Андрей Громыко – мистер «Нет»

0

Более 50 лет Андрей Андреевич Громыко занимал высокие государственные посты в СССР и был участником всех главных событий на планете. Он спорил с Рузвельтом и Рейганом, работал со всеми Генеральными секретарями КПСС: общался со Сталиным, охотился с Брежневым, был шокирован Хрущевым и незаменим при Андропове и Черненко, а Михаила Горбачёва сам привел к власти.

Советская эпоха осталась далеко позади. Однако его дипломатическое прошлое, противоречивое и многогранное, актуально и сегодня.

Крестьянин-дворянин

В официальной биографии Андрей Громыко всегда указывал свое крестьянское происхождение: родился он 18 июля 1909 г. в деревне Старые Громыки Гомельской области (Беларусь), а отец его, дескать, был крестьянином, работавшим на заводе. И вместе с ним 13-летний Андрей ходил на заработки. Только род Громыко был древним белорусским шляхетским родом, большая часть которого во времена Российской империи была переведена в податные сословия.

Тем не менее, жизнь Андрея ничем не выделялась среди его земляков. Тогда все были одинаковые, и жили в одинаковых условиях, разве что стремлений учиться у сельского мальчишки было побольше, чем у его приятелей. После окончания 7-летней школы, Андрей продолжил образование в техникуме и в сельскохозяйственном институте. Но вот тут-то жизнь стремительно совершила неожиданный вираж и высоко вознесла скромного парня из глухого белорусского села.

Незадолго до окончания института Андрею Громыко предложили продолжить образование в аспирантуре, а потом призвали на дипломатическую работу: в 1939 г., после невиданных по масштабам чисток, в Наркомате иностранных дел не хватало кадров. И грамотного молодого человека, в совершенстве владеющего английским языком, назначили по рекомендации В. Молотова на должность посла в США и одновременно посланником СССР на Кубе. И было ему тогда всего 34 года…

Дипломат из глубинки

Так как А. Громыко совсем не готовился к дипломатической карьере, которой ему пришлось заняться в силу стечения обстоятельств, тем не менее, в международных политических и дипломатических кругах он приобрёл легендарную славу за глубокие знания, уникальную память и удивительное умение вести переговоры.
Знаете, надо отдать ему должное. Несмотря на то, что Громыко, молодой и неопытный, оказался в самой гуще международных событий в самые труднейшие военные годы, он всегда упорно, бесстрашно, главное, умело отстаивал интересы СССР. Кстати, именно он повлиял на создание антигитлеровской коалиции и добился от США выполнения своих союзнических обязательств: они все же открыли в 1944 г. 2-й фронт в Европе. Политики всех стран старались сохранить с ним достаточно дружеские и доверительные отношения. А он, в свою очередь, перенимал у них дипломатический профессионализм.

В течение многих лет Андрей Андреевич изо дня в день совершенствовал свое дипломатическое искусство, которое успешно потом использовал для создания фундамента международной структуры Мира. Участие в конференциях в Ялте («Большая тройка»), Потсдаме, при создании Организации Объединённых Наций (ООН) в Думбартон-Оксе и Сан-Франциско, где в 1945 г. подписал от имени СССР Устав ООН, сделало его участником формирования послевоенного устройства мира.

Кроме этого на Пленуме ЦК КПСС он определил сферу работы МИДа, которое при нем перестало заниматься идеологией и пропагандой, а решало только практические задачи государственной важности. Благодаря Громыко были также ограничены ядерные испытания и Противоракетная оборона (ПРО), составлен Заключительный акт СБСЕ в Хельсинки в 1975 г., подтвердивший границы СССР и других соцстран. Еще он удержал правительство СССР от военных действий против Израиля в 1983 г. Кстати, в годы, когда во главе МИД стоял Громыко, значение и авторитет этого ведомства значительно возросли. А его самого боялись и уважали.

Пусть без блеска и изящества, зато с необычайной энергией, редкостной памятью и работоспособностью, поразительной настойчивостью и эрудицией он всегда забивал своих оппонентов. Даже его ярый противник Госсекретарь США Г. Киссинджер писал о нем: «Громыко не верил в блестящий дипломатический ход или впечатляющий маневр. Он делал ставку на большое мастерство, терпение и дисциплину и никогда не приступал к переговорам без того, чтобы не ознакомиться со всеми деталями вопроса. Он достигал важных целей и редко допускал ошибки(…) был достойным человеком, который держал свое слово и четко придерживался выработанных договоренностей».

