Иван Грозный: не жесток, но уважаем

0

Великий князь всея Руси и первый русский царь всю жизнь стремился к укреплению своей власти. В достижении этой цели не брезговал ничем.

Тем не менее, он значительно приумножил славу Руси, покорив Казанское и Астраханское ханства, прибрав к рукам земли Западной Сибири от Ледовитого океана до Каспийского моря и упрочив международный престиж России перед Европой и Азией…

Власть нужна, чтобы выжить!

С самого рождения Иван рос в обстановке дворцовых переворотов и борьбы за власть древних боярских родов Шуйских и Бельских (его отец Василий III умер, когда ему исполнилось 3 года, а мать Елена Глинская оставила  сына в 8-летнем возрасте). Убийства, интриги и насилие, окружавшие его, постепенно развили в мальчике подозрительность и жестокость: опекавшие мальца бояре всегда одобряли его склонность мучить маленьких животных. Самым сильным впечатлением Ивана стало Московское восстание 1547 г., когда бунтовщики, убив одного родственника Ивана, потребовали выдачи других родичей (как только опасность миновала, будущий царь велел безжалостно казнить заговорщиков).

Немудрено, что в такой обстановке у него была только одна мысль: чтобы выжить, нужна неограниченная власть! Будут бояться – не посмеют к нему полезть. Поэтому и на царство он венчался 16 января 1547 г. в Успенском соборе Кремля с особой торжественностью. С упоением Иоанн принял тогда знаки царского достоинства – крест Животворящего Древа, бармы и шапку Мономаха, ибо царский титул дал ему не только особое место в отношениях с Европой («царь» переводили как «император»), но и придал глубину некой мистической связи царя с народом и ответственность, связанную с этим величием. И осознание этого руководило всеми его поступками до самой кончины.

Начав свое царствование с реформ по централизации государства, царь вскоре решил укрепить положение России во взаимоотношениях с соседями. Он лично участвовал в казанских походах, покорил Астраханское ханство, сибирского хана Едигера и Ногаи Большие, развязал войну с армией Ливонского ордена, отвоевав поначалу у них побережье Балтийского моря. Только пока царь воевал с внешними врагами, среди бояр начался разброд и различные шатания. Царь, конечно, наложил на скандальных бояр различные опалы, чтобы не вводили в смуту весь остальной люд. А когда Иван разбирался со своими, Россия потерпела серьезные поражения в борьбе с внешним противником (ливонцы вернули себе все захваченные Россией земли). Естественно, что Иван, которого русские люди к тому времени нарекли Грозным, стал искать виноватых, а потому снова начались опалы и казни.

Только слово «Грозный» по отношению к Ивану IV противоречит истинному значению этого слова (немцы, например, долго затруднялись с переводом – то ли «страшный, ужасный», то ли «жестокий»). Никогда московский люд не считал царя ни ужасным, ни жестоким. Когда хан Баторий в письме укорял Ивана в постоянном появлении его на людях в сопровождении рынд (телохранителей), Грозный отвечал: «Это чин государский да и гроза, то есть того требует мой сан Государя и то уважение, какое я должен внушать». Так что «гроза» в устах людей того времени означало «уважение». «Грозен Бог, да и милостив», – говорили они. И в «Домострое» сказано, что глава семьи должен быть «грозен», т. е. внушать к себе уважение.

Хочу – казню, хочу – милую

Тем не менее, идея-фикс об установлении тотальной личной диктатуры не покидала царя, долго размышлял он ночами, как осуществить задуманное. И таки придумал: ввел в стране опричнину, поделив при этом страну на 2 части (в земщину – часть Московского государства, которую Иван выделил во владение боярству, – опричники не совались). А вид опричников был страшен. Одетые в черную одежду, верхом на конях, с прикрепленными к седлам метлами и мертвыми собачьими головам (символы уничтожения измены и предательства) они с гиканьем и улюлюканьем налетали на подворье опального боярина, и не было пощады никому…

Проводили террор и среди населения. Особо запомнился новгородский погром в январе 1570 г., когда царь почему-то заподозрил Новгород в желании перейти к Литве и лично возглавил этот поход. Опричники разграбили все города по дороге от Москвы до Новгорода, а Малюта Скуратов лично задушил митрополита Филиппа, пытавшегося образумить государя (говорят, число жертв в 30 тысячном Новгороде достигло 15 тыс. человек)!

