Лев Термен: архитектор звука

0

Синтетические мелодии терменвокса хорошо слышны в композициях «Лед Зеппелин», «Бич Бойз» и «Аквариума», но никто не вспомнит имени изобретателя: проведя полжизни под грифом «секретно», Лев Сергеевич Термен, инженер по образованию и композитор по призванию, иногда сомневался в собственном существовании.

«Термен не мрет»

«Если бы проводился конкурс на истинного представителя XX века, Лев Термен мог бы претендовать на это звание», – отмечает биограф ученого Борис Галлеев. В фантастической судьбе изобретателя прозвучали все струны новейшей истории: Лев Сергеевич родился 28 августа 1896 г. еще при царе-батюшке, создавал хитроумные гаджеты для Страны Советов и даже застал независимую Россию. Не дожив всего трех лет до столетнего юбилея, он до последнего дня продолжал работать и ездил на международные фестивали экспериментальной музыки. В то же время неистощимое богатство талантов, помноженное на неистребимую жажду жизни и познания, выдает в нем универсального гения эпохи Возрождения.

В юности Лев Термен успевал учиться сразу на двух факультетах Петербургского университета – физическом и астрономическом, а затем еще и заниматься в консерватории по классу виолончели, а потом, устроившись на работу в Физико-технический институт академика Иоффе, проводил на досуге жутковатые опыты по анабиозу, мечтая о всеобщем воскрешении. Тела подопытных кошек охлаждали до критического уровня и закапывали в снегах Кольского полуострова. «Гринпис» не одобрил бы, но кошки, как ни странно, оставались живы и здоровы, когда спустя некоторое время их откапывали и отогревали помощники Льва Сергеевича. «Термен – не мрет!» – посмеивался экспериментатор, читая наоборот свою фамилию, унаследованную от предков – французов. После смерти Ленина ученый предлагал заморозить заодно и тело вождя, но опоздал – бальзамировщики уже принялись за дело.

Но в один прекрасный день в лаборатории случилось нечто, вынудившее Термена оставить в покое кошек. Замеряя диэлектрическую постоянную газов при перепадах температуры и давления, Лев Сергеевич заметил, что прибор издавал звук, высота и сила которого зависела от положения руки между обкладками конденсатора. Что, если попробовать составить мелодию из этих звуков? Так родилась идея терменвокса – уникального музыкального инструмента, которым управляют на расстоянии. Позже Термен научил свое изобретение повиноваться взгляду, оборудовав систему фотоэлементом, следящим за зрачком.

В 1920 г. Лев Сергеевич продемонстрировал терменвокс высшему партийному руководству. Ответственные товарищи пожали плечами: да, занятно, но неплохо бы изобрести что-нибудь полезное. И неудержимая палитра звука была низведена до рева сирены, оповещающей о появлении постороннего субъекта на охраняемой территории.

Далее последовала телевизионная установка для видеонаблюдения, но так как ноу-хау тут же перехватили спецслужбы, первенство пришлось уступить Александру Зворыкину.

Ошибка резидента

Игра на терменвоксе требует абсолютного слуха. Только двум дамам удалось в совершенстве овладеть этим искусством. Первая – это племянница Термена Лидия Кавина. А второй была американка Клара Рокмор, с которой изобретателя некогда связывали романтические отношения. В 30-х годах Термен много гастролировал, собирая аншлаги в лучших концертных залах США и Европы, и в ГРУ быстро сообразили, как извлечь максимум пользы из популярности советского гражданина за рубежом. По поручению советского правительства Термен учредил в Нью-Йорке компанию Teletouch, которая специализировалась на производстве терменвоксов и охранных систем.

Дела шли в гору: в 1936 г. скромный инженер вошел в короткий список мировых знаменитостей. Выудить конфиденциальную информацию о передовых научно-технических разработках ведущих мировых корпораций из первых рук не составляло труда. В сюрреалистической студии на 54-ой авеню, где властвовал ритмвокс – новое детище Термена, раздвигающее границы пространства за счет стробоскопического эффекта цветомузыки, можно было застать Рокфеллера, Форда и Дюпона. А однажды на пороге появилась печальная 18-летняя девушка…

Кларе пророчили карьеру великой скрипачки. Травма сухожилий кисти положила конец ее мечтам, но она не умела жить без музыки. А Лев Сергеевич, в свою очередь, устал от измен ветреной супруги – вот так и встретились два одиночества, но любви, увы, не получилось: вновь поверив в себя, Клара вышла замуж за модного продюсера, а Лев Сергеевич увлекся темпераментной мулаткой Лавинией, которая помогала ему воплощать в жизнь новую революционную идею – терпситон. Этот музыкальный инструмент должен был слить воедино музыку, свет и танец.

Новое балетное шоу предвещало сенсацию, но впервые за много лет зрительный зал опустел – услышав, что Термен собирается жениться на темнокожей девушке, скандализированный нью-йоркский бомонд объявил бойкот русскому эксцентрику. Тонкая паутина связей, опутавшая западный истеблишмент, обратилась в прах. Таких ошибок не прощали никому – в срочном порядке проштрафившегося ученого конвоировали в СССР.

«Какой наш возраст!»

Лев Сергеевич провел 8 лет на Колыме, кочуя из одной шарашки в другую. В США было объявлено о кончине ученого, а между тем тот ковал броню Красной Армии и даже получил Сталинскую премию за разработку подслушивающей системы «Буран». Ее первой жертвой стал американский посол, получивший в подарок от пионеров резное панно, изображавшее карту США. Лучшие ищейки ЦРУ сбились с ног, отчаявшись понять, откуда идет утечка информации. Секрет раскрылся только спустя 7 лет: в деревянных внутренностях панно, украшавшего кабинет дипломата, скрывался цилиндр с мембраной. Невидимый луч, направленный из дома напротив, заставлял ее колебаться в такт речи, а отражатель тут же переадресовывал сигнал обратно, где его уже поджидали записывающие устройства.

Потом мембрана стала не нужна – усовершенствованная конструкция системы позволила заменить ее оконным стеклом. Только тогда растроганное правительство позволило Термену вернуться на Большую землю…

В 1991 г. режиссер Стив Мартин снял документальный фильм о жизни изобретателя и устроил Льву Сергеевичу встречу с Кларой. Пожилая леди долго не решалась на свидание: ей хотелось остаться в памяти бывшего кавалера молодой и цветущей. «Ай, Кларенок, ну какой наш возраст!» – увещевал ее 95-летний изобретатель.

Термен и вправду не мрет – именно ту музыку, о которой мечтал Лев Сергеевич под серым колымским небом, играют лучшие клубы Ибицы.

Подготовила Анабель Ли,
по материалам peoples.ru; arbuz.uz

Поделиться.

Комментарии закрыты