Виктор Гюго: «Я горд, но моя гордость – это моя сила»

0

О его жизни биографы писали: «Он познал все: великую любовь, великую славу и великое страдание».

Юный Фавн

26 февраля 1802 года в Безансоне у супругов Леопольда Гюго и Софи Гюго (в девичестве Требюше) родился третий сын. Крестными родителями ребенка стали генерал Виктор Лагори и госпожа Мари Дезирье. В их честь мальчика назвали Виктор-Мари. Его старшие братья, Абель и Эжен, росли румяными резвыми крепышами. Виктор же долго оставался слабым ребенком с грустными глазами.

Его отец Леопольд Гюго был человек пылкий и страстный, мужчина того типа, который у итальянцев называется «Господин Всегда Готов». Он был влюблен в жену и так часто пытался склонить ее к исполнению супружеских обязанностей, что в скором времени это привело к размолвкам. Эту черту характера Виктор Гюго от отца унаследовал полностью. Пламенный Леопольд Гюго завел любовницу. Супруги разъехались, и Софи, женщина с сильным бретонским характером, не пожелала терпеть обычное для того времени «раздвоение» мужа и оставила детей себе.

Вскоре Виктор по уши влюбился в соседскую дочку Адель Фуше – буржуазную благопристойную девицу из весьма состоятельного семейства. Роман завершился счастливой свадьбой. Адель Гюго-Фуше стала единственной законной супругой будущего великого поэта, матерью его детей. И жертвой своего гениального мужа.

Начав зарабатывать пером, Виктор стал бывать в свете. Почти сразу он получил у современников кличку Фавн. В юности он, монархист и добрый католик, писал друзьям и невесте огромные письма-трактаты, исполненные величавых рассуждений о добродетели и нравственности.

Театрально-литературная атмосфера, множество красивых и вполне доступных дам быстро изменили его взгляды. В то же время Адель не хотела погрязать в семейных хлопотах, у нее было собственное представление о достойной жизни и высоких отношениях, но муж то и дело норовил затащить ее в спальню. Ему это часто удавалось – в короткое время супруги Гюго обзавелись четырьмя детьми. Каждая беременность Адели протекала очень сложно, женщина чувствовала себя столь измотанной, что в итоге совсем отказалась от сексуальных отношений с мужем. Затем их брачному союзу был нанесен еще один удар. Адель влюбилась в литературного критика Сент-Бева, друга Гюго. Интимных отношений между ними, по всей вероятности, не было, но Виктор едва не вызвал Сент-Бева на дуэль. А потом нашел утешение в объятиях любовницы.

«Я знаю французский язык лучше всех!»

Как и на многих писателей его эпохи, большое влияние на Гюго оказал Франсуа Шатобриан, известная фигура в литературном течении романтизма и выдающаяся фигура Франции начала XIX века. В молодости Гюго решил быть «Шатобрианом или никем», и что его жизнь должна соответствовать жизни его предшественника. Как и Шатобриан, Гюго будет содействовать развитию романтизма, будет иметь весомое место в политике как лидер республиканцев, и будет сослан в ссылку благодаря своим политическим позициям.

В 1823 году английский писатель Вальтер Скотт опубликовал роман «Квентин Дорвард» — о Франции ХV века. «После живописного, но прозаического романа Вальтера Скотта остается еще создать роман в другом жанре, более утонченный и более завершенный, — писал Виктор Гюго. — Это должен быть одновременно и роман, и драма, и эпопея. Конечно, живописный, поэтический, действительный».

Гюго взялся изучать средневековый Париж. Заинтересовался первым викарием главного храма города, собора Парижской Богоматери — аббатом Эгже. Он был автором мистических произведений, которые церковь впоследствии признала еретическими. Эгже стал прототипом одного из главных героев будущего романа писателя. И вот 5 июня 1830 г. он заключает договор с издателем Госленом: до 30 декабря должен написать роман, иначе выплатит большой штраф.

