Говард Филлипс Лавкрафт: провидец из Провиденса

0

Говард Филлипс Лавкрафт был и остается одной из самых загадочных фигур мировой литературы. Непризнанный при жизни и вознесенный на пьедестал после смерти, шокирующий сверхъестественными видениями и странными привычками, классик жанра хоррор до сих пор ставит в тупик биографов, литературоведов и эзотериков.

Наследие «безумного араба»

Рассказы американского мастера готической прозы Говарда Филипса Лавкрафта приводят в содрогание не одно поколение любителей изящной словесности. Порою сюрреалистические описания древних нечеловеческих рас вызывают закономерные опасения относительно психического здоровья автора, но сумасшедшим Лавкрафт уж точно не был – все знакомые писателя в один голос твердили, что ни разу не встречали более мощного интеллекта, приправленного изрядной порцией иронии и скепсиса. К тому же простой смертный вряд ли сподобится выдумать то, что лежит за пределами воображения – пространные заклинания на нечеловеческом языке и дикие ритуалы адептов темных культов так живо мог описать только очевидец. Да и сам писатель утверждал, что не сочиняет свои повествования – невиданные образы сами являлись ему сначала во сне, а затем и наяву, в состоянии, близком к трансу.

Сторонники оккультных наук в один голос утверждают, что Лавкрафт обладал врожденным даром медиума и черпал идеи из хроник Акаши – информационного поля Вселенной, в котором запечатлены прошлое, настоящее и будущее.

Возможно, корни темного дара следует искать в детстве: писатель появился на свет 20 августа 1890 года в очень непростой семье: мать происходила из старинного масонского рода. Предки Лавкрафта не единожды подвергались гонениям за ересь, пока не нашли убежище в тихом североамериканском городке Провиденсе. В доме сохранились старинные трактаты по теологии, философии, мифологии и магии, которые маленький Говард усиленно штудировал, начиная с четырехлетнего возраста. Но расплата за тягу к запретным знаниям не заставила себя ждать: славный род Филлипсов был близок к вырождению, а у Сары Сьюзен Филлипс диагностировали шизофрению. То ли в умопомрачении, то ли в пику отцу она выбрала себе в мужья местного коммивояжера Уинфилда Лавкрафта, известного пьяницу и волокиту, вдобавок страдавшего сифилисом. Спустя три года после рождения сына он впал в прогрессивный паралич и вскорости скончался, не приходя в сознание.

Пока Сара находилась в сумеречном состоянии, воспитанием Говарда занимался дедушка, возлагавший большие надежды на внука-вундеркинда. В 2 года мальчик освоил грамоту, в 4 года спокойно читал научные трактаты, в 8 лет начал писать стихи и переложил «Одиссею» на английский язык, а в 9 лет начал издавать ежеквартальный научно-популярный журнал, что само по себе удивительно. В наши дни писателя могли бы причислить к славной когорте детей индиго. Однако сам Лавкрафт презрительно отмахивался от мистических теорий, приписывая все эксцессы бурному воображению и повышенной восприимчивости, вынуждавшей мозг впитывать всю информацию без разбора. Тем не менее, некоторые случаи явно выходят за рамки обычных детских фантазий.

В пятилетнем возрасте Говард объявил, что принимает ислам и отныне его стоит величать Абдул-аль-Хазред. Поскольку этому предшествовало увлечение арабской поэзией и сказками «Тысяча и одной ночи», домочадцы ничуть не удивились: мальчик рос очень впечатлительным и переживал все гораздо острее, чем можно было ожидать. Но так как в известном восточном фольклоре такого персонажа не было, дедушка поинтересовался у внука, кто это такой. В ответ мальчик выдал подробнейшую историю жизни средневекового арабского ученого, возжелавшего повелевать духами. После долгих скитаний по проклятой пустыне Аль-Азиф, кишащей злобными демонами, Аль-Хазред приобщился к черной магии древних рас, живших раньше Аллаха, изложив свои откровения в богомерзкой книге «Некрономикон», которая то и дело будет всплывать в повестях и рассказах Лавкрафта, пока некоторые читатели не поверят всерьез, что проклятый фолиант действительно существовал. Кроме того, некоторые исследователи утверждают, что жизнеописание любимого героя Лавкрафта дублирует биографию реального арабского мыслителя Али Абу Аль-Хазена, жившего в VIII веке. По проекту Аль-Хазена была построена мощная ирригационная система в Северной Африке, повергавшая современников в благоговейный трепет. Впоследствии ученого обвинили в колдовстве, и он был вынужден провозгласить себя сумасшедшим, так как по закону Шариата безумцы не подлежат суду. С тех пор гениальный изобретатель, прозванный «безумным арабом», вел жизнь бродячего дервиша и снова прославил свое имя изысканными философскими стихами.