А потом царь взял и отменил опричнину. Большинство историков считают, что на это решение повлияло нашествие на Москву в 1571 г. крымского хана Девлет-Гирея, которого опричное войско не смогло остановить. С другой стороны, разделение страны привело к разрухе и опустошению. Да и Ливонская война завершилась потерей исконно русских земель. Чтобы предотвратить запустение имений, царь ввел даже заповедные лета – запрет крестьянам на уход от своих хозяев в Юрьев день и перестал казнить. Более того, он приказал составить синодики (поминальные списки) всех ранее им казненных и разослать по монастырям вклады на поминовение их душ и с тех пор до конца жизни постоянно каялся в содеянном.

Только периоды покаяния и молитвы регулярно сменялись у него страшными приступами ярости. Во время такого неконтролируемого гнева в 1582 г. царь убил своего сына Ивана. Случайно, конечно, попав посохом с железным наконечником тому в висок. Смерть наследника повергла Ивана в отчаяние (второй его сын, Федор, был не способен управлять страной). Грозный тогда отправил в монастырь большой вклад на помин души сына и даже одно время подумывал уйти в монастырь.

Несмотря на столь активную походно-карательную деятельность, царь умудрился жениться раз 8 (хотя точное количество его жен неизвестно). Известно только то, что он очень сильно любил свою первую жену – Анастасию Захарьину-Юрьеву, на которой женился в 16 лет и которая родила Ивана и Федора. А через 13 лет после свадьбы Анастасию отравили бояре из-за ее влияния на царя. 2-й женой была дочь кабардинского князя Мария Темрюковна. Но и она «вражьим злокозньством отравлена бысть». И третья жена Марфа Собакина была отравлена через 2 недели после свадьбы. Так как по церковным правилам жениться более трех раз запрещалось, то уже церковный собор дал добро царю на 4-й брак с Анной Колтовской. Однако и эту супругу царь насильно отправил в монастырь, а сам женился в пятый раз на Марии Долгорукой (эта тоже умерла по неизвестным причинам, говорят, была утоплена самим Иваном после первой брачной ночи). Следующая жена – Анна Васильчикова – скоропостижно насильственно скончалась после пострижения в монахини, освободив место для шестой жены царя – Василисы Мелентьевой, которая тоже была насильно пострижена в монахини и впоследствии убита Иваном. Последний брак царь заключил осенью 1580 г. с Марией Нагой, которая родила ему сына Димитрия, погибшего в 1591 г. в Угличе от заговора бояр. К тому же царь Иван был, прости Господи, жутким развратником. По словам Горсея, лично знавшего царя, тот «хвастал тем, что растлил тысячу дев, и что тысячи его детей были лишены им жизни…» К тому же весь образ жизни царя Ивана был ужасным: постоянные ночные оргии, сопровождавшиеся объедением и неумеренным пьянством. Потому и царю судьба уготовила мучительную смерть.

В начале 1584 г. открылась у Ивана страшная болезнь; какое-то гниение внутри, тело покрылось волдырями и ранами, от царя исходил отвратительный запах. Иноземные врачи пытались его лечить, в церквях ежеденно и еженощно молились за больного царя. Но какие-то волхвы предрекли ему день смерти – 17 марта… Иван то падал духом, то молился, то выпускал из темниц заключенных, то опять порывался к прежней необузданности…
И вот 17 марта Иван помылся в бане, почувствовал себя лучше и вдруг упал… Врачи со снадобьями уже не помогли, митрополит наскоро совершил обряд пострижения. Ударил колокол на исход души…

На третий день тело царя Ивана погребли в Архангельском соборе, рядом с могилою убитого им сына.
Современники Грозного считали, что царя отравили. Дьяк Иван Тимофеев и врач-голландец Исаак Масса открыто обвиняли в этом Бориса Годунова и Богдана Бельского, который, дескать, подсыпал яд в лекарство. Только организм царя был не по годам изношен: маниакальная подозрительность и постоянный страх за свою жизнь расшатали его нервы. К тому же, по свидетельству антрополога М. Герасимова, у царя на позвоночнике развились мощные соляные отложения (остеофиты), которые причиняли страшные боли при движении, и перед смертью Грозный выглядел дряхлым стариком, хотя ему было только 53 года.

Не погрешили против правды

Помнить об Иване Грозном только как об отравителе и тиране – нельзя. Да, была необузданная жестокость, да, Грозный был неистощимым в выдумках казней подданных. Одних, как новгородского архиепископа Леонида, по его приказу зашивали в медвежью шкуру и бросали на растерзание собакам, с других живьем снимали кожу и так далее. Но по подсчетам советского историка Р. Скрынникова, жертвами за весь период правления стали… 3—4 тыс. человек (с момента учреждения опричнины до смерти царя прошло 30 лет!). Следовательно, 100 казней в год, учитывая уголовных преступников. Судите сами, много это или мало?