Первые строки романа Гюго написал 25 июня 1830 года. Но через два дня в Париже началась революция. Она остановила писателя на шестой странице. Гюго покидает свою квартиру, где за окном шли бои, и переселяется к тестю на более спокойную улицу. При этом теряет тетрадь с предыдущими записями. Издатель, учитывая это обстоятельство, дал писателю последнюю отсрочку — до 1 февраля 1931 года. «Нужно было успеть вовремя, — вспоминала жена Гюго Адель. — Он купил себе бутылку чернил и огромную фуфайку из серой шерсти, в которой тонул с головы до пят. Закрыл на ключ свою комнату, чтобы не поддаться искушению выйти на улицу, и вошел в свой роман, как в тюрьму. Отныне он покидал свой рабочий стол только для еды и сна. Единственным развлечением была часовая послеобеденная беседа с друзьями, которые приходили его навестить. Им он иногда читал написанное за день».

Гюго писал, даже не чувствуя холода: в декабре работал с открытыми окнами. Бутылка чернил, которую писатель приобрел в первый день работы, заканчивалась. Последнюю строку романа Виктор Гюго написал последней каплей чернил. Был день 14 января 1831 года. Роман «Собор Парижской Богоматери» вышел в свет спустя два месяца, 16 марта. До конца года он выдержал семь изданий — так читатели полюбили средневековый сказ о драматической любви звонаря-горбуна Квазимодо и священника Клода Фролло к танцовщице-цыганке Эсмеральде. Это был первый исторический роман на французском языке.

В своих книгах Гюго смело употребляя разговорное просторечие, раскованный синтаксис, цветистые сравнения и богатые метафоры. Он заговорил с народом языком народа. И, по-видимому, имел все основания утверждать: «Есть только один классик в нашем столетии, единственный, вы понимаете? Это я. Я знаю французский язык лучше всех. Меня обвиняют в том, что я горд; да, это правда, моя гордость — это моя сила».

Он был пророком республики, рыцарем Франции. Но Виктор Гюго — еще и гражданин мира. Ведь это он был председателем первого международного съезда друзей мира в Париже, провозгласив «идею мира во всем мире».

Гюго пережил реставрацию Бурбонов и созданный ими реакционный режим, революцию 1848 года, кровавый переворот в декабре 1851 года. Как депутат палаты народных представителей и глава радикальной партии он не пошел на компромисс с режимом Наполеона Третьего и вынужден был эмигрировать — его изгнание длилось почти 20 лет. Возвратившись, он примкнул к левому, радикально-демократическому крылу, сошелся с Луи Бланом и прославленным Гарибальди. По поводу Парижской Коммуны сказал так: «Мне ненавистно преступление как красных, так и белых», но однозначно осудил расправу, устроенную версальцами над парижскими рабочими. Гюго горячо отрицал любой террор, решительно выступал против смертной казни.

Один из биографов называл писателя «гением борьбы», другой вполне обоснованно считал долгий век Гюго сплошными годами неусыпного труда. И оба были правы. Написанное Виктором Гюго не вместишь и в сто объединенных томов. Из-под его пера выходили многочисленные поэтические сборники, романы, повести, драмы, политические памфлеты, журнальные и газетные статьи, парламентские речи, воспоминания, невероятное количество писем, адресованных современникам в Европе и Америке. Стоит еще добавить систематически ведущиеся записные книжки и дневники, значительная часть которых не опубликована и до сих пор.

«Истинная жена»

Несмотря ни на что, Гюго всегда находил время для своей любовницы – Жюльетты Друэ. В прошлом натурщица смелых поз и посредственная актриса, она была женщиной очень красивой и чувственной. Боязливая покорность и нескрываемое равнодушие Адели к радостям любви не выдерживали сравнения с веселой вседозволенностью, которой предавался Гюго в объятиях Жюльетты. Он снимал для нее жилье, оплачивал расходы, требовал послушания. Женщина не имела права появляться где-либо одна, ей запрещалось даже выходить на улицу без сопровождения.

Они с Виктором оставались вместе всю жизнь. Жюльетта сопровождала Гюго в дальних поездках, последовала за ним в политическое изгнание на остров Гернси. Она не требовала от него брака, зная, что Гюго никогда не согласится развестись с женой. Не требовала устроить жизнь ее единственной дочери Клер, отцом которой Виктор, кстати, не был. В затворничестве по прихоти любовника Жюльетта провела десятилетия, сносила его выходки и терпела его охлаждения. Она стерпела даже его увлечение особой по имени Леони д'Онэ, из-за которой поэт влип в довольно неприятную историю. Ревнивый муж девушки нанял полицейских, чтобы они следили за его женой. Леони и Гюго были схвачены на месте преступления. Виктор избежал наказания, поскольку принадлежал к сословию пэров, а Леони была посажена в тюрьму за прелюбодеяние.

