Композитор ароматов

0

«Парфюмерия – это невидимое звено между запахом и личностью. Или сработает алхимия, или ничего не произойдет», – говорит Марк Бакстон, один из самых известных создателей ароматов. Кому-то работа создателей ароматов может показаться несерьезной: ведь нюхать духи умеют все!

Но вы попробуйте проводить по несколько приемов в день, тестируя на каждом от 5 до 30 запахов, как это делает Марк Бакстон – создатель известных ароматов от Givenchy, Versace, Ferre, Burberry.

А этой осенью появятся сразу три новых аромата – плод совместного творчества Бакстона с Карлом Лагерфельдом, который как-то назвал парфюм «музыкой для носа». Мы расспросили Марка Бакстона о тонкостях профессии.

Идеальные духи

– Господин Бакстон, много ли в мире носов, как у вас?

– Таких специалистов около трехсот. Они специализируются в разных областях: одни – на высокой парфюмерии, как я, другие занимаются персональными средствами по уходу – шампунями и прочим, а некоторые разрабатывают новинки для бытовой химии, например стиральные порошки. Конечно, тонкое обоняние – это дар, который нужно развивать, однако любой человек может тренировать свой нос.

– Накладывает ли профессия какие-либо ограничения на вашу жизнь? Что вы не можете себе позволить?

– Не могу назвать какие-то ограничения в моей жизни. Я курю, употребляю алкоголь, занимаюсь сексом – и не испытываю никаких проблем. (Смеется.)

– А разве курение не притупляет обоняние?

– Поскольку я курю, то, конечно, отвечу: «Нет». Я предпочитаю верить исследованиям одного профессора, который утверждает, что у курильщиков более развито обоняние, чем у некурящих людей, – поскольку, когда они затягиваются дымом, у них в носу автоматически активизируются рецепторы.

– Когда на экранах появился фильм «Парфюмер», ваша профессия словно вышла из тени. У вас как у «профи» есть замечания к авторам?

– Вообще-то, я предпочитаю книгу Зюскинда, хотя мне понравился и фильм – он хорошо сделан. Но мне кажется, успех обусловлен тем, что никто раньше про парфюмеров не писал и не снимал кино. В книге много правды о нашей работе, но, конечно, мы не убиваем женщин, чтобы заполучить их запах. (Смеется.) А тонкости профессии переданы довольно точно – как хранят традиции, как создают ароматы.

– Можно ли создать запах, который, как и у Зюскинда, будет привлекателен для всех людей?

– В этом и состоит сложность работы парфюмеров: реакция каждого человека на любой запах индивидуальна, что для одного – прекрасно, для другого – невыносимо. Парфюмерия – это невидимое звено между запахом и личностью. Или сработает алхимия – и человек воспримет запах, или ничего не произойдет. Хотя есть ноты, которые все люди воспринимают, как сексуально притягательные, – это амбровые, мускусные. Похожими свойствами обладают и вещества, полученные из гормонов свиньи, – на некоторых действует довольно сильно. Знаю парфюмеров, которые реагируют, даже если в духах всего 0,001 процента этих веществ: человек, надушенный ими, только открывает дверь, а парфюмер уже закрывается, как от сильного ветра.

«Шипр» forever!


– Что влияет на пристрастие людей к запахам?

– Много факторов. Например, музыка, живопись, драгоценности. Ну и, конечно, климат и привычки в еде. В разных странах у людей вкусы отличаются. Например, жители южных стран обычно выбирают более свежие и легкие запахи, которые создают эффект охлаждения. Их легче носить в жару. А в холодных странах – наоборот. Чем севернее расположено государство, тем более теплые и сладкие запахи выбирают его жители. Они как бы кутаются в такие ароматы, согреваются ими.

– Сейчас говорят о том, что в парфюмерную моду входит винтаж – старые добрые духи...

– Для меня винтажный аромат обязательно должен быть связан с природой, а это, в первую очередь, «шипровые» композиции. «Шипр» – это классика парфюмерии, он был создан много лет назад. Основные компоненты – зеленые: дубовый мох, пачули, гальбанум. Однако современные «шипровые» запахи, разумеется, – это не просто воспроизведение хорошо забытого старого – иначе аромат будет восприниматься как старомодный. Чтобы быть актуальным, запах должен получить новое звучание. Скажем, когда к «Шипру» добавляют розу, получается новое семейство.


