Робинзоны из таежной глуши

0

Недавно российские СМИ вновь заговорили о таежной отшельнице Агафье Лыковой, которую в 80-е годы не обходило вниманием ни одно издание. На этот раз Лыкова пригласила президента России Дмитрия Медведева на свои именины, а также подарила ему рубашку, которую сшила сама, и смастеренный ею же туесок с дарственной надписью: «Президенту Димитрию Анатольевичу от Агафьи Карповны».

Популярность поневоле

66-летняя отшельница Лыкова следит за тем, что происходит в стране и мире. У живущего неподалеку бывшего геолога и охотника Ерофея Седова есть старый радиоприемник, по которому передают новости. Радиосообщениями раз в месяц он делится со своей таежной соседкой. Ерофей рассказал Агафье Карповне, что 12 февраля Дмитрий Медведев побывал в Кузбассе, передал его слова о Сибири и кузбасских шахтерах. «Мне понравился президент, так что я решила сшить ему рубашку», – сообщила Лыкова. Кроме того, она переслала главе государства кедровые орехи, что у таежных жителей считается знаком глубокого уважения и доверия к человеку.

Таежнице привезли сено, овес и пшеницу для ее кур и коз, картошку, фрукты, свечи, лекарства и цветы к Международному женскому дню. Отшельница пожаловалась, что сильные морозы сделали зимовку в этом году очень тяжелой.

В свое время о ней было много разговоров. Семья Лыковых около 50 лет прожила в малодоступном районе Саянской тайги в Хакасии. Этих добровольных отшельников обнаружили в 1978 году. Облетая на вертолете безлюдную местность в бассейне реки Большой Абакан, геологи увидели избу и клочок пашни, а затем и все семейство Лыковых: Карпа Осиповича и четверых его взрослых детей (жены, Акулины Карповны, к тому времени уже не было в живых).

В тайгу сразу ринулись журналисты, врачи, художники, писатели, филологи, агрономы. Несколько раз у Лыковых вместе с учеными побывал московский писатель Лев Черепанов. Почти ежегодно приезжал к Агафье знаменитый журналист и путешественник Василий Михайлович Песков. По результатам этих визитов он написал книгу «Таёжный тупик», которая потом неоднократно переиздавалась и переводилась на иностранные языки. Об Агафье вышло несколько книг и фильмов, но впервые выступить в телеинтервью она решилась только в 2003 г.

От людей надо держаться подальше

Возможно, корни причины ухода Лыковых от людей – в истории более чем трехсотлетней давности, в расколе Русской православной церкви, когда противники церковной реформы – старообрядцы – уходили на север. Считается, что Лыковых в тайгу погнали трагические события, происходившие в тех краях в годы сплошной коллективизации. В то время выгорела их родная заимка, возможно, кем-то подожженная. После этого старообрядцы Лыковы решили, что от людей надо держаться подальше.

Лыковы жили большой семьей, где все обязаны были трудиться. Используя подручные средства, строили лабазы, в которых хранили продукты. Огонь добывали с помощью кремня, а вечерами сидели при лучине. В медной ступе толкли кедровые орехи, сами выращивали овощи, зерновые, коноплю. Из конопли делали нити, потом ткали полотно, из бересты плели лапти. Лыжи обтягивали оленьей шкурой. Своих детей Карп и Акулина приобщали к труду с малолетства, с пяти лет обучали грамоте.

И все годы отшельничества эти люди мечтали хоть раз наесться вдоволь! Каждый год после посевной они собирали съедобные травы и корешки, чтобы притупить чувство голода. А осенью – ягоды, грибы и орехи. Мясо отведали, лишь когда подросшие сыновья Саввин и Дмитрий выкопали ловчие ямы, куда попадали дикие козы, и смастерили ловушки для боровой дичи.

Несколько раз Лыковым приходилось менять место жительства. Чтобы избежать встреч с враждебно настроенными людьми, они уходили все дальше от жилых мест. И позже, уже в 80-е годы, Агафья с отцом перешли еще дальше в тайгу. Как сказала Агафья в беседе с художницей Эльвирой Матаковой: «Туда, где земля чужими людьми не затоптана».

Оказалось, что Лыковы не считали условия своей жизни экстремальными – для них это была обычная, хоть и нелегкая жизнь. Кстати, врачи многочисленных экспедиций никаких отклонений в здоровье у Лыковых не обнаружили. Этим людям неизвестны были хвори цивилизованного мира, такие как атеросклероз, гипертония, ишемическая болезнь сердца. Сибирская тайга закалила своих жителей: при морозе 5 градусов они ходили босиком и не мерзли в легкой самотканой одежде.

Но контакт с людьми стал для Лыковых роковым. На четвертом году приобщения их к цивилизации, осенью, в течение двух месяцев семья лишилась сразу троих членов.

Родившись и проведя всю жизнь в условиях тайги, старшие дети Карпа Осиповича не обладали иммунитетом, присущим всем нам и защищающим от инфекционных заболеваний. А занести инфекцию на заимку было несложно. Поначалу желающих посетить таежную глухомань было столько, что туда чуть ли не организовывались экскурсии.

Первым заболел младший сын, Дмитрий. У него поднялась температура, началась одышка. Видимо, у Дмитрия было воспаление легких. Через неделю его не стало. Следующим заболел и умер Саввин. А через десять дней скончалась ухаживавшая за братьями Наталья.

В ту осень в семье Лыковых болели все. Легче других перенес заболевание Карп Осипович. Возможно, он, многие годы живший среди людей, обладал необходимым иммунитетом. Болела и Агафья, но ее молодой и крепкий организм справился с болезнью. Карп Осипович умер после очередного посещения поселка геологов. Видимо, он заразил и Агафью, но врач, доставленный из поселка, уговорил ее принять лекарство.

Агафья осталась бедовать в Саянской тайге одна. Летом вокруг женщины – медведи, а зимой – волки. Однако люди с «большой земли» добровольную отшельницу не бросают.

Ей регулярно передают вертолетом муку, крупы, фрукты и другие продукты, патроны для ружья и даже животных – коз и собак. В 2003 году по распоряжению губернатора Амана Тулеева Лыкову отвезли на заимку в верховьях реки Большой Абакан – пройти лечение на целебных водах источника. Некоторое время с Агафьей жила помощница по хозяйству. Однако врачи пришли к выводу, что проживание в тайге опасно для жизни помощницы, и женщина покинула заимку. «…Нахожусь в одиночестве в нонешнюю зиму, правая рука насовсем отказала, дров нет, изба замерзла, левой рукой пилю дрова, крупы нет, нужен рис, фрукты, куриц молодых да им зерно», – писала Агафья губернатору год назад. Просьбу затворницы выполнил глава администрации Таштагольского района Владимир Макута, слетавший в тайгу на вертолете. Его сопровождали врач и женщина-староверка. Как объяснил глава района, бабушку-староверку они взяли для того, чтобы та убедила Агафью Карповну покинуть заимку и пройти курс лечения. По его словам, администрация готова была предоставить Лыковой постоянное жилье в Таштагольском районе и обеспечить полноценный уход. Однако отшельница отказалась покинуть свою избушку.

«Черный лесовик» из Курска

Безусловно, судьба Лыковых – уникальный эксперимент, поставленный жизнью. Выстояв в своей робинзонаде, Лыковы пополнили науку ценными навыками выживания человека в экстремальных условиях. Но если Агафья Лыкова, родившись в тайге, даже не представляет себе иную жизнь, то есть люди, которые добровольно отказываются от благ цивилизации и уходят подальше – жить в гармонии с природой.

Так, в болотах белорусского Полесья уже седьмой год живет в уединении 47-летний «монах». Вообще-то никакой он не монах — просто называют его так жители окрестных деревушек за немногословность и отстраненность от мирской суеты.

Анатолий Сапешко жил обычной жизнью – учился в школе, помогал семье по хозяйству, затем работал дорожником. Потом подался в кришнаиты, но «их молитва Богом не принимается». Отправился в православный монастырь, но вскоре ушел и оттуда. Тогда разорвал отношения с родственниками и направился в самую беспросветную глушь, в болота, где и построил хижину, рядом с которой избушка на курьих ножках показалась бы дворцом.

Живет он тем, что собирает клюкву-чернику и сдает ее заготовителям – на эти деньги покупает в ближайшей деревне хлеб, макароны, крупы. Среди людей старается не задерживаться – «даже ночью, в мороз, тянусь через болото в свою хижину, к костру. Лучше, знаете, на звезды смотреть…» – говорит он.

Однажды, во время одного из визитов в деревню, Анатолию «устроили засаду» – в сельмаге его встретили начальник РОВД, главврач, социальные работники. Отвезли его на родину, немного денег дали — только не возвращайся! Но Анатолий не задержался в родном краю: там нет такого бесконечного болота и такого безлюдья. Через пару дней вернулся в хижину и, по его словам, покинет ее не скоро…

А в российском городе Курск известен лесной отшельник, 60-летний Степан Васильевич. Первые сообщения о нем стали поступать в местные СМИ в 2008 г. Говорилось, что страшный «черный лесовик» живет в шалаше в глухой чаще и опасен для людей. Как выяснилось, у страха глаза велики – нелюдимого затворника удалось найти, однако он оказался вовсе не агрессивным помешанным, а скромным, смущающимся человеком.

Когда же отшельника удалось разговорить, выяснилось, что жить в лес он перебрался еще в 1996-м году! На родине – на Украине – работал шахтером и механизатором, переехав в Россию, переквалифицировался в литейщики. Жил в общежитии, была семья. Что потом произошло – непонятно. Комнату не отбирали, члены семьи живы… О том, как подался в лес, рассказывает сбивчиво. «Неужели вы не понимаете? Я не подхожу этому обществу, а оно – мне», – неопределенно махнул рукой отшельник в сторону города.

У Степана Васильевича нет даже паспорта. Живет абсолютно один, изредка встречаясь с забредшими грибниками. На вопрос, почему не ушел в монастырь, он отвечает, что время еще не подошло. «Я несу крест на плечах, и он потяжелее будет того, что висит у кого-то на шее», – говорит затворник.

«Мы живем в познании, а не в спешке»

Есть известные отшельники и на Украине – это семья Сириков. Василий и Виктория жили в разных городах — Житомире, Москве, Питере. У них была масса выгодных заказов и предложений, а в Чехии им вообще обещали мастерскую и жилье, как перспективным художникам. «Но что может быть хорошего в городской суете? — удивлялись они. — Ведь суета счастья не дает. Постоянно устаешь, ждешь с нетерпением выходных и по утрам просыпаешься с гнетущей мыслью: "О, Господи, опять на работу!" Мегаполис выхолащивает душу». И семья обосновалась в лесу возле деревеньки Стрибеж Житомирской области.

Тогда в селе Стрибеж мало кто верил, что семья с двумя сыновьями (младшему тогда было всего пять лет) останется здесь надолго. Друзья отшельников восприняли их шаг скептически, а родные даже в милицию обращались – хотели детей отобрать. Однако семья доказала: в автономном режиме можно и жить, и развиваться.

Быт Сириков предельно прост. По сути, так и жили сто лет назад. Электричества, а стало быть, и холодильника в доме нет. Стратегические запасы вегетарианцев – это овощи со своего огорода, мочёные яблоки, берёзовый сок, сухофрукты, травы и мёд. Хлеб выращивают сами, изредка покупают в городе крупы – за покупками отправляются на велосипедах или пешком. По два килограмма риса и гречки хватает на всю зиму. «Мы просто мало едим, – отмечает Василий. – Весной питались через день, больше не хотелось. Летом употребляем в основном только фрукты». «Честно говоря, если бы нам провели электричество, я бы не смогла здесь жить, — уверяет Виктория. — Эти жуткие висящие провода, ужасное электромагнитное поле!»

Кажется, отшельники живут в режиме героя фильма «День сурка». Но Сирики уверяют, что, наоборот, их жизнь здесь гораздо разнообразнее, чем в городе.

«Мы живём в познании, а не в спешке, – объясняет Василий. – У человека, который наблюдает за природой, развиваются ум и интуиция, ощущается своя связь с окружающим пространством, со Вселенной. Мы стали понимать, как наши мысли формируют реальность. Научились чувствовать на расстоянии и друг друга, и людей, которые думают о нас».

Что же касается денег, то художники их не зарабатывают, а, по семейному выражению, выменивают. Раз в месяц на одной из центральных житомирских улиц появляется небольшой раскладной столик, за которым стоит Виктория. На нём – её картины и обереги. Выручка и идёт на нужды семейства, а они у этих удивительных людей настолько скромны, что удовлетворить их не помешают ни финансовые катаклизмы, ни другие сложности сумасшедшей жизни большого города.

Подготовила Александра Билярчик

Поделиться.

Комментарии закрыты