Андрей Кивинов: «Первую книгу написал ради шутки»

0

Именно он считается в России создателем нового направления в криминальной беллетристике – милицейского романа-анекдота. Впрочем, читателей в его книгах всегда привлекали не только юмор, но и глубокое знание предмета – часто сюжеты берутся просто из жизни.

«Когда выходила первая книга, боялся, что меня уволят»

Андрей Кивинов родился 25 ноября 1961 года в Ленинграде. Писателем, тем более профессиональным, он вообще не собирался становиться, да и оснований у него для этого не было никаких – в школе Кивинов писал жуткие сочинения. Андрей окончил Ленинградский судостроительный техникум, параллельно учился в Кораблестроительном институте на вечернем отделении. Но получив в 1986 году диплом инженера, по комсомольской путевке пошел работать в милицию оперуполномоченным уголовного розыска.

Однажды ему в руки попала книга Эда Макбейна, и Кивинов обратил внимание на то, что работа американских полицейских во многом схожа с его собственной. У него мгновенно родилась мысль: а почему бы не попробовать написать в таком же юморном ключе про своих ребят? Тем более что в загашнике было много разных забавных и поучительных историй, которые в его отделе постоянно вспоминали, пересказывали на всевозможных посиделках. «Я никому не стал говорить о своей затее, – вспоминает Кивинов. – В выходные дни, в перерывах между работой, дежурствами писал свою первую повесть. Прочитал ребятам. Посмеялись. Так что все начиналось как шутка. Рукопись “Кошмара на улице Стачек” попала в руки знакомого журналиста, он отнес ее в издательство. Там повесть тоже понравилась, предложили напечатать».

Коллеги не изменили к Андрею своего отношения после того, как тот стал писателем: «У нас, в принципе, коллектив был достаточно творческий. Елена Топильская, написавшая “Тайны следствия”, работала в нашей прокуратуре, Олег Дудинцев – мой соавтор по “Убойной силе” – трудился в одном отделе со мной. Есть еще авторы. Попади я в другой коллектив, может, ничего бы и не было, я бы не стал писать. Когда выходила первая книжка, очень боялся, что как минимум уволят, потому что в ней было много откровенного. Но в районе отнеслись совершенно спокойно, и начальство даже устроило презентацию».

Пение хором вместо штрафа

После того, как по детективам Кивинова сняли сериал «Улицы разбитых фонарей», к писателю пришла настоящая популярность. Потом появились «Убойная сила», «Опера», но далеко не ко всем этим фильмам Кивинов имел отношение. А вот там, где он помогал в работе над сценариями, Андрей порой использовал эпизоды из своей ментовской жизни: «Рогов как-то врывается в сберкассу с автоматом. А кассирша таким усталым голосом говорит: “Когда мастера вызовут? Опять сигнализация сработала”. У меня был такой случай в жизни. Однажды ложно сработала сигнализация в сберкассе. Мы приехали, я с автоматом подхожу к окошку, а кассирша безразлично на меня посмотрела и произнесла: “Опять сигнализация сработала, вызовите вы, наконец, мастера!» Я подумал: «На лбу, что ли, у меня написано, что я из милиции? А вдруг бы действительно бандиты ворвались?”»

На сайте Кивинова есть раздел, куда все пишут байки. «По одной из них сняли эпизод, но он, к сожалению, не вошел в телеверсию. Он снимался для “Убойной силы-4”, серии “Судный день”, – рассказывает писатель. – Там инспектор ГАИ (Плахов) тормозит сотрудника милиции за превышение скорости. Видит у нарушителя милицейское удостоверение, расстраивается и говорит: “Слушай, дай хотя бы рубль”. Тот удивляется: “А рубль-то тебе зачем?” – “Да примета плохая: если сначала не повезет, то денег весь день не будет”».

Пока Кивинов работал в органах, приходилось встречаться с «оборотнями в погонах». А потом – Бог миловал, даже с гаишниками проблем не было. «Либо меня узнают, либо я просто не нарушаю правила, – говорит писатель. – Останавливают меня редко. В общем, конфликтов с бывшими коллегами у меня не было. А вот у моих знакомых – масса случаев. Один даже рассказал анекдотичный случай. Гаишник вместо штрафа предложил спеть хором. Спели, причем солировал инспектор. Слово сдержал – отпустил. В принципе, хороший почин. Вместо штрафа поешь в воспитательных целях патриотическую песню».

