Пилот самолета-невидимки

0

1 мая 1960 г. в небе около Свердловска (ныне Екатеринбург) войска противовоздушной обороны СССР, применив зенитно-ракетный комплекс (ЗРК) С-75, сбили американский высотный самолет-разведчик U-2.

О U-2 и миссии пилота Фрэнсиса Гэри Пауэрса до того дня было практически ничего неизвестно. Лишь западные специалисты и политики имели смутное представление о U-2, практически неуязвимом для всех мировых систем ПВО. Только ракетчики СССР опустили на землю непрошеного гостя.

Незваный гость хуже…

О том, что действительно происходило с самолетом-разведчиком в 1960 г. рассказали в 2000 году представители ВВС США и ЦРУ, развеяв созданные ранее мифы и домыслы.

Во времена «холодной войны» Штаты действительно планировали «День «Д» – время и дату захвата СССР. Только американские «ястребы» хорошо помнили ошибки гитлеровской Германии, недооценившей возможностей оборонно-промышленного комплекса СССР. Поэтому США, навязывая миру гонку вооружений, все же опасались, что противник не только догонит, но и превзойдет в создании нового вооружения. Надо отметить, что в те годы военная мощь СССР быстро увеличивалась. Поэтому США и акцентировали свое внимание на данных разведки. Особенно их интересовало местонахождение аэродромов, ракетных баз и космодрома. А как можно было проникнуть в бдительный Советский союз, да еще с такой целью? Никак! Вот авиаконструкторы США и создали высотный самолет-разведчик, который советские радары не должны были обнаружить вообще: самолет летал на высоте 20 тыс. м со скоростью 700 км/ч, производя при этом фотосъемку интересующих объектов. По мнению американской разведки, U-2 был просто самолетом-невидимкой. Так была задумана операция Aquatone.

Конечно, тогдашний президент США Эйзенхауэр поначалу опасался, что операция провалится. К тому же это сразу обострило бы и без того сложную международную обстановку. Но военные эксперты главу Белого дома смогли переубедить. Эйзенхауэр все же решился на проведение первых полетов над Восточной Европой (ГДР, Польшей, Болгарией, Румынией и др.) в 1956 г. После благополучного первого боевого рейда U-2 Эйзенхауэр, получив снимки с весьма ценной информацией, восхитился и сразу же дал разрешение на проведение 10-дневной операции Aquatone – полеты над СССР.

4 июля 1956 г. пилот Херви Стокман за 8 часов полета заснял верфи в Ленинграде, где строились подводные лодки. На следующий день пилот Кармайн Вито выполнил рейд на Москву. Так продолжалось до 10 июля. Пилоты-разведчики детально сфотографировали 650 кв. км территории СССР и выявили более 130 аэродромов, пока, после 5 рейда, советское правительство не возмутилось и не заявило американскому послу ноту протеста по поводу нарушений воздушного пространства. Эйзенхауэр тут же приказал прекратить вылеты U-2, солгав на официальном уровне, что, дескать, США тут ни при чем, это вовсе и не мы были! Однако президент был весьма удручен: советские радары полет разведчика-невидимки все же фиксировали, и ПВО СССР оказалось сильнее, чем предполагалось.

Как оказалось, тогдашние шпионские полеты заставили руководство СССР принять экстренные меры по созданию зенитно-ракетного щита страны. Ведь несанкционированные вылазки достали Никиту Хрущева «до печенок». Хрущев в то время невероятно гордился космосом и советскими достижениями в этой области – первым спутником, полетами собачек. Именно этим он всегда утирал нос США. А тут над его страной нагло и регулярно летает «нечто», при этом спокойно фотографирует все секретные объекты, к тому же и сбить его – нечем.

Но после венгерского кризиса 1957 г. Эйзенхауэр осмелился и вновь дал добро на короткие рейды U-2 над СССР (с 5 августа 1957 г. было выполнено 9 полетов над космодромом Байконур, Семипалатинским ядерным полигоном, Камчаткой и Дальним Востоком). Полеты прекратились после очередной ноты протеста. Однако интерес к СССР у Штатов все равно остался. Эйзенхауэр вновь приказал провести потихоньку несколько операций, и с июля 1956 г. по апрель 1960 г. экипажи U-2 выполнили 23 рейда в глубь Советского Союза. Только после этого советское правительство на неофициальном уровне предупредило Эйзенхауэра, что отныне U-2 будут сбиваться, мол, кто не спрячется, мы не виноваты.

Эйзенхауэр, взвесив все за и против, решил, что система ПВО СССР хоть и усилилась, однако U-2 по-прежнему находится вне зоны поражения, и согласился еще на одну порцию развединформации. Слишком уж велико было искушение.

«Умереть, но сбить!»

1 мая 1960 г. с авиабазы в Пешаваре (Пакистан) взлетел U-2. Его пилотировал сотрудник ЦРУ, капитан американских ВВС Фрэнсис Гэри Пауэрс. Это был его 28-й полет по маршруту Пешавар – Аральское море – Свердловск – Киров – Архангельск – Мурманск – авиабаза Буде в Норвегии.

В 5:36 утра самолет-нарушитель вошел в воздушное пространство советского государства у города Кировабада (ныне Пяндж) Таджикской ССР вне зон действия ЗРК, и вскоре «цель 8630», как назвали разведчика системы ПВО СССР, приблизился к Свердловску.

На перехват сразу был поднят Су-9 под управлением капитана Игоря Ментюкова. Только перехватчик не был вооружен. Главком авиации генерал Евгений Савицкий приказал: «Умереть, но сбить!». Это значит, что советский летчик получил приказ таранить нарушителя. За приказом последовала пауза… И пилот ответил: «Понял вас. Выполняю. Позаботьтесь о матери и жене».

Однако Ментюков так и не смог обнаружил цель, даже визуально. Тогда в воздух поднялись самолеты-перехватчики МиГ-19 и Су-9, пилотируемые капитаном Борисом Айвазяном и старшим лейтенантом Сергеем Сафроновым. Но и они были бессильны, и «дотянуться» до высотного U-2 не могли. К тому же у всех пилотов не было ни гермошлемов, ни высотно-компенсирующих костюмов.

Вскоре из Москвы пришел приказ-разрешение на применение ЗРК С-75. И зенитчики дивизиона майора Воронова сразу же пальнули ракетой по самолету Пауэрса. Как гласит официальная версия советской стороны, в 8:53 первая же ракета поразила U-2 на высоте 21 336 м. С того момента события развивались с бешеной скоростью.

От взрыва ракеты и скорости потока воздуха (до 180 м/сек) при форсаже закрутило самолет Френсиса, обломало крылья. «Неожиданно я услышал глухой взрыв и увидел оранжевое сияние, – рассказывал позже Пауэрс. – Самолет вдруг накренился, и, как мне кажется, у него отломились крылья и хвостовое оперение. Возможно, прямого попадания в самолет не было, а взрыв произошел где-то вблизи самолета, и взрывная волна или осколки ударили в самолет».

И в воздухе начался полный бардак: локаторы выдавали сразу несколько целей! Это потом уже стало известно, что зенитчикам так и не поступила информация о том, что в небо были подняты советские самолеты. Поэтому два ракетных дивизиона палили по всему, что было в это время в воздухе. Они тогда выпустили 14 ракет. И по обломкам разведчика, и по своим же самолетам. В результате один самолет был подбит, самолет старлея Сафронова сбит (пилот погиб), а обломки уничтоженного U-2, медленно планирующие с огромной высоты, – достреляны.

Яркое пламя в небе увидели все жители Свердловска. Ударная волна выбила стекла в окнах близлежащих домов, взрыв заглушил весеннюю тишину. О том, что под Свердловском ракетой класса «земля-воздух» был сбит американский самолет-разведчик, Никите Хрущеву доложили в 10:45 прямо на трибуне Мавзолея (Первомайская демонстрация была в самом разгаре).

Американская сторона пыталась сохранить хорошую мину при плохой игре. Дескать, U-2 совершал научно-исследовательский полет для метеорологических исследований, летчик внезапно потерял сознание, отчего непилотируемый самолет и нарушил воздушное пространство СССР.

Американцы очень надеялись, что Пауэрс ликвидировал самолет и погиб. Более того, они были даже уверены, что доказательства разведывательной миссии U-2 отсутствуют. Ведь советская сторона хранила молчание почти неделю! Никита Хрущев объявил о перехвате нарушителя лишь 6 мая. А еще через несколько дней заявил, что американский летчик задержан, а уцелевшая аппаратура сбитого самолета весьма убедительно свидетельствует о его миссии (все вещественные доказательства были выставлены в Парке им. Горького).

16 мая на саммите «большой четверки» в Париже Хрущев потребовал от Эйзенхауэра принести публичные извинения за инцидент с U-2 и немедленно прекратить разведку над советской территорией. Эйзенхауэр молча, но демонстративно покинул встречу. Вместо разрядки напряженности начался очередной виток «холодной войны».

Как оказалось, поначалу пилот действовал в соответствии с инструкцией. Он должен был катапультироваться на кресле и уничтожить самолет. Однако в условиях беспорядочного падения машины, летчик покинул самолет не по уставу. После взрыва гермокабина, на удивление, осталась цела. Несмотря на то, что самолет падал с высоты свыше 20 км, Пауэрс не запаниковал, дождался высоты 10 тыс. м. над землей, выбрался из машины и на расстоянии 5 км раскрыл парашют. После удачного приземления в деревне Косулино летчик попал в самый разгар народных гуляний. Деревенские жители, будучи в подпитии, его дружно приветствовали и даже хотели рюмашку налить, однако веселье прервали подоспевшие люди в штатском…

Жертва «холодной войны»

19 августа 1960 г., после долгого судебного процесса, Пауэрса приговорили к 10 годам лишения свободы с отбыванием первых трех лет в тюрьме. Тогда-то о нем и стало известно всему миру…

Отсидев в советской тюрьме 21 месяц, Пауэрс попал домой: 11 февраля 1962 г. его обменяли на советского разведчика Рудольфа Абеля.Но и в США Пауэрса приняли холодно. Его обвинили в неисполнении обязанности пилота по самоликвидации самолета, отснятой пленки и секретной аппаратуры, а еще в том, что он не совершил самоубийство с помощью иголки, пропитанной ядом. На закрытых слушаниях комиссии американского конгресса были изучены все обстоятельства того полета. После военное дознание сняло с Пауэрса все обвинения, так как действовал он строго в рамках полученных приказов и секретную информацию государственной важности не разгласил.

После следствия Пауэрс продолжил работу в военной авиации, но данных о его дальнейшем сотрудничестве с разведкой нет. Какое-то время он работал летчиком-испытателем, потом радиокомментатором на радиостанции KGIL, после – пилотом вертолета в агентстве радиотелевизионных новостей, пока не погиб 1 августа 1977 г., возвращаясь со съемок тушения пожара в окрестностях Санта-Барбары. Причиной падения стал недостаток топлива. Похоронен легендарный летчик-шпион на Арлингтонском кладбище.

В 2000 г., несмотря на неудачный, хоть и знаменитый полет, Пауэрс был посмертно награжден Медалью военнопленного, Крестом за выдающиеся летные заслуги и Памятной медалью национальной обороны.

«Мой отец пострадал от "холодной войны" и той паранойи, которая царила в Соединенных Штатах в то время, – позднее скажет его сын, Фрэнсис Гэри Пауэрс-младший. – Понимая, почему это произошло, я осознаю: требуется время, чтобы историческая правда стала доступной, и мы все смогли правильно интерпретировать события».

Кстати, сын Пауэрса, который родился через 6 лет после полета, стал не летчиком, а историком, и посвятил себя изучению периода, который стал знаковым в судьбе его отца. Он основал в Вашингтоне музей «холодной войны», где есть экспозиция, посвященная «черной леди шпионажа» – самолету-разведчику U-2 за его черное малобликующее покрытие. А обломки сбитого самолета Пауэрса выставлены в Центральном музее Вооруженных сил в Москве.

Кстати, Фрэнсис Гэри Пауэрс-младший утверждает, что отец всегда очень тепло отзывался о России, рассказывал, что в тюрьме его никогда не пытали, хотя, конечно, и использовали методы психологического давления (допросы длились более 16 часов, но без физического насилия), и что Пауэрс-старший всегда утверждал, что в большой игре политиков он был лишь закономерной жертвой.

Подготовила Соня Тарасова,
по материалам Сombatavia.info, «Красная звезда» , «Голос России» , «Википедия»

Поделиться.

Комментарии закрыты