Гала Дали: роковая муза гения

0

В представлении величайшего сюрреалиста ХХ века, секрет удачной женитьбы был прост, как все гениальное. «Дали прокладывает маршрут лодке жизни, Гала правит рулем, – часто повторял художник. – Гала — единственная моя муза, мой гений и моя жизнь, без Гала я никто».

«Я буду делать все, что захочу»

Рядом с этой женщиной иссушающая проза жизни отступала на задний план – каждый день превращался в искрометный праздник вдохновения, а шестеренки большого бизнеса оставались за кулисами. Но даже в пестром бурлении толпы музу Сальвадора Дали окружал непроницаемый кокон тайны, которую можно было разгадывать снова и снова, так как правильного ответа попросту не существовало.

Однако знаменитый взгляд дремлющего сфинкса появился не сразу. Когда-то давно, в прошлой жизни, начавшейся 7 августа 1894 г., муза звалась Еленой Дьяконовой, жила в скучной провинциальной Казани, училась в гимназии вместе с сестрами Цветаевыми. До роковой женщины было еще далеко, но уже тогда в девочке ощущалось что-то не от мира сего. «Необычные глаза: карие, узкие, чуть по-китайски поставленные. В лице упрямство и та степень застенчивости, которая делает движения резкими», – отметила Анастасия Цветаева.

Имя Гала, что по-французски значит «праздник», придумал Поль Элюар. Елена познакомилась с ним в горном санатории: ее лечили от туберкулеза, а молодого человека – от поэзии. Так велел его отец, добрый буржуа, искренне не понимавший, зачем вообще нужно искусство. Он решительно возражал против женитьбы сына на иностранке с большими причудами. «Я никогда не буду домохозяйкой. Я буду много читать, очень много. Я буду делать все, что захочу, но при этом сохранять привлекательность женщины, которая себя не переутруждает. Я буду, как кокотка, сиять, пахнуть духами и всегда иметь ухоженные руки», – так представляла себе семейную жизнь 22-летняя Гала. Одному Богу ведомо, как она пробралась из Казани в Париж сквозь военные заслоны – шел 1916 год. Какое ей дело до чьих-то запретов!

«Мы никогда не должны расставаться»

К 1929 г. поэт-авангардист Поль Элюар достиг своего апофеоза, провозгласив новое направление в литературе – сюрреализм. Глядя на дело рук своих, женщина-праздник впала в тоску. Ее страшила завершенность, за которой более не оставалось побед. Поэтому ей так нравились неопытные мальчики, которых нужно опекать и оберегать от жизненных невзгод.

Молодой Дали нуждался в опеке более чем кто-либо. Он не умел считать деньги, до дрожи боялся лифта и впадал в панику при виде хорошенькой девушки. А еще он терпеть не мог красивых женщин, предпочитая гармонии индивидуальность и яркий стиль. «Я никогда не встречал женщины одновременно красивой и элегантной — это взаимоисключающие характеристики. В элегантной женщине всегда ощутима грань уродства  и красоты…» – рассуждал Дали. Именно такой идеал и олицетворяла Гала: отнюдь не красавица, но ее гипнотический взгляд никого не оставлял равнодушным.

Летом Дали пригласил парижских друзей к себе на виллу в Кадакес. Оставаться одному ему было уже не под силу: хрупкая психика гения с трудом выдерживала напор мыслей, эмоций и образов. В обществе дона Сальвадора считали в лучшем случае дурно воспитанным, а в худшем – буйно помешанным: неудержимый истерический смех к месту и не к месту – зрелище не из приятных.

