Илья Старинов: настоящий полковник

0

Независимый характер и верность своим принципам стоили Илье Старинову Золотой Звезды Героя СССР, не дождался он и звания Героя России. Зато в созвездии Льва гордо сияет сверхновая звезда «Илья Старинов», – так в 1999 г. российские астрономы поздравили с девяносто девятым днем рождения отца русского спецназа.

В ногу с веком

Илью Григорьевича часто называют ровесником эпохи: знаменитый советский диверсант, объявленный личным врагом Гитлера, пережил революцию, три войны и крах новой империи. Возможно, духовной силой Илью Григорьевича наделил его небесный покровитель: ведь неслучайно отец русского спецназа появился на свет в день Ильи-пророка – 2 августа 1900 г. Впрочем, родители будущей легенды вряд ли углублялись в метафизику – в семье было восемь детей. Скромного надела в родной деревне орловской губернии катастрофически не хватало, и в 1902 г. крестьянин Григорий Старинов подался в путейцы. Словно в насмешку многодетному отцу предложили место на перегоне Завидово – Редькино, где всем домочадцам пришлось ютиться в крошечной будке железнодорожного поста. «Часами в детстве сидел я у насыпи, глядя как завороженный на проносящиеся мимо поезда. Казалось, нет на свете силы, способной сдержать их бешеный бег. Однако мы, ребятишки, знали: отцу поезда подчиняются», – вспоминал полковник Старинов на страницах мемуаров.

Однажды ночью мечтательному мальчишке явилось знамение: в привычные сны о дальних странствиях и невиданных странах вторгся грохот взрывов. Оказалось, что отец обнаружил лопнувший рельс и, не надеясь, что машинист заметит предупредительный сигнал, положил на рельсы петарды. Но поутру странное волнение пробуждающейся души утонуло в заботах. Все было, как обычно: скучные уроки в церковно-приходской школе, хлопоты по хозяйству, младшие братишки и сестренки, посильная помощь отцу. Но колеса судьбы уже пришли в действие – началось с того, что в школе Илью услали помочь местному священнику на городской ярмарке. В дороге пастырь, презрев Великий пост, достал из сумки котлеты и принялся за трапезу, ничуть не стесняясь возмущенного взгляда мальчика. Илья сделал батюшке замечание и вскоре поплатился за дерзость: в назидание другим отрокам первого ученика выгнали из школы. В 12 лет Илья поступил на работу сторожем торфяной машины, а пять лет спустя подался в Тверь на фабрику.

Со временем наблюдательный мальчик вырос в смелого юношу с независимым нравом и обостренным чувством справедливости, которое привело его сперва в боевую группу Тверского совета рабочих и солдатских депутатов, а затем и на Гражданскую войну. Комсомолец Старинов сражался против Врангеля и Деникина в первых рядах и едва не потерял ногу: врач настаивал на ампутации, но Илья все же уговорил хирурга повременить. От неминуемой гангрены молодого бойца спас старик-фельдшер, знавший секреты лечебных трав. Все вокруг удивлялись чуду, а Илья усмехался в усы – с тех пор он знал, что для человека доброй воли нет ничего невозможного.

Как из дули сделать пулю

После разгрома Белой армии Илья Григорьевич решил продолжить дело отца и окончил школу военных железнодорожников в Воронеже. Молодого военспеца определили в Краснознаменский Коростенский полк, однако на местах требовались не железнодорожники, а саперы: обходчики то и дело натыкались на снаряды, подброшенные самозваными атаманами и прочими врагами советской власти. Уже тогда Илья Григорьевич осознал грандиозные перспективы «войны на рельсах» и, рискуя жизнью, начал экспериментировать со взрывателями, вынашивая в мыслях проект противотанковой мины. Заметив таланты юного Кулибина, революционное начальство отрядило его в отдел расследования диверсий, и молодой специалист тут же изобрел оригинальную ловушку для злоумышленников. Наступив на мину-сюрприз, диверсант не получал тяжелых увечий и успевал прийти в себя как раз к приезду следственной группы.

