Императрица – женщина, любящая быть красивой

0

Гардероб 52-летней императрицы Елизаветы Петровны состоял из 15 тысяч платьев, «частью один раз надеванных, частью совсем не ношенных», трех тысяч пар обуви, двух сундуков шелковых чулок. Про запас хранились сотни отрезов «богатых французских материй». В наше время дочь Петра Великого назвали бы шопоголиком.

Свет мой зеркальце, скажи…

Елизавета Петровна слыла большой красавицей. Она была высокой и полной, при этом не испытывала ни малейшего стеснения в движениях, отличалась особой грацией, величественной осанкой, прекрасно танцевала и ездила верхом. Современники отмечали ее превосходный вкус, элегантность нарядов и умение подобрать великолепные головные уборы и украшения. Елизавета не просто любила красиво одеваться, наряды были ее безумной страстью. Императрица шила платья из самых дорогих и редких тканей, никогда не надевала дважды одного и того же костюма, меняла туалеты по несколько раз в день, обожала маскарады и балы с переодеванием. С годами ее страсть только разгоралась.

Елизавета становилась более требовательной и капризной и могла часами выбирать себе одежду. Все чаще она оставалась недовольной своим отражением, сердилась на зеркало, отменяла балы и ужины, закрывалась в покоях и никого не принимала.

…да всю правду доложи

Закупками материй и галантерейных изысков занимались все без исключения посланники русского двора. Разумеется, самая сложная миссия была возложена на тех, кто работал во Франции. Императрице подробно докладывали обо всех парижских новинках, новых лавках и магазинах, а затем нанимали «надежную персону» для закупки товаров «по приличности мод и хорошего вкуса» и отправляли в Петербург. Кстати, Елизавета Петровна отличалась скупостью и не всегда вовремя расплачивалась, но и без учета долгов на ее гардероб уходили сумасшедшие деньги.

Правду сказал кто-то из великих: женщины только думают, что одеваются для мужчин или для своего удовольствия. На самом деле они одеваются для других женщин. Ни один заморский купец, прибывший в Российскую империю, не имел права продавать свой товар, пока его не осмотрела императрица и не отобрала для себя нужные ткани и наряды.

Однажды французский торговец успел выгодно сбыть часть привезенного товара, не показав его императрице. Та сильно осерчала и повелела отобрать шляпки и отрезы у покупательниц, пригрозив расправой тем, кто не захочет расставаться с покупками.

Обмануть Елизавету было тяжело. Она внимательно изучала списки завезенного в Россию заморского добра и обещала крупные неприятности всем, кто купит хоть ленточку без ее ведома. Никто из придворных дам не смел соперничать с императрицей.

Признавайся: всех я краше!

Специальными указами Елизавета Петровна определяла регламент и особенности костюма придворных: «Дамам кафтаны белые тафтяные, обшлага, опушки и юбки гарнитуровые зеленые, по борту тонкий позумент. На головах ленты зеленые, волосы гладко убраны». Вольностей в нарядах Елизавета не терпела. Более того, ни одна из окружающих ее женщин не должна была выглядеть лучше императрицы. Никто не мог причесываться так же, как она. Елизавета могла среди бала сорвать красивое украшение с хорошенькой головки какой-нибудь княгини или срезать симпатичные локоны с прически фрейлины. Она везде и всюду желала быть первой и придумывала множество способов устранения соперниц. Так, зная, что ей к лицу мужской костюм, она часто устраивала балы с переодеванием. Кавалеры в женских платьях выглядели смешно, а вот большинство дам в мужских костюмах смотрелись ужасно. Хороша была только императрица, и та с удовольствием щеголяла в мундире.

Она была очень тщеславна, хотела блистать, всегда быть предметом удивления и добивалась своих целей, не жалея казны и бумаги для строгих указов.

Кстати

Немецкая принцесса Софья Фредерика Анхальт-Цербстская, будущая Екатерина II, приехав в Россию всего с тремя платьями, поначалу с негодованием отзывалась об огромном гардеробе Елизаветы Петровны. Пока ей самой «на первое время» не сшили сразу три сотни платьев. А когда Екатерина вступила на престол, количество нарядов исчислялось тысячами. Не забывала она и о своих фаворитах: Платон Зубов получил однажды 100 тысяч рублей на «шитье сорочек».

Оксана Павлова,
«Собеседник»

Поделиться.

Комментарии закрыты