Гала не хотела ехать в Испанию: уж очень не нравился ей этот манерный набриолиненный тип, смахивающий на аргентинского жиголо. Надо сказать, что художник сделал все возможное, чтобы восстановить гостей против себя. Договорившись встретиться с Элюарами на пляже, он обрядился в разорванные плавки, обрызгал себя синей краской и надушился самодельными духами из козьего помета. Ему придется пережить несколько ужасных минут, поймав сквозь оконное стекло заинтересованный взгляд парижанки. «Гала пронзила меня, словно меч, направленный самим провидением, — вспоминал живописец. — Это был луч Юпитера, как знак свыше, указавший, что мы никогда не должны расставаться». «Мой маленький мальчик, мы никогда не покинем друг друга», – заверяла Гала: с сумасшедшими не спорят. Чутье подсказывало ей: из этого странного парня выйдет толк, если заняться им всерьез.

Отец Дали рвал и метал, узнав, что сын связался с замужней женщиной. Гала официально оформила развод только в 1934 г., после чего влюбленные прожили еще 22 года в гражданском браке – из уважения к бывшему мужу Гала наотрез отказалась узаконить отношения с Дали до тех пор, пока жив Поль.

Бифштексы для Дали

Сестра художника донья Ана считала, что Гала жестоко эксплуатировала талант Сальвадора в целях наживы, вынуждая  работать на износ, в то время как бразды правления всецело принадлежали ей. Это она, Гала-чума, договаривалась со спонсорами, галеристами и антрепренерами, опутывала интригами коллекционеров и устраивала провокационные хэппенинги, в то время как Дали предпочитал оставаться большим ребенком, утверждая, что для него деньги  – это мистика. Сев на трамвай, художник мог запросто сунуть кондуктору 50 песет вместо 50 сентаво за билет – а это в 100 раз больше, чем нужно!

Непреклонность Гала в финансовых вопросах вошла в легенду. «Утром Сальвадор совершает ошибки, а во второй половине дня я их исправляю, разрывая легкомысленно подписанные им договоры», – шутила муза. Когда Дали предложили сняться в мексиканском фильме, Гала спросила режиссеров: «Вы любите бифштексы? Большие и сочные?» Гости радостно закивали головами. «Так вот, — продолжила Гала, — Дали тоже их любит. А знаете, сколько они стоят?» – и озвучила астрономическую сумму, которую нужно заплатить за съемки, «чтобы Дали мог есть вкусные бифштексы». Мексиканцев как ветром сдуло.

По убеждению Лидии Дьяконовой, сестры Гала, на всей планете было не сыскать лучшей няньки для великовозрастного шалопая: «Гала возится с Дали как с ребенком, читает ему на ночь, заставляет пить какие-то таблетки, разбирает с ним его ночные кошмары и с бесконечным терпением рассеивает его мнительность». В знак благодарности художник разрешал ей шалости с натурщиками.

«Она – одна—единственная на всем свете»

С возрастом Гала становилась все более ненасытной, а вот Дали предпочитал грешить в мыслях, сублимируя сексуальную энергию в искусстве, как учил дедушка Фрейд. Он радовался как дитя, когда 70-летняя Гала увела из семьи певца Джеффа Фенхольта, легенду рок-оперы «Иисус Христос — суперзвезда». Потом Гала получила в подарок роскошный приморский замок Пуболь, где она могла вволю резвиться со своими фаворитами.

Возможно, на закате дней муза сознательно отдалялась от художника, желая уберечь его от неприглядного зрелища старческой немощи. Сломав шейку бедра, она установила особый график посещений, тщательно готовясь к визитам супруга, а когда захлопывалась дверь, еле слышно шептала: «День смерти станет самым счастливым днем моей жизни…»

Гала угасла 10 июня 1982 г., но Дали упорно отказывался верить, что ее больше нет. Тело перевозили в Порт-Льигат не в катафалке, а в парадном «кадиллаке» художника, торжественно усадив на заднее сидение. С тех пор гений ни разу не брался за кисть – без животворящего дыхания музы блекнет даже самое совершенное полотно. «Мой метод работает только при условии, если владеешь нежным мотором божественного происхождения, неким живым ядром, некой Гала — а она одна—единственная на всем свете», – говорил Дали в лучшие дни.

Подготовила Анабель Ли,
по материалам книг Е. Арсеньевой «Термоядерная Гала»

Поделиться.

Комментарии закрыты