– Мир возвращается к старым ароматам. Означает ли это, что у парфюмеров будет меньше работы?

– Наоборот. Помимо осовременивания старых ароматов сейчас приходится работать над разными вариантами – летней версией, зимней версией.

– Какие мировые тенденции в парфюмерии вы бы выделили?

– Первая, – это сближение понятий «женский» и «мужской» парфюм. Известные дизайнерские дома – такие, как Dior, – экспериментируют, смешивают разные ароматы. Для мужских ароматов все чаще используются цветочные ноты, а для женских – древесные. Вторая тенденция, – мы опять возвращаемся к использованию натуральных компонентов, от чего парфюмерия с развитием химической промышленности в последние годы отошла. И третья, – это тяга к однокомпонентным ароматам, то есть, таким, в которых превалирует нота одного цветка. Думаю, что дело в потребности современных людей подчеркнуть свою индивидуальность, а при нынешнем разнообразии запахов моноароматы смогут решить эту задачу.

– То, что ароматы унисекс становятся все более популярными, – это запрос потребителей?

– Предпочитаю не делить духи на мужские и женские. Обычно реализуется идея, а потом уже можно решать, что получилось: духи для женщин или для мужчин. И каждый человек определяет это для себя сам. Собственно, если запах вызывает какую-то эмоцию, он – ваш. И еще, конечно, важно проверить, комфортно ли вам этот аромат «носить».

– Но мужчины чаще выбирают древесные запахи, а женщины – цветочные?

– Потому что они так образованы. Но мир поменялся, и парфюмерия тоже. Сейчас люди меньше обращают внимание на условности, они стремятся выделиться из толпы, подчеркнуть свою индивидуальность. Я не разделяю мнения, что цветочный аромат относится только к женским, не понимаю, почему розы или ландыши могут любить только женщины. Они нравятся также и мужчинам. И, наоборот, древесные ноты могут нравиться женщинам… Я предпочитаю не верить клише, а больше доверять собственным ощущениям.

На вес молекулы

– Вы упомянули о том, что парфюмеры возвращаются к использованию натуральных компонентов – то есть, в духах будет меньше химических составляющих?

– Не обязательно уменьшается количество химических составляющих, но увеличивается число натуральных. Ведь, что обычно требуется от аромата: чтобы был стойкий и насыщенный. А синтетические компоненты не настолько ярки, не настолько передают нужные ноты, как натуральные. Так, до сих пор не удалось создать ингредиенты, которые бы были идентичны натуральной розе, – все равно настоящая роза пахнет лучше.


– Каких открытий для парфюмерного дела вы ждете от ученых?

– У нас есть большой научно-исследовательский центр в Германии, где работают над созданием новых ингредиентов – «кэптивс». Это очень важно для нас, примерно раз в месяц я туда езжу. Там анализируются запахи: например, берется цветок, помещается в колбу, его пахучие вещества через коллектор поступают в компьютер, который обрабатывает информацию о них. После этого мы пытаемся реконструировать запах. С помощью технологии можно также проанализировать, как раскрываются запахи на коже.

Мы стараемся получить, по крайней мере, три новых ингредиента в год. Это постоянный процесс. Сложно найти молекулу, которая будет иметь ценность для нас, создавать приятный запах. Собственно, эти молекулы и есть самая большая ценность в парфюмерной промышленности, именно за них и идет борьба между модными домами. Если изобретается что-то оригинальное, компания может продавать это другим игрокам на рынке, а может оставить себе.


– А что вы думаете о подделках известных духов? Имеют ли они право на существование? Ведь распознать, оригинал это или нет, под силу только профессионалу…

– «Серый» парфюмерный рынок, конечно, существует. Однако следует различать подделки – нелегальный продукт и копии, которые изготавливаются по договору с производителем. Есть множество маленьких компаний, которые живут тем, что отслеживают успешные ароматы и копируют их. Или же пытаются играть: берут ноту у одного популярного аромата, например от Dior, смешивают с популярной нотой другого, скажем, от Hugo Boss, – получается смесь, которая называется твист. Но, конечно, существует разница в качестве используемых компонентов. В парфюмерной промышленности есть очень ценные молекулы – те самые «кэптивс», – которые используются только в оригинальных духах, в копиях их не может быть.

Вита Мач,
«Итоги»

Поделиться.

Комментарии закрыты