К тому же царь был одним из самых образованных людей своего времени, обладал феноменальной памятью, богословской эрудицией, имел огромнейшую библиотеку. Он – автор многочисленных посланий, музыки и текста службы праздника Владимирской Богоматери, канона Архангелу Михаилу. Царь способствовал организации книгопечатания в Москве и строительству храма Василия Блаженного на Красной площади.

В общем, вряд ли можно до конца разгадать личность грозного царя. «Муж чудного рассуждения, в науке книжного почитания доволен и многоречив», — характеризует Грозного один из современников. «Характер Иоанна есть для ума загадка», — сетует Карамзин. Ключевский пишет: «От природы он получил ум бойкий и гибкий, вдумчивый и немного насмешливый, настоящий великорусский московский ум». Высокий дух и мироощущение царя оказались историкам не по зубам, плотной завесой тайны окутав внутреннюю жизнь Иоанна IV от нескромных взглядов.

Тем не менее, в искусстве всегда находились люди, пытающиеся по-своему разгадать тайны характера Ивана.

Первый фильм «Иван Грозный» снял Сергей Эйзенштейн в 1944 г., где попытался приоткрыть завесу над личностью царя. Ивана тогда прекрасно сыграл Н. Черкасов, Малюту Скуратова – М. Жаров, а Анастасию – Л. Целиковская. Основой сюжета фильма стала история укрепления единовластия и достижение абсолютной власти путем коварства и жестокости, что повлекло за собой одиночество и сомнения. И если за 1 серию фильма режиссёр и съёмочная группа получили Сталинскую премию, то 2-ю и 3-ю Сталин запретил из-за очевидной ассоциации опричнины со сталинским режимом. Тогда был уничтожен весь отснятый материал, правда, часть 3-й серии (около 20 мин.) все же осталась.

Следующим фильмом стал «Царь Иван Грозный», снятый Г. Васильевым по мотивам повести А. Толстого «Князь Серебряный» в 1991 г. В главных ролях снялись Игорь Тальков и Николай Крючков. А 2009 г. ознаменовался сразу двумя лентами об Иване Грозном. Режиссёр А. Эшпай снял 16-тисерийный телесериал, а Павел Лунгин – фильм, повествующий о двух годах из жизни Ивана Грозного и его взаимоотношениях с митрополитом Московским Филиппом (Колычевым). Ивана в фильме сыграл Пётр Мамонов (группа «Аукцыон»), а митрополита – Олег Янковский. Кстати, фильм не рекомендован для просмотра детям до 13 лет.

Съёмки проходили в г. Суздаль и всегда начинались молебнами св. Филиппу. Консультировали режиссера богослов А. Дворкин (в фильме – архиепископ Пимен) и иеромонах Косьма, насельник Донского монастыря. Священник и актер Иван Охлобыстин сыграл в фильме роль юродивого (шута) Вассиана. А Олег Янковский, ушедший безвременно, при подготовке к роли встречался с патриархом Алексием II и получил от него благословение на съёмки. И хотя на Каннском фестивале фильм «Царь» не был отмечен призами, зато полемику в обществе вызвал серьезную. Влиятельный журнал Hollywood Reporter назвал «Царя» «замечательным» фильмом, а депутат Госдумы РФ Леонид Симонович-Никшич – «страшной пародией на Россию» и «кощунственным безобразием». Известный кинематографист Николай Бурляев резко выразился против «антиисторичной трактовки и очернении образа царя» в фильме. Правда, сам Бурляев на кинопоказе просидел всего полчаса. А Союз Православных Хоругвеносцев провел в Москве пикет в защиту русской истории и культуры, протестуя против «издевательской карикатуры на первого русского царя», который в картине «представлен в виде сумасброда, маньяка, садиста и параноика», а сам фильм призван «символически оплевать русскую историю». Историк Вячеслав Манягин даже обратился к президенту РФ с требованием запретить фильм наравне с порнографией. Тем не менее, многие историки едины во мнении, что кинофильм – это не историческая хроника, а Лунгин был исторически точен и в изображении эпохи, и в личности самого царя, и во взаимоотношениях царя и митрополита Филиппа, и, вообще, не слишком погрешил против правды.

В общем, «Царь» – сложный фильм, как, впрочем, и личность русского монарха, «кровавого маньяка», дальновидного политика и гениального полководца.

Подготовила Соня Тарасова
по материалам Мonarchs.narod.ru, «Кроссворд-Кафе»«Люди»

Поделиться.

Комментарии закрыты