После того, как она вновь оказалась на свободе, Гюго стал делить свое время поровну между ней и Жюльеттой. В конце концов, Виктор оставил Леони, и мадемуазель Друэ опять стала его главной любовью. Это, конечно, ни в коей мере не мешало Гюго искать и находить других сексуальных партнерш. Сама Жюльетта подсчитала, что с 1848 по 1850 год у Гюго было по меньшей мере 200 любовниц. В 70-летнем возрасте он соблазнил 22-летнюю дочь писателя Теофила Готье, и вполне возможно, что в это же время у него была тайная связь с Сарой Бернар.

Несмотря на это, Виктор всегда называл Жюльетту своей истинной женой. Их отношения продолжались 50 лет. Большую часть этого времени они прожили отдельно друг от друга, но женщина всегда была преданна Гюго. За все время их знакомства она написала ему 1700 любовных писем. И умерла на руках у Виктора в 77-летнем возрасте.

История Адели

К тому времени уже погибла юная дочка Гюго Леопольдина: она утонула, катаясь на лодке вместе со своим возлюбленным. Это событие сильно повлияло на вторую дочь Виктора – Адель. Имея прекрасное образование, обладая привлекательной внешностью и незаурядным музыкальным талантом, девушка не была обделена мужским вниманием. Однако всем претендентам на ее руку и сердце она неизменно отвечала отказом. Все изменилось после того, как в ее жизни появился лейтенант Альберт Пинсон.

Едва познакомившись ним, Адель поняла, что именно Пинсон – мужчина всей ее жизни, и решила, что непременно должна выйти за него замуж. Однако молодой англичанин совсем не спешил связывать себя узами брака, а вскоре он и вовсе начал избегать отчаянно влюбленную в него писательскую дочь. Но одержимая страстью, Адель не отступала. Она преследовала возлюбленного по всему миру, отправляясь за ним, то в Англию, то на Мальту, то в Канаду. Оказавшись в городе, где был расквартирован полк Пинсона, Адель снимала номер в гостинице и проводила дни в напрасном ожидании любимого. Она писала ему бесконечные письма, оплачивала его карточные долги и даже сама нанимала ловеласу Пинсону проституток, поскольку лишь к дамам легкого поведения она его не ревновала. Родителей, знакомых и всех вокруг Адель уверяла, что она и Пинсон – законные супруги. На самом же деле свадьба состоялась лишь в ее помутившемся воображении.

А вот Пинсон вскоре женился, и даже стал отцом. Но его избранницей оказалась отнюдь не Адель. Изрядно подуставший от преследований дочери Гюго лейтенант многократно пытался убедить несчастную женщину не питать несбыточных надежд, просил оставить его в покое, и уехать во Францию. Но все было напрасно: каждый день Адель караулила его у казармы. Когда офицер появлялся, она устремляла на него свой пристальный взгляд, а затем молча шла за ним до самого дома.

Когда Адель вернулась во Францию в 1872 году, Виктор Гюго едва узнал в помешанной, изможденной нищенке свою дочь. Ее, окончательно потерявшую рассудок, какой-то добрый человек привез во Францию с острова Барбадос.

Женщина так и не пришла в себя, в конце концов ее перевели в сумасшедший дом, где она и закончила свою жизнь в возрасте 85 лет, отойдя в мир иной с именем Альберта на устах. После нее осталось бесчисленное количество неотправленных писем, которые она писала любимому всю свою жизнь. А психиатры обессмертили ее имя – синдромом Адели называется длительное любовное помешательство.

Драма, которая случилась с Аделью, стала причиной болезни и смерти жены Гюго. Затем не стало сыновей писателя – Шарля и Франсуа-Виктора. Все это сильно потрясло Гюго. На старости лет он остался одиноким дедом внука Жоржа и внучки Жанны. Умер Гюго 22 мая 1885 года, его последними словами были «Я вижу черный свет».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Суперстиль», «Зеркало недели», «Спроси Алену», Gazeta.ua, Lady-forever.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты