Жестокости ХХ века породила Первая мировая война?

0

Первая мировая война, столетний юбилей которой отмечается в эти дни – это особая война. Её значение выходит далеко за рамки обычных боевых действий, каковых в истории человечества было великое множество.

Не зря на Западе её назвали Великой…

Эта война буквально перевернула всё, от социальных и политических отношений – когда на сцену вышли массовые партии и движения, а политика перестала быть делом одной лишь элиты – до чисто бытовых мелочей. К примеру, именно во время этой войны европейские женщины обрезали свои платья, стали коротко стричься и всё чаще заявлять о своих правах. Не зря великий немецкий философ Освальд Шпенглер заметил, что неторопливый и во многом гуманный XIX век реально кончился вовсе не по календарю, а с началом залпов Первой мировой…

Россия не стала исключением. Эта война породила в Российской империи страшные революционные потрясения и прочие трагические бесчеловечные вещи, которыми оказался так богат ХХ век. И кода пришедших к власти в 1917 году коммунистов сегодня обвиняют в тех или иных жестокостях, увы, мало кто задумывается, что во многом эти жестокости породили вовсе не большевики, а как раз события Первой мировой войны…

Расстрел без суда и следствия

Считается, что подозрительное отношение к своим соотечественникам, которые имели несчастье побывать во вражеском плену, придумали большевики и лично товарищ Сталин. Мол, до революции к пленным в России относились очень гуманно, а вот коммунисты разом превратили этих людей во «врагов народа».

На самом деле подозрительное отношение к пленным было заложено царскими генералами во время мировой войны. В своих приказах они часто ссылались на слова великого русского полководца Суворова, который говаривал: «Смерть или плен – суть одно». То есть солдат не должен сдаваться врагу ни при каких обстоятельствах!

Один из первых приказов командующего 2-й армией Северо-Западного фронта от 25 июля 1914 года гласил прямо: «В одном из донесений я усмотрел, что несколько нижних чинов без вести пропали. В большинстве случаев без вести пропавшие впоследствии оказываются в плену. Попадать в плен – позорно! Лишь тяжело раненный может найти оправдание. Разъяснить во всех частях».

В дальнейшем командование царской армии выпускало такие приказы, которые, если не знать даты их выпуска, вполне можно было бы принять за сталинские приказы 1941 или 1942 года. Приведу лишь некоторые из них по книге воспоминаний военного журналиста Михаила Лемке «250 дней в царской ставке»:

«Приказываю произвести и впредь производить в полках строжайшее расследование об обстоятельствах, при которых могли иметь место недопустимые случаи, и по данным расследований составлять списки всех нижних чинов, сдавшихся, не использовав всех средств к сопротивлению, до штыков включительно, для передачи их по окончанию войны суду по законам военного времени…

О сдавшихся в плен немедленно сообщать на родину, чтобы знали родные о позорном их поступке и чтобы выдача пособия семействам сдавшихся была бы немедленно прекращена…»

В общем-то, генералов понять можно – слишком либеральное отношение к пленению негативно сказывается на моральном состоянии войск и ведёт к банальному желанию через плен уклониться от службы и войны…

Однако что оправдывает военных, не оправдывает политиков! И во время Первой мировой, и во время Великой Отечественной положение наших пленных в немецком плену было просто ужасным – собственные правительства не оказывали им почти никакой помощи. Но если Сталина ещё можно хоть как-то оправдать – германские нацисты отказывались идти на контакт с советским правительством по любому вопросу, то царя, который имел широкую возможность воздействовать на Германию через Красный Крест и другие международные организации, понять сложно.

По словам военного историка Максима Оськина:

«Русским военнопленным практически не оказывалась помощь со стороны русского правительства. Права русских пленных в Германии защищал посол нейтральной Испании, который часто обращался в международные организации с просьбами о помощи русским пленным, так как русские власти не заботились об этом».

А знаете, почему такой помощи не оказывалось? Потому что царь Николай Второй весной 1915 года решил, что хлеб из России, направляемый нашим пленным, якобы будет использоваться для пополнения продовольствия германских войск. Откуда у царя были такие сведения, наверное, знал только он один…

Кстати, в те годы на фронте появилось то, что потом назвали заградительными отрядами. Первые такие отряды были сформированы во французской армии, а потом и в России. Из приказа ставки:

«Приказываю также: всякому начальнику, усмотревшему сдачу войск, не ожидая никаких указаний, немедленно открывать по сдающимся огонь орудийный, пулемётный и ружейный».

Из распоряжения командующего 8-й армией генерала Алексея Брусилова от 15 июня 1915 года:

«Сзади следует иметь особо надёжных людей и пулемёты, чтобы, если понадобится, заставить идти вперёд и слабодушных. Не следует задумываться перед поголовным расстрелом целых частей за попытку повернуть назад или, что ещё хуже, сдаться в плен».

И ведь расстреливали. В декабре 1916 года по причине тяжких и не совсем оправданных потерь взбунтовался 1-й батальон 2-го Сибирского корпуса 12-й армии. Реакция командира корпуса генерал-лейтенанта Гандурина оказалась очень жёсткой: был расстрелян каждый пятый солдат батальона, а само подразделение расформировано…

Так что большевикам, сменившим царский режим, было с кого брать пример!

Еврейское несчастье

Считается, что чудовищная практика коллективного обвинения целых народов в предательстве и их поголовного выселения родилась только во Вторую мировую войну, когда американцы загнали всех своих соотечественников японского происхождения в концлагеря, а сталинский режим выселил в Сибирь целый ряд народностей Кавказа.

Однако первый подобный опыт был применён царским правительством. Однажды командующий русской армией Великий князь Николай Николаевич решил, что на врага тайно работает многочисленная еврейская община, проживавшая на землях Западной Белоруссии и Малороссии (Украины). В конце ноября 1914 года князь издал секретный приказ, разрешавший военным брать еврейских заложников из числа местных жителей – если кто-нибудь из еврейской общины данного населённого пункта будет замечен в шпионаже и предательстве, заложники должны поплатиться жизнью. И таких людей действительно вешали без суда и следствия!

Граф Павел Игнатьев, работавший в контрразведке Юго-Западного фронта, вспоминал впоследствии, что его контора была буквально забита доносами на евреев. По его словам, в каждом еврее видели шпиона, хотя 90% доносов были совершенно нелепыми и бесполезными.

А в марте 1915 года – после тяжёлого поражения и начавшегося отхода русских войск – был отдан приказ о массовой и поголовной депортации еврейского населения из зоны боевых действий. И если при Сталине государство не только занималось депортацией, но ещё и обустраивало переселенцев на новом месте жительства, то в данном случае сотни тысяч людей просто изгонялись из своих домов, фактически на произвол судьбы.

Как верно заметил известный историк русской эмиграции Георгий Катков: «Массовые депортации стали наиболее трагическим следствием военной кампании 1915 года… Практика «выжженной земли» на большой территории, проводившаяся ставкой во время отступления наших войск, привела к определённой дезорганизации жизни России!»

Это, кстати, понимали и некоторые деятели царского правительства, которые в своих записках на имя государя-императора подчёркивали, что «вся эта еврейская масса до крайности озлоблена и приходит в районы нового водворения революционно настроенной». Однако царь ничего не сделал для предотвращения этих безобразий. Поэтому неудивительно, что многие из озлобленных еврейских переселенцев потом с головой кинулись в революцию, став одной из опор большевистского режима.

По меткому замечанию Максима Оськина, «вот откуда взялись многочисленные «евреи-комиссары», по определению белогвардейцев, в ходе революции и Гражданской войны… В Центральную Россию они были насильственно доставлены русскими военными властями в период Первой мировой войны».

Шпионы там, шпионы здесь

Как видим, еврейский вопрос стал следствием шпиономании, которая, словно вирус, поразила Российскую империю. И касалась она не только еврейского населения, но и многочисленных российских немцев, которые часто были вынуждены менять свои фамилии на русские, чтобы избежать разного рода преследований и подозрений. Дело дошло до того, что «патриотам» показалось подозрительным даже название столицы Российской империи – Санкт-Петербург! И столицу срочно переименовали в Петроград.

Вообще, шпиономания времён Первой мировой войны порой напоминала настоящую массовую паранойю, которая усиленно поддерживалась руководством страны. И она не идёт ни в какое сравнение даже с поисками явных и мнимых вражеских агентов в годы Великой Отечественной войны, когда ситуация на фронте порой была куда трагичнее, чем во время Первой мировой!

Впрочем, это и неудивительно – потому что ссылками на якобы многочисленных немецких шпионов царскому режиму легче всего было объяснить и явные провалы контрразведывательной работы империи, и поражения русских армий, и собственную беспомощность.

Поначалу шпионов искали среди национальных меньшинств, потом быстро переключились на военного министра Владимира Сухомлинова, который якобы «не подготовил» армию к войне. Для чего было сфабриковано (что доказано всеми ведущими историками) знаменитое дело полковника Сергея Мясоедова, который служил чуть ли не посредником между немцами и «министром-предателем». В результате полковника повесили, а министра с позором отправили в отставку.

Дальше – больше. Под подозрение, в конце концов, попала… царская семья! Императрица Александра Фёдоровна создала Комитет для поддержки русских военнопленных. Идея Комитета отсылать продуктовые посылки пленным солдатам встретила яростное сопротивление российской либеральной прессы – а уж не скрытая ли это форма тайного снабжения Германии продовольствием? Сразу вспомнили, что императрица – немка по национальности.

Кстати, либералам до революции принадлежали почти все ведущие печатные издания. И именно там (а вовсе не в малочисленных большевистских газетах) развернулась настоящая травля царской семьи, которую обвиняли во всех смертных грехах – от сожительства царицы с Гришкой Распутиным до того же шпионажа в пользу Германии.

Пик травли пришёлся на конец 1916 года. Царской фамилии стали активно приписывать намерение заключить сепаратный мир с немцами. В это поверил даже генералитет русской армии, который вступил в сговор с либеральными политиками с целью свержения монархии, что и произошло в феврале 1917 года…

Однако, как показала история, это не спасло Россию от военного поражения – запущенный либералами революционный каток остановить было уже невозможно, он в конце концов похоронил под собой всю страну. Пришедшие к власти осенью 1917 года большевики сделали правильные выводы из этого поражения. Свидетельством тому явилась наша Великая Победа в мае 1945 года, которая была бы невозможна без печального опыта Первой мировой войны.

Вадим Андрюхин,
«Новое дело»

Поделиться.

Комментарии закрыты