«Если мы им уступим, то прокляты будем всеми»

Поскольку А. А. Громыко был главой делегации СССР на 22 сессиях Генеральной Ассамблеи ООН, не раз в годы «холодной войны» он пользовался своим правом вето в Совете Безопасности, отстаивая внешнеполитические интересы СССР, за что на Западе его частенько называли «Господин Нет», а после отказа принять режим Франко в Испании его стали называть «Мистер Вето». На это он всегда с улыбкой говорил, что его «нет» оппоненты слышат намного реже, чем он их «ноу», ведь советский представитель всегда выдвигал гораздо больше предложений, правда, в результате взаимных отказов деятельность ООН порой была практически заблокирована.

Как свидетельствуют очевидцы, А. А. Громыко был реальным человеком, тонко чувствующим обстановку и соотношения сил в мире, осторожно переступая иногда за жесткие рамки идеологических схем.

Поскольку Громыко возглавил МИД СССР в период «холодной войны» между СССР – США, основной задачей внешней политики было не превратить ее в «горячие» боевые действия и, главное, не допустить применение ядерного оружия. В то время международная ситуация была достаточно накалена. Опасное напряжение вначале 60-х гг. ощущалось вокруг Западного Берлина, случился Карибский кризис, были военные конфликты на Ближнем Востоке, война во Вьетнаме, события в Анголе, Эфиопии. Велика была вероятность начала III мировой войны. Однако Андрей Андреевич, благодаря своим личным качествам и связям сумел-таки «разрядить напряженность» между Западом и Востоком и установить контроль над критически опасными ситуациями.

Не менее важной своей задачей Громыко всегда считал закрепление результатов II мировой войны. Особое внимание он уделял урегулированию отношений с двумя германскими государствами, ФРГ и ГДР. Его сын Анатолий вспоминал, что отец всегда говорил: «Я не сумасшедший, чтобы менять итоги войны. Если мы им уступим, то прокляты будем всеми замученными и убитыми. Когда я веду переговоры с немцами, то, случается, слышу за спиной шепот: “Не уступи, Андрей, не уступи, это не твое, а наше…”. И урегулирование территориальных вопросов с Японией Громыко тоже знал во всех деталях и был настроен особенно жестко, в связи с возможностью передачи Южнокурильских островов. И уж особенно гордился Громыко Хельсинским Заключительным актом. По сути, это был кодекс поведения всех европейских государств в основных сферах взаимоотношений. Кстати, то, что сегодня ОБСЕ, преемница СБСЕ, стала работоспособным органом равноправного(!) сотрудничества европейских государств, – результат немалых усилий и Андрея Громыко.

Есть ли право на ошибку?

Только не все так гладко было в биографии Громыко, как может показаться на первый взгляд. Да, Андрей Андреевич был умен, осторожен, старался не совершать опрометчивых поступков, но и у него случались досадные промахи. При его участии Политбюро ЦК КПСС принимало трагические, хотя и неоднозначные решения, например, о вводе войск СССР в Чехословакию и Афганистан, об обострении отношений с Китаем и Японией. Правда, документы по вопросу ввода войск в Чехословакию в 1968 г., показывают, что А. Громыко просто присутствовал на обсуждении данного вопроса в Политбюро и четко формулировал мотив этого решения советского правительства: обеспечить внешнеполитические условия ввода войск ради предотвращения вмешательство Запада.

Тем не менее, он частенько позволял себе высказывать мнения, не всегда совпадающие с точкой зрения своего непосредственного руководства. Не побоялся возразить Молотову в 1947 г., смог упрекнуть в необоснованности мнения замминистра А. Я. Вышинского, да и по поводу ввода советских войск в Афганистан тоже высказывался достаточно резко. Многие считали Громыко скованным, угрюмым, чрезвычайно скупым на эмоции человеком, который всегда ходил в строгом черном костюме, белой рубашке с галстуком и выглядел внешне очень суровым.

Но люди, близко его знавшие, вспоминают Андрея Андреевича как  весьма доброжелательного человека, лояльного к сотрудникам (ни разу в его поведении не отразилось очередное повышение по служебной лестнице). А в деловом общении он просто блистал остротой ума и глубоким знанием дела, внушавшим уважение: полностью владел темой разговора, говорил свободно, без каких-либо заметок и обладал восхитительным чувством юмора. Его меткие комментарии частенько разряжали напряженную обстановку во время переговоров. Не зря же после его первой переговорной встречи с Рональдом Рейганом в 1984 г. психологический климат в советско-американских отношениях изменился к лучшему.

Прощальное «нет»

Начало «перестройки» и приход к руководству Михаила Горбачева означал неизбежный конец «эры Громыко» в советской дипломатии. Сам Андрей Андреевич это отлично понимал, однако именно он сыграл решающую роль в избрании Горбачева Генеральным секретарем ЦК КПСС, надеясь на грядущие перемены. Хотя от его цепкого взгляда профессионала не ускользнули  просчеты «перестроечной» дипломатии. Не оправдал его надежды новый Генсек, «не по Сеньке оказалась шапка государева». С болью в сердце смотрел Андрей Андреевич на то, как новое советское руководство гордится своим отказом от позиции силы в международных отношениях… Для него мир – это всегда благо, но только не любой ценой и, тем более, не за счет собственного народа. В своей работе А. Громыко всегда руководствовался римской пословицей «Хочешь мира – готовься к войне». А в кресле руководителя великой державы, по его мнению, нельзя быть пацифистом, иначе неизбежно навредишь своему государству. Увы, его время безвозвратно ушло…

В 1983 г. Громыко «повысили, понизив» до 1-го зама Председателя Совета Министров СССР, даже не определив ему круг новых обязанностей. Его место в МИДе занял Эдуард Шеварднадзе, который стал для Запада «мистером «Да»». Через пару лет, Громыко, правда, избрали Председателем Президиума Верховного Совета СССР, только вскоре он попросил освободить его от всех постов и ушел на пенсию по возрасту (но не по старости!), написал несколько книг и через год (2 июля 1989 г.) умер. И хоронить себя он приказал не у Кремлевской стены, как полагалось, а на Новодевичьем кладбище в Москве. Видимо, так он на прощанье сказал свое коронное «нет».

По воспоминаниям сына Андрея Громыко, отец частенько говорил, что только из-за его твердости и непоколебимости СССР всегда добивался успехов во время переговорных процессов. Особенно непреклонен был Громыко, когда видел, что с ним, а значит и с СССР, разговаривают с позиции силы или играют в «кошки-мышки». Он никогда не лебезил перед оппонентами, не подставлял другую щеку, когда его били по одной, а действовал так, чтобы противникам жизнь медом не казалась.

К чести Громыко, он никогда не участвовал ни в одной внутрипартийной интриге (хотя доносы, подножки друг другу у партийной верхушки всегда были в почете), старался со всеми поддерживать ровные отношения, во время политических перемен всегда был человеком-невидимкой и обязательно был верен руководителю государства. Поэтому, несмотря на смену советских лидеров, внешняя политика Советского Союза всегда была неизменной, а к 1985 г. СССР достиг на мировой арене максимального влияния. Даже Рональд Рейган, скрипя зубами, после переговоров с Громыко сделал сенсационное заявление: «США уважают статус СССР как сверхдержавы, и у нас нет желания изменить его социальную систему». А Генри Киссинджер говорил, что вести переговоры с Громыко, не владея всеми деталями проблемы, было равносильно самоубийству: «Его тактика состояла в том, чтобы аккумулировать незначительные уступки, которые в конце дня превращались в прорыв для Советского Союза(…) У него, как он сам сказал однажды, было единственное правило: «что полезно для Советского Союза». Не много министров иностранных дел заслуживают столь высокой дани уважения».

«Золотые правила дипломата» А. А. Громыко

– Не раскрывать сразу другой стороне все карты
– Не решать проблему одним махом
– Встречи в верхах использовать осторожно: плохо подготовленные принесут больше вреда, чем пользы
– Не позволять манипулировать собой
– Реально оценивать обстановку. Еще более важно, чтобы эта реальность никуда не исчезла
– Закрепить результат дипломатически и документально оформить компромисс
– Постоянно бороться за инициативу – лучший способ защиты государственных интересов

Было бы несправедливо подходить к личности А. А. Громыко с мерками сегодняшнего дня. Он был частью своей эпохи, ее порядков и представлений. И сегодня надо честно воздать должное его большим заслугам, уважая его право на ошибку.

Подготовила Соня Тарасова,
по материалам Gromyko.ru, «Народная газета», «Белорусское время», «Люди», Министерство иностранных дел РФ

Поделиться.

Комментарии закрыты