Инициатива пришлась ко двору – в 1930 г. Илье Григорьевичу поручили руководство центром подготовки диверсантов при Генштабе РККА, где он вскоре развернул мастерскую-лабораторию по производству мин. Его подопечные учились не только закладывать, обезвреживать и маскировать готовые взрывные устройства, но и придумывать сюрпризы для врагов, используя подручные средства. Сам же Илья Григорьевич мог соорудить адскую машину буквально из воздуха: в его руках обыкновенные часы превращались в мину замедленного действия, спичечный коробок – в замыкатель, а картошка и яблоки – в замедлители. При этом изобретатель успевал служить в разведуправлении, учиться на экспедиционном факультете Военно-транспортной академии и водить за нос отцов-командиров. Еще в 1927 г. диверсанта всех времен и народов признали негодным к военной службе после перенесенного ревматизма, который Илья Григорьевич подхватил, свалившись в ледяную воду во время восстановительных работ на мосту. Тогда красноармеец Старинов порвал заключение и как ни в чем не бывало вернулся в строй. Через 4 года незалеченный ревматизм дал осложнение на сердце. Не в силах совладать с упрямством пациента, врачи вырвали у него обещание хотя бы воздержаться от прыжков с парашютом. Но и в этот раз Илья Георгиевич всех обставил, договорившись с инструктором о тайных тренировках по ночам, которые очень пригодились ему во время войны – полковник Старинов по крайней мере трижды десантировался в тыл врага.

В 1935 г. руководство РККА с подачи маршала Тухачевского решило изменить концепцию обороны СССР, сместив акценты с организованного партизанского движения на массированные наступательные операции, хотя для страны, в техническом оснащении войск заметно уступавшей предполагаемому противнику, было бы куда рациональнее избегать крупных столкновений, навязав врагу позиционную войну в наиболее укрепленных районах с одновременным разрушением системы снабжения силами диверсантов-партизан. Но маршалу-мегаломану хотелось покрасоваться в атаках, а не прятаться в лесах, и он внушил советской верхушке мысль о заговоре, который будто бы готовили диверсанты. Позже Илья Григорьевич говорил, что если бы у партийных бонз достало ума вовремя сформировать партизанское движение, Великая отечественная война закончилась бы уже в 1943 г. Но вышло так, как вышло: многие товарищи Старинова сгинули в лагерях, а самого Илью Григорьевича спас от ареста Ворошилов. В итоге гений диверсий отправился в почетную ссылку в Ленинград на малозначительную должность заместителя коменданта Московского вокзала, сохранив звание полковника.

На всякого мудреца довольно простоты

От унылого прозябания Илью Григорьевича спасла гражданская война в Испании: почуяв запах жареного, СССР предпринял попытку остановить фашизм за пределами государственной границы, но для этого как раз и понадобились низложенные диверсанты. В 1937 г. полковник Старинов был назначен инструктором диверсионно-разведывательной группы капитана Унгрии. Под его руководством республиканцы постоянно держали франкистов в страхе. После взрыва эшелона, перевозившего личный состав фашистской авиадивизии, генерал Франко бросил дополнительные силы на охрану путей, но Илья Григорьевич вскоре удивил каудильо новыми минами с колесными замыкателями: одна из них отправила к праотцам марокканскую кавалерийскую дивизию, спешившую на подмогу фашистам, а вторая, умело спрятанная в автопокрышке, на неделю парализовала сообщение между Южным и Мадридским фронтами. Но полковник Старинов прославился в Испании не только как диверсант: среди войны, в условиях жесточайшей конспирации он завел военно-полевой роман со своей переводчицей Анной Обручевой, а позже разыскал ее и сделал предложение. В 1997 г. супруги отпраздновали алмазную свадьбу, а через год Анны Константиновны не стало.

В 1939 г. полковник Старинов вернулся в Москву, чтобы тут же отправился на новую войну в Финляндию, в который раз чудом избежав ареста по лживому доносу. С линии Маннергейма Илья Григорьевич вернулся инвалидом с парализованной рукой. И вновь боевой характер дал о себе знать: Старинов упрятал справку в дальний ящик стола и как ни в чем не бывало укатил на новое место службы – в Белоруссию.

Великая отечественная война застала страну врасплох: 22 июня Илья Григорьевич проснулся от воя сирен, а между тем по центральному радио передавали утреннюю гимнастику. Уже через неделю пришлось поспешно минировать Харьков и линию Юго-Западного фронта. Полковник Старинов подготовил остроумную западню для заносчивых немецких саперов: подбирая кое-как замаскированные мины, оккупанты вовсю потешались над русскими разгильдяями, не сумевшими даже толком вмонтировать взрыватель. Но лучше всех смеется тот, кто смеется последний: спустя несколько часов «обезвреженные» мины начали рваться – рыцари Рейха проморгали настоящие взрыватели, обманувшись блесной. А для начальника харьковского гарнизона фон Брауна Илья Григорьевич приготовил особый подарок: обнаружив в подвале отсыревшую угольную мину при подготовке дома, где ранее проживал Никита Хрущев, к приезду нового хозяина, немецкие минеры снова посмеялись над тупостью низших рас и распахнули ворота перед генералом фон Брауном. А ночью неожиданно сработала настоящая мина, заботливо припрятанная в полу…

