Ющенко и Тимошенко воюют за шахты

0

Украинская власть время от времени вспоминает о желании передать шахты в частные руки. Так можно и денег на продаже заработать, и переложить на плечи нового собственника множество социальных проблем угольных регионов.

Приватизация угля идет с переменным успехом. Последние продажи состоялись в 2004–2005 гг. Тогда частными стали «Павлоградуголь» и «Краснодонуголь», а на фондовых биржах были проданы крупные пакеты уже разгосударствленных ОАО «Угольная компания ”Шахта Красноармейская-Западная №1”» и «Шахта ”Комсомолец Донбасса”». В казну поступило около 2,2 млрд. грн.

С тех пор то и дело менялись министры угольной промышленности – все считали необходимым продолжить приватизацию в отрасли. Но лишь в апреле 2009-го Кабмин Тимошенко утвердил-таки перечень из 99 шахт, которые он намерен продать в нынешнем году.

Кабмин изменил список объектов

Чтобы оценить перспективы этой затеи, стоит присмотреться к ситуации, сложившейся сегодня на негосударственных шахтах. В 2008 г. на Украине добыто 77,8 млн. т угля, из них 45,4 млн. (58%) приходится на долю 138 государственных шахт. Примерно 29 млн. т выдали на-гора крупные негосударственные шахты (их 20) и около 3 млн. – малые. Таким образом, всего 20 частных шахт обеспечивают примерно 37% общеукраинской добычи угля. Объясняется это тем, что такие шахты — мощные и перспективные предприятия. К тому же, все крупные частные угледобывающие предприятия контролируются или сотрудничают с мощными финансово-промышленными