Дар или проклятие?

Вскоре после явления Аль-Хазреда в жизнь Лавкрафта вторглись странные видения. По ночам мальчика навещали таинственные бесплотные существа, которых он называл «Ночные мверзи» – на своих перепончатых, как у летучих мышей, крыльях они уносили Говарда на высокие остроконечные горные вершины, позже выведенные в образе «отвратительного плато Лэнг», населенного монстрами, которые называли себя Великими Древними. Эта раса подчинила себе законы Космоса и частично преодолела материю. Как правило, Великие древние принимали облик гигантских пирамид, сотканных из студнистого мрака и вооруженных длинными щупальцами. Боги, которых они чтили, предшествовали Абсолюту и воплощали в себе силы первозданного хаоса. Когда эра Великих Древних подошла к концу, они скрылись в параллельном измерении, погрузившись в летаргический сон. В определенные времена, когда созвездия принимают особое положение, Великие Древние получают возможность вторгаться в мир сновидений. Нечто похожее сообщала и Елена Блаватская в «Тайной доктрине» и «Книге Дзян», однако Лавкрафт с идеями теософии был незнаком. Да и вряд ли его утонченная натура могла искать вдохновения на собраниях оккультистов: потомок английских аристократов питал инстинктивную неприязнь к толпе и ненавидел всякие сборища.

По признаниям контактеров, откровения отнимают много сил. Неудивительно, что Лавкрафту вечно досаждали всевозможные хвори и панические атаки, которые могло унять только литературное творчество. В 15 лет юноша создал свой первый рассказ «Зверь в пещере», а в 1914 году присоединился к Любительскому печатному агентству, публикуя стихи, очерки, статьи и рассказы. Хотя незаурядный талант молодого писателя сразу бросался в глаза, при жизни Лавкрафт так и не дождался признания. Возможно, дело было в полном отсутствии практической сметки: незамужние тетушки, опекавшие вундеркинда после смерти дедушки, оказали юноше медвежью услугу. Ограждая хрупкого Говарда от школьных невзгод и дурного влияния соседских мальчишек, они не осознавали, что растят безынициативного, болезненно застенчивого и плохо приспособленного к повседневным реалиям человека. К тому же бесноватая мать внушила молодому человеку тягостные мысли о дегенерации и уродстве, из-за чего Лавкрафт, повзрослев, так и не наладил отношения с прекрасным полом. Единственная попытка создать семью с подругой по переписке Соней Грин закончилась провалом, причем к разрыву писателя с женой приложила руку тетушка Энн, наотрез отказавшаяся принимать в доме дочь еврейских иммигрантов.
 
Когда в 1917 году семья оказалась на грани разорения, бывший вундеркинд с горечью осознал, что неспособен зарабатывать на жизнь. Были дни, когда приходилось балансировать на грани голодного обморока, выживая на 15 долларов в неделю. Между тем неустроенность, замкнутое существование и привычка к самокопанию резко усугубляют пагубные последствия контактов с иным разумом. Если волевой человек никогда не доведет себя до нервного истощения и в нужный момент оборвет связь, то неприкаянного Говарда несло по волнам эфира, как ничтожную щепку. Сновидения то и дело перерастали в галлюцинации, подменяя собой явь, и вскоре Лавкрафт начал ловить себя на том, что во время работы его рукой водит какая-то незримая сила, а тексты словно рождаются из ниоткуда. Иной раз писатель порывался бросить свое жуткое ремесло, но всякий раз его настигали мучительные мигрени, избавиться от которых можно было лишь при помощи пера. Циклы рассказов-видений с удовольствием публиковал журнал «Сверхъестественные истории». После смерти писателя по архивам этого журнала Август Дерлет воссоздавал антологию творчества Лавкрафта.

Тревожные пророчества

В 1921 году из-под пера Лавкрафта вышло любопытное стихотворение в прозе «Ньярлатхотеп», написанное в трансе автоматическим письмом. «Ньярлатхотеп» – это подлинный фантом меня самого, создавший первый абзац, который был написан прежде, чем я полностью проснулся. В последнее время я чувствовал себя ужасно – целые недели прошли без избавления от головных болей и головокружения… Среди этого мрака прибыл кошмар кошмаров – наиболее реалистичный и ужасный из тех, которые я испытывал…, – рассказывал Лавкрафт приятелю. – Так как я падал в пропасть, то истошно крикнул, после чего видение исчезло. Мне было очень больно, но, повинуясь неосознанному порыву, я бросился к свету и стал отчаянно записывать увиденное, пытаясь сохранить атмосферу беспрецедентного испуга. Проснувшись, я вспомнил все события сна, но полностью утратил невыносимое чувство страха – подлинное ощущение присутствия отвратительного незнакомца. Из того, что я только что записал, мне непосредственно принадлежала самая малая часть. Когда я рассмотрел написанный мной текст, меня удивила его последовательность. Он состоял из одного абзаца завершенной рукописи, позднее я изменил лишь три слова». Позже «величайший бестия» Алистер Кроули с удивлением узнал в Ньярлатхотепе сущность по имени Айваз, продиктовавшую ему «Законы Телемы»: оба контактера описывают «высокого черного человека европейской внешности, с лицом повелителя дикарей и глазами, закрытым вуалью, чтобы их взгляд не разрушал то, что они видели». По его убеждению, культ Айваза-Ньярлатхотепа действительно существовал в додинастическом Египте.

В 1926 году на Лавкрафта обрушился новый виток ужасающих откровений. Оказывается, Великие Древние когда-то вернутся в наш мир, воспользовавшись особыми психическими вратами, которые распахнет Верховный жрецу Ктулху, ожидающий своего часа в затонувшем городе Р'Лайх. На Земле проводником энергии Ктулху является раса Глубоководных, описанная в «Тени над Иннсмутом». Это прямые потомки водного божества Дагона, верного слуги Верховного Жреца. Иногда Глубоководные выходят на землю и совокупляются с людьми, порождая дегенеративное и морально извращенное потомство с рыбоподобными физическими чертами, которое подпитывает Великих Древних гнусными ритуалами. Хотя внешне писатель стойко сохранял прежний скепсис, у него появились странные фобии. Лавкрафт боялся гулять вблизи озер и рек, а находясь дома, всегда наглухо запирал ставни. Кроме того, у него постепенно развилась абсолютная непереносимость холода. По словам его близкого приятеля Августа Дерлета, однажды, отправившись куда-то по срочным делам в морозное утро, писатель прямо на улице потерял сознание.

Вслед за хрупким душевным равновесием уходило и здоровье, окончательно подорванное нищетой и годами нескончаемого кошмара. В 1937 году Говард Филлипс Лавкрафт скоропостижно скончался, причем до сих пор так и неизвестно, что за напасть свела писателя в могилу – воспаление почек, осложненное уремией, или же запущенный рак. Но у оккультистов есть свое объяснение: американского затворника погубило истощение запасов жизненной энергии – те, кто диктует внеземные послания, не прочь полакомиться энергией контактеров, поэтому необученные ясновидящие, как правило, долго не живут.

Впоследствии идеи Лавкрафта нашли воплощение в трактате Алистера Кроули «Звездная мудрость», из которого выросло эзотерическое движение «Орден серебряного света». Воздали должное мифологии Великих Древних и современные оккультные школы – «Общество Тифона», «Мистерия Червя» и «Культ Черного змея». Какая-то вудуистская секта из штата Висконтин даже пыталась вызвать Глубоководных на берегу лесного озера.

Да что вуду! Ритуальная практика «Церкви Сатаны» Антона ЛаВея в точности срисована с обрядов, которые практиковали жители злополучного Иннсмаута. Даже знаменитая пентаграмма – не что иное, как символ великолепной пятерки богов Великих Древних – Азатота, Йог-Сотота, Шуб-Нигуррата, Дагона и Ньярлатхотепа. Но если Лавкрафт считал Великих Древних и их богов воплощением космического зла, то последователи Кроули видели в их возвращении закономерность, вытекающую из чередования Эонов. По словам провидца, время пробуждения Великих Древних распознать очень просто: «Люди тогда станут как Великие Древние – дикими и свободными, по ту сторону добра и зла, откажутся от законов и морали, все будут кричать, убивать и веселиться. Тогда освобожденные Древние откроют им новые способы кричать, убивать, веселиться и наслаждаться, и вся земля воспылает в холокосте экстаза и свободы», – предупреждал Лавкрафт. Судя по событиям последних лет, ждать воцарения Ктулху осталось недолго…

Подготовила Анабель Ли,
по материалам lib.rus.ec.com

Поделиться.

Комментарии закрыты