Топ-100

Лев Ландау: «На мою свободу покушаться нельзя!»

0

Самым главным своим достижением он считал создание «Теории счастья», к которому обязан стремиться каждый человек. А формула его содержала три параметра: работа, любовь и общение с людьми. Причем все должно быть именно в такой последовательности.

Ненавидел скучных людей

Лев Ландау, или Дау, как звали его близкие друзья и коллеги, родился 22 января 1908 в Баку. Его отец, Давид Ландау, был инженером-нефтяником, мать – врачом. Они стремились дать сыну хорошее образование, мечтали, чтобы он играл на рояле. Но занятия музыкой юного Льва не заинтересовали. Зато он увлекся поэзией, с упоением читал наизусть Лермонтова.

Признаки гениальности у Льва проявлялись с раннего детства. Мальчик не просто преуспевал в учебе. Школу он закончил на четыре года раньше своих одноклассников и сразу поступил в университет, где учился одновременно на двух факультетах. Для сложных подсчетов ему не нужны были ни лист бумаги, ни сложные таблицы — все юноша производил в уме. Когда его ровесники только поступали в вуз, Ландау уже заканчивал четвертую по счету фундаментальную научную работу.

Спасаясь от начинающегося в Харькове процесса над физиками, в 1937 году Ландау принял приглашение Петра Капицы занять должность руководителя теоретического отдела Института физических проблем (ИФП). Но в 1938 году Дау соглашается подписать призывающую к свержению сталинского режима листовку, которую планировалось распространить на первомайских праздниках. Это намерение было раскрыто органами госбезопасности СССР, и физика арестовывают за антисоветскую агитацию. В тюрьме он провёл год и был выпущен благодаря вмешательству Петра Капицы, взявшего Ландау «на поруки». После освобождения и до самой смерти в 1968 году Лев был сотрудником ИФП.

Коллеги отмечали, что Дау никогда не важничал и не знал, что такое скука. Самая негативная оценка, которую он мог дать кому-то из окружавших его людей, – скучный человек. В начале 50-х годов, во время его работы над проектом атомной бомбы ему полагались телохранители. Некоторые физики почитали это за честь и знак своей значительности. Дау же наотрез отказался от «гавриков», как он их тогда называл.

Он был свободомыслящим человеком и прекрасно понимал, что живет в тоталитарном государстве, в котором всякая свободная мысль подавлялась и преследовалась. О взглядах ученого на окружающую его действительность свидетельствуют сохранившиеся в архивах записи сотрудников КГБ, считанные с подслушивающих устройств, установленных в институте и в квартире Ландау. «Наша система, насколько я узнал её с 1937 года, – говорил он, – совершенно определенно – фашистская система. Она такой осталась и измениться так просто не может. Пока эта система существует, питать надежды на то, что она приведет к чему-то приличному, даже смешно. Наши – фашисты с головы до ног. Они могут быть более либеральными, менее либеральными, но идеи у них фашистские».

Ценитель женской красоты

Глубина истинного ученого сочеталась в Ландау с чертами подростка – во всём, что не касалось науки. Подростка честного, иногда – очаровательного, порой – несносного, не терпевшего недосказанности в отношениях между людьми. Его поведение казалось вызывающим, а было лишь продиктовано неумением врать. В его голове, которая была заполнена огромным количеством формул, просто не оставалось места для лжи. Он не врал, чтобы не запутаться, и сильно отличался от «кабинетных» ученых. Когда ему подарили портфель, он недоуменно произнес: «А зачем? Я в баню не хожу». Все свои разработки, материалы к лекциям Ландау хранил в голове.

Те, кто близко его знал, рассказывали, что он почти всегда находился в состоянии творческого напряжения. Временами, захваченный новой идеей, терял сон и забывал о еде. Бытовая часть жизни его не занимала. «У него была железная сила воли, чему поражались его ученики, – вспоминает Майя Бессараб, племянница жены Ландау, многие годы бывшая для него одним из самых близких людей. – Он мне рассказывал, как её воспитал. В юности был момент, когда хотел покончить с собой. Он вдруг счел, что жизнь не удалась. Спасла книга Стендаля “Красное и черное”. Он сказал себе: если герой романа Жюльен Сорель мог изменить судьбу, почему я не могу? И стал работать над собой. Вначале ставил простые задачи. Ты любишь поспать, так поднимайся рано по будильнику. Ты робок и застенчив, так подойти к солидному господину на улице и спроси, почему он носит бороду. И так каждый день: задания, экзамены, проверки. Именно тогда он дал себе слово, что никогда не выпьет ни глотка спиртного, не будет курить и никогда не женится. Кстати, в молодости он никого так не боялся, как девушек».

К этой проблеме Ландау подходил, словно к решению физического уравнения. Шаг за шагом искал решение. Борясь с внутренней зажатостью, он мог выйти на прогулку в город, привязав к шляпе воздушный шарик, или замяукать во время спектакля. Ландау взращивал в себе смелость, неустанно работая над собой. Подходил только к самым эффектным девушкам, отказа которых боялся до смерти. Как покажет время, стратегия была верной. Через короткое время из неуклюжего «ботана» он превратился в обаятельного физика-ловеласа.

Ландау считал себя большим ценителем женской красоты. В этом он был дотошно педантичен. Подразделял слабый пол на три группы: красивые, хорошенькие и интересные. Для некрасивых придумал определения: «Выговор родителям» и «За повторение — расстрел». На улице ученый сходу определял «класс» женщины по пятибалльной системе. По его убеждению, женщины не в состоянии оценить свою красоту, на это способны лишь мужчины, и то избранные, к числу которых и относил свою «скромную» персону Ландау.

«Пакт о ненападении»

До 27 лет своей жизни Ландау был девственником. Именно в этом возрасте он решился на кардинальные перемены. В 1934 году на выпускном вечере Харьковского университета, где Лев преподавал, он попросил познакомить его с самой красивой девушкой. Через минуту перед ним предстала ослепительная Кора Дробанцева. Огромные, как блюдца, серые глаза, чувственные губы и безупречный ряд белоснежных зубов. Застенчивый физик потерял голову, но каким-то чудом заинтересовал девушку, у них завязались отношения.

Роман первой красавицы Харькова и чудаковатого ученого длился около пяти лет. В мечтах Кора уже строила планы о крепкой семье и детишках, пока в один момент мечты не развеялись в пух и прах. Ландау сообщил Коре, что любит ее… и поэтому не собирается на ней жениться. Не дожидаясь, пока девушка оправится от шока, Лев выдал ей на-гора теорию всей своей жизни — «Пакт о ненападении». Суть заключалась в том, что каждый мужчина и каждая женщина вправе иметь собственную личную жизнь даже в браке.

«Главное, что должен сделать человек в своей жизни, — быть счастливым, — считал Ландау. — Поэтому гуляйте, любите и радуйтесь каждому дню. Жениться при этом можно, но помните, что супруги при этом абсолютно свободные люди». Со временем Коре титаническими усилиями удалось убедить Дау в благоразумии брака, и они поженились. В этом странном союзе Кора стала официальной женой великого физика, но он фактически оставался холостяком. Такой был уговор. Вскоре родился сын Игорь. Молодая мама надеялась, что Ландау прозреет и поймет всю нелепость своей теории: «В самом начале нашего знакомства я еще пыталась убедить Дау, что супружеская верность важна. Но он не хотел этого слышать. Что бы делали бедные мужчины, если бы все жены хранили супружескую верность? Ведь мужья изменяют с женщинами, которые являются чужими женами, не забывай это!»

Ревность ученый порицал, как особый порок, и без конца повторял жене: «Любовницы у меня все равно будут! На мою свободу покушаться нельзя! В детстве меня угнетал и подавлял отец какими-то уродливыми взглядами на жизнь, я был близок к самоубийству. На ногах устоял только потому, что сам понял, как правильно жить. И запомни: ревность это позорный предрассудок. По своей природе человек свободен!». Ландау увивался за девушками, Кора мирилась и убеждала себя: «Мой муж — гений, и он может позволить себе маленькие шалости». Изнутри она себя съедала. Подливала масла в огонь привычка Ландау рассказывать о своих амурных похождениях жене, причем в мельчайших подробностях. Замечая ревность жены, он ругал ее, словно капризного ребенка, будто все это в ее же интересах.

«Дау не терпел хаоса ни в науке, ни в любви, — писала в мемуарах вдова Ландау, — так что всех своих женщин он… “осваивал” по расписанию. Когда у него появлялась новая возлюбленная, ей выделялись определенный день и час. И никто не мог нарушить этого графика». Еще более унизительным для жены Ландау были приготовления к каждому свиданию мужа. Она должна была позаботиться о чистом постельном белье, романтическом ужине на двоих и, уходя, захлопнуть дверь.

«Я неплохо прожил жизнь. Мне всегда всё удавалось»

Ландау поощрял измены со стороны жены, лично подыскивал кандидатуры. Напрасно. Для Коры не существовало других мужчин. День за днем она пыталась принять постулаты своего мужа, как свои собственные. Временами ей это удавалось. Кора предпочитала ни с кем не делиться пикантными подробностями их семейного уклада. Хотя об этом постоянно судачили. Рассказывали, что какой-то работяга, выйдя из института и увидев идущих вместе цветущую пышнотелую Кору и щуплого сутулящегося Дау, сказал: «Такая баба – и зря пропадает». Общих интересов у нее и мужа не было. Обычно утром Ландау садился к завтраку на свое место, раскрывал газету и начинал есть. «Даунька, будет ли война?» – спрашивала жена. «Нет, Коруша», – отвечал Дау. Этот вопрос Кора задавала каждое утро и всегда получала один и тот же ответ. Говорить им явно было не о чем, да и ему это не было нужно.

В 1962 году Ландау попал в автомобильную аварию и чуть не погиб. После трех месяцев в состоянии комы ученый проснулся немощным больным, прикованным к койке, и не в обществе красоток, как мечтал. Возле него денно и нощно находилась верная жена Кора. Ценой неимоверных усилий она поставила Ландау на ноги. Но вернуться в науку ученый так и не смог. Будучи тяжело больным, он удостоился Нобелевской премии, но это была его последняя победа. Спустя несколько лет Ландау скончался. Незадолго до смерти он сказал: «Я неплохо прожил жизнь. Мне всегда всё удавалось».

Жена пережила Льва Ландау на 16 лет и написала мемуары о знаменитом муже. В виде самиздата рукопись «Как мы жили» распространялась в среде ученых-физиков, но вскоре почти все экземпляры были уничтожены академиками и их женами, возмущенными её скандальным содержанием. Тем не менее, мемуары дождались своей публикации в 1999 году. Не так давно книга легла в основу сценария фильма о великом физике «Мой муж – гений». Эта лента прогремела еще на уровне анонсов. Ее показ пытались запретить несколько российских академиков, посчитавших неэтичным показывать подробности личной жизни Ландау, в частности его отношения с женой. Ученые настаивают, что вдова физика написала в своих мемуарах «Как мы жили» много неправды, а создатели «Моего мужа» своими домыслами усилили негативный образ Льва Ландау. «Это оскорбление памяти Ландау, – заявлял представитель Общественной палаты Евгений Велихов. – В фильме нет ничего, что составляло смысл жизни великого ученого. Зато показан страдающий сексуальной озабоченностью неврастеник».

Академик Сергей Капица, чей отец в 1938-м году вытащил Ландау из тюрьмы, признался, что к нему с предложением об участии в создании фильма обращались, но «хватило ума отказаться». «Мне всегда были неприятны россказни про личную жизнь Коры и Ландау, – не скрывает Сергей Петрович. – Зачем обсуждать их? Это дело двух человек – не более. К книге “Как мы жили” относился и отношусь снисходительно – это исповедь глубоко больной женщины. Её ли словами следует руководствоваться, рассказывая о гениальном ученом? Конечно, нет».

В свою очередь режиссер ленты Татьяна Архипцова рассказала, что в картине нет ни порнографии, ни ненормативной лексики, так что ничего не могло препятствовать ее выходу на экран. «Во-первых, закрывать глаза на очевидные пороки – это лицемерие, – заявил автор идеи фильма и его продюсер Олег Вольнов. – Во-вторых, мы делали кино не о Ландау, а об удивительной женщине Конкордии Терентьевне Ландау-Дробанцевой. О её великой любви к необыкновенному человеку».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Конкурент», «Новая», «Зеркало недели»

Share.

Comments are closed.