Отныне главной заботой Старинова было уже не минное дело, а организация партизанского движения в тылу врага. Чтобы отстоять свои идеи «войны на рельсах» и доказать необходимость создания единого штаба и учебного центра подготовки партизан, Илье Григорьевичу пришлось выдержать смертный бой с кознями некомпетентных чиновников и Льва Мехлиса, решившего во что бы то ни стало не допускать боевых офицеров к Сталину, чтобы горькая правда не достигла ушей Главного. Вместе с тем ответственность за массовые потери неподготовленных партизан возлагалась не на чиновников, а на отцов-командиров. Лишь в 1943 г. письмо полковника Старинова попало к Вождю, после чего был создан Штаб партизанского движения СССР, координировавший диверсионно-разведывательную деятельность в зонах оккупации, а с 1944 г. – и за рубежом. Илья Григорьевич прошел Польшу, Чехословакию и Балканы. За 4 года войны его бойцы уничтожили 12 тыс. эшелонов и подорвали 256 мостов, а автомобильные мины, разработанные Стариновым, до сих пор с успехом применяются в контртеррористических операциях российских спецслужб.

Войны большие и малые

Казалось бы, Илье Григорьевичу уготована прямая дорога в Герои Советского союза, но «русский Скорцени» так и ушел в отставку без Золотой Звезды и в звании «вечного полковника» – командование РККА не рискнуло присвоить ему генеральский чин. Слишком уж мозолила глаза дружба Старинова с опальным югославским лидером Тито. Зато его боевым опытом неблагодарная родина пользовалась с успехом – Илья Григорьевич до самой смерти преподавал на курсах КГБ и принимал участие в подготовке отрядов спецназа, выпустив более 2000 отменных диверсантов, семеро из которых стали Героями Советского союза.

Не ко двору пришелся герой и в демократической России. Когда полковник Старинов разработал операцию по ликвидации чеченских бандформирований в Кизляре, рекомендуя заманить отряды Басаева и Хаттаба в ловушку и взорвать их при помощи радиомин, лощеные потомки партноменклатуры лишь отмахнулись от назойливого пенсионера – и вскоре заплатили за это позорной капитуляцией в Первомайске. «Если бы чеченцы по-настоящему владели стратегией и тактикой партизанской войны, результаты оказались бы намного плачевней! Беда в том, что наши полководцы тоже не имеют об этом понятия», – печально резюмировал Илья Григорьевич.

Далекая Испания оказалась не в пример почтительнее: еще в 1975 г. король Хуан Карлос предлагал Илье Григорьевичу беззаботную старость в просторной мадридской квартире на государственном довольствии, но «вечный полковник» отказался, сославшись на множество дел, ожидавших его в России: на склоне лет отставной боец невидимого фронта углубился в воспоминания и размышления, спеша передать свой опыт новым поколениям защитников отечества. Отец русского спецназа предупреждал, что третья мировая война уже началась – просто линия фронта рассредоточилась по всей планете в виде сети горячих точек. До самой смерти Илья Григорьевич консультировал командование группы «Вымпел», получив ласковое прозвище «Батя». В последние годы жизни наставника бойцы взяли шефство над стариком, насилу сводившим концы с концами на нищенскую пенсию.

Илья Григорьевич скончался в возрасте 100 лет, 18 ноября 2000 г., оставив потомкам множество загадок и легенд. Спецназовцы часто рассказывают новичкам, что в 1938 г. Эрнест Хемингуэй встречался с легендарным диверсантом, надеясь уговорить его на интервью, но Илья Григорьевич почитал правила конспирации выше славы. И тогда приставучий журналист увековечил подвиги Старинова в романе «По ком звонит колокол». А еще поговаривают, будто бы в 1944 г. бойцы Старинова перехватили у захваченного языка тетрадь с непонятными чертежами, среди которых обнаружились ядерные разработки противника. Сам же Илья Григорьевич баек не любил: в конце концов, это просто такая профессия – защищать Родину.

Подготовила Анабель Ли,
по материалам spec-naz.org

Поделиться.

Комментарии закрыты