«Жена – первый редактор и критик»

Супругой Кивинова стала известная журналистка Виктория Шервуд, которая также занимается и литературным творчеством. Познакомились они в 1996 году, когда Виктории поручили взять у Андрея интервью. «Отдел по раскрытию убийств Кировского РУВД, который Андрюша возглавлял в то время, нашла с трудом, – вспоминает Шурвуд. – Побродив по пустынному дворику, поинтересовалась у двух бабушек, где здесь “убойный” отдел – те шарахнулись от меня, как от чумной. Еле нашла дверь в полуподвал, где ребята разместились. Андрей мне понравился с первого взгляда, но тогда я была несвободна и представить себе не могла, что наше знакомство перерастет во что-то более серьезное. Года через два после нашей первой встречи мы оказались рядом на дружеской вечеринке и тогда, возможно, и разглядели друг друга по-настоящему».

Именно Викторию Кивинов называет своим первым редактором и критиком своих произведений: «Иногда она даёт советы, а иногда и прописывает для меня любовные сцены, которые я не люблю сочинять. Но зато я по её книге “Куклы колдуна” написал сценарий восьмисерийного телефильма. То есть творческое сотрудничество».

Сама Виктория помогла Андрею в работе над сценарием картины «Каникулы строгого режима», именно жена познакомила Кивинова с Федором Крестовым, который стал его соавтором в этом проекте. Шервуд как-то делала репортаж о зоне, где в то время за кражи сидел Крестов, он рассказал Виктории столько разных баек из своей жизни, что журналистка поняла: из этого материала нужно делать книгу или же кино.

И Крестов, и Кивинов сами сыграли небольшие эпизоды в «Каникулах строгого режима». Федор появился в роли заключенного, который все время говорил: «Вешайся, мент, вешайтся!» А вот Андрей снова стал милиционером: «Моя роль заключалась в том, чтобы крикнуть Дмитрию Дюжеву: “Руки вверх!” Скажу откровенно: испытал странные ощущения, когда снова надел форму. Кстати, мне очень понравилось общаться с Сергеем Безруковым. Он на съемках не халтурил, выкладывался по полной».

Формула настоящего писателя

Кроме литературы и кино, Кивинов очень любит спорт: «Раз в неделю я гоняю в хоккей с командой ветеранов. Это увлечение детства. Раньше еще были у меня другие хобби. Одно время собирал макеты кораблей, ведь по образованию я инженер-кораблестроитель. Но сейчас на моделирование нет времени. Ещё люблю смотреть кино и играть в компьютерный футбол. Болею за “Зенит”. Ну и, конечно, стараюсь следить за литературными новинками. Кстати, хобби подразумевает под собой получение удовольствия. Так вот, как ни странно, но литература и сценарии для меня не столько удовольствие, сколько тяжёлый труд. Иногда в буквальном смысле привязываешь себя к рабочему столу. Ни на минуту не прекращается поиск сюжетов и идей. Ведь даже в отпуске ты не можешь отвлечься от этого! И даже во сне. Особенно когда есть обязательства перед издателями и продюсерами. И нельзя халтурить, нельзя повторяться. Поэтому утверждение, что сочинительство – это не работа, а так, баловство, – полная глупость. Ещё неизвестно, что проще – вагон картошки разгрузить или небольшой рассказик написать».

Для отдыха Кивинов вовсе не читает детективы: «Из российских авторов люблю книги Юрия Полякова. Из западных мне нравится манера Роальда Даля – он англичанин, бывший летчик, мало известен у нас. Причем у него встречаются пошловатые рассказы, их я в расчет не беру, а есть рассказы остроумные и интересные именно благодаря логичному, законченному, оригинальному сюжету. И берет он их совершенно из банальных вещей. Я пишу в похожей манере. Окатила меня машина водой. Кажется, ничего особенного, тривиальная ситуация. Но из нее родился рассказ “Испанский башмачок”, где описывается, как этот случай сказался на судьбе того, кто облил, и того, кого облили водой. Издатель мне говорит: “На мой взгляд, самые твои лучшие книги не о милиции. Но с точки зрения коммерции они провальные”. Вот вам и парадокс».

