда-нибудь со съемочной площадки, где меня никто не видел и не слышал, и тихо грязно ругалась. И вот после этого фильма я твердо решила: все, надо остановиться. Умирать ради кино я не собираюсь».

Справиться с проблемами Жюльетт помог режиссер Кшиштоф Кесьлевский. «Когда я пришла к нему на собеседование, он объяснил, что героиней фильма “Три цвета: синий” должна стать женщина, которая вроде душевно умерла, но возрождение ее неизбежно, просто она сама об этом пока не знает, – рассказывает актриса. – Мне в тот момент это было так близко. Лучше съемок в моей жизни не было. Кесльевский так заботился обо мне, даже не разрешил поцарапать руку по-настоящему, а заказал специальный протез руки. Так ко мне еще никто не относился. Мы снимали по одному дублю каждую сцену, потому что он умел подготовить актера. Когда я узнала о его смерти, мне самой жить не хотелось».

После этой роли актриса сделала перерыв в карьере и родила сына, которого назвала Рафаэлем, купила небольшой особняк XIX века в часе езды от Парижа, а чтобы расплатиться за него – согласилась стать лицом одной косметической марки. Зато теперь звезде французского кино есть, где в свободное время разводить цветы, рисовать, лепить, танцевать и удивлять гостей кулинарными шедеврами.

Как только Рафаэль немного подрос, Жюльетт Бинош решила вернуться к актёрской профессии и даже обрела новую любовь – киноактера Оливье Мартинеса, с которым снималась в фильме «Гусар на крыше». Но их роман, начинавшийся как сказка, постепенно разбился о популярность Бинош. Оливье завидовал огромному успеху Жюльетт. Кроме того, он привык купаться в женском внимании, а Бинош на пике своей популярности все время пропадала на съемках.

«Награды – это не главное»

Дорогу в Голливуд французской знаменитости открыл продюсер Сол Заентц, пригласив её в фильм «Невыносимая легкость бытия». И именно он также настоял, чтобы на роль медсестры Ханны в «Английском пациенте» утвердили именно Жюльетт, хотя режиссер Энтони Мингелла и все остальные настаивали на Деми Мур. Но Сол уперся – «или Бинош, или не будет вообще ничего». «Он вообще замечательный и трогательный, – говорит Жюльетт. – Во время работы над “Невыносимой легкостью” он присутствовал на всех съемках, каждый день, от начала до конца. Кроме тех сцен, где я должна была обнажаться. Как только доходило до ню, он деликатно вставал и уходил. В мире кино это что-то невероятное, я больше таких не встречала».

Жюльетт не думает, что «Английский пациент» стал определяющим в ее судьбе, хотя за роль в этой картине она получила премию «Оскар». «Награды – это, конечно, безумно приятно, они в каком-то смысле становятся твоей визитной карточкой и чем-то вроде приглашения на бал, – говорит Бинош. – Но это совсем не главное. Вообще про “Английского пациента” мне трудно вспоминать. Съемки были невероятно тяжелыми. Но слава Богу, отношения с Рейфом Файнсом сложились отличные. Он сначала почему-то очень стеснялся своего грима, боялся, что будет мне противен в таком виде. Я все старалась его рассмешить, хотя в таком гриме ему было очень трудно смеяться. А потом, в рамках рекламной кампании фильма, мне пришлось за год дать более двухсот больших интервью. Я так вымоталась».

В 1996 году на вручении премии «Оскар» произошла интригующая история. Все ожидали, что премию в номинации «Лучшая актриса второго плана» получит легендарная Лорен Бэколл за фильм «У зеркала две стороны». Но награда неожиданно для всех собравшихся получила Жюльетт Бинош за «Английского пациента». Бинош сказала тогда: «Я не приготовила никакой речи, потому что была уверена, что «Оскар» достанется Лорен Бэколл». На следующий день во всех газетах писали о «милой французской непосредственности» актрисы. Талант и грация Бинош так понравились американцам, что в 2001 году они вновь номинировали ее на «Оскар» – за комедийную роль в фильме «Шоколад». Правда, шансов у Бинош почти не было, но сам факт выдвижения – это своеобразное признание француженке. Жюльетт, если и снималась в американском кино, то выбирала самые изысканные ленты, а вот Стивену Спилбергу, мечтавшему увидеть Бинош в «Парке юрского периода», она отказала.

Очередная роль Жюльетт Бинош принесла и новую любовь: на съемках «Детей века» она влюбилась в актера Бенуа Мажимеля. Они играли знаменитых любовников Жорж Санд и Альфреда де Мюссе. Несмотря на то, что Бинош была на 10 лет старше своего возлюбленного, они прожили вместе несколько лет, и в январе 2000 года у них родилась дочь Ханна.

«Только став мамой, я ощутила полноту жизни»

Роль в новой картине иранского режиссера Аббаса Кияростами «Заверенная копия» уже принесла Жюльетт «Золотую пальмовую ветвь» как лучшей актрисе 63-го Каннского фестиваля. Этот фильм о подделках в мире искусства и в мире чувств. Героиня Бинош – француженка, которая знакомится в Италии с английским писателем, автором книги о фальшивых картинах. Герои гуляют по Тоскане, любуются произведениями искусства (подлинными и поддельными) и вдруг начинают играть в мужа и жену. И настолько увлекаются этой игрой, что забывают о том, что на самом деле знают друг друга только день.

Актриса рассказывает, что, прочитав сценарий этой странной истории, была в смятении: «Я позвонила Аббасу и сказала, что не имею понятия, как играть такую женщину! Она же сумасшедшая! И спросила его: может, мне в Интернете поискать симптомы ее болезни? А он засмеялся и сказал: “Играй саму себя”. И тогда произошла какая-то алхимия: я поняла, что режиссер меня разоблачил. Он увидел, как в одной женщине может скрываться другая. Он очистил меня, как очищают шелуху с луковицы, открыл во мне то, что я про себя не знала!» Бинош действительно сыграла новую себя – многие критики уже назвали эту работу лучшей в ее кинокарьере.

Бинош признается, что актерство для нее – это способ обрести свободу внутри тесного пространства собственной жизни. Но больше всего счастья ей приносят дети: «Только став мамой, я ощутила полноту жизни, – говорит Жюльетт. – Они почти взрослые, но у нас очень тесная связь – мы проводим вместе все свободное время и скучаем в разлуке. Я не выпускаю из рук телефон – мы постоянно обмениваемся тоннами сообщений». А вот отношения с мужчинами Жюльетт никогда не афиширует: «Когда меня спрашивают о личной жизни, я ощущаю себя так, как будто приглашаю незнакомого человека к себе в спальню и говорю ему: “Не стесняйся, проходи, чувствуй себя как дома!” Уверена: в творчестве я показываю себя достаточно и, если кому-то этого мало, больше ничего не могу сказать».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам Greenmama.ru, «Независимая газета» , «ТелеШоу»

Поделиться.

Комментарии закрыты