Но при этом Кивинов недавно как раз закончил работу над любовным романом, в котором нет ни слова о криминале. Он называется «Три дня без любви». «Самое сложное в писательстве – придумывать новые сюжеты для книг, – говорит автор. – Недавно я вывел формулу настоящего писателя: артрит, болезни позвоночника и глаз. Но это еще цветочки! Например, когда я работал в милиции, страдал бессонницей. Даже “скорую” приходилось вызывать. Врач осмотрел меня и посоветовал расслабиться. Я ему говорю: “Вы понимаете, мне работать надо, а я четыре дня не сплю. Сделайте мне укол – или умру”. Но он ничего не сделал. Пришлось идти к другому лекарю, который выписал специальные таблетки, благодаря которым я все-таки уснул. Только место выбрал неудачное – на заседании у прокурора».

Опасный прецедент

Недавно прогремела новость: Арбитражный суд Москвы обязал производителей сериала «Опера» выплатить создателю «Ментов» ООО «Новый русский сериал» рекордную для России компенсацию в размере 1,72 миллиарда рублей (55,4 млн. долларов) за нарушение авторских прав. Но Кивинов, автор литературной основы обоих сериалов, считает, что конфликт, вылившийся в судебное разбирательство, на самом деле скорее личностный: «К творчеству он имеет очень мало отношения. Это разбирательства продюсеров, решивших идти до конца».

Сам Кивинов, скорее, поддерживает создателей «Оперов» – кинокомпанию «Феникс-фильм», он даже обращался в суд с требованием признать за ней исключительные права на его интеллектуальную собственность. Только вот иск отклонили – по российским законам на экранные воплощения собственных персонажей писатель прав уже не имеет. Аудиовизуальные образы героев Кивинова придумал режиссер Александр Рогожкин, снимавший первые серии «Ментов» – он и владеет авторскими правами на них.

«В свое время мы заключили с создателями “Улиц разбитых фонарей” соглашение на 41 серию сериала, – говорит Кивинов. – Подразумевалось, что в случае, если будет сниматься продолжение, то у меня попросят разрешение, но это было проигнорировано. Новые серии начали клепать, ничего у меня не спросив. Так, что я сам подал иск в Московский суд, но этот суд принял очень странное решение. Авторы “Улиц” заявили, что они основываются не на моем литературном творчестве, а занимаются переработкой первой части сериала. Это очень опасный прецедент для любого писателя. Если исходить из этой логики, то можно снимать продолжения “Каменской” без Александры Марининой и так далее. Суд скажет, что все правильно».

И все это несмотря на то, что создатели «Улиц разбитых фонарей» первоначально подписали с Кивиновым соглашение, по которому дальнейшие сценарии они пишут сами, а писатель получает гонорары как автор персонажей. «Но никаких денег не было, – говорит Кивинов. – К тому же создатели “Ментов” без моего ведома убили двух главных героев. Это все равно, что режиссер решил бы прикончить Гарри Поттера, не спросив разрешения у Джоан Роулинг».
Сами актеры, играющие в сериалах о ментах, не уставали жаловаться на качество сценариев, к которым сам Кивинов уже не имел отношения. «Обидно бывает, когда люди подходят ко мне с подобными претензиями, – говорит писатель. – “Улицы разбитых фонарей” – это экранизация первых 25 моих повестей. Потом стали приглашать сценаристов других, и следующие серии писал уже не я. Но однажды я встречался с одним таким автором, он пришел ко мне со своим сценарием – проконсультироваться. Я прочитал. Спрашиваю у него: “Вы в милиции были?” – “Был. Паспорт получал”. – “А почему у вас Ларин представляется то опером, то следователем? Кто он у вас?” – “Он капитан!” Вот он, уровень. Чем разрабатывать новое, им проще эксплуатировать старое…»

Подготовила Лина Лисицына
По материалам «Смена» , «Фонтанка.ру» , «Литературная газета» , «Собеседник»

Поделиться.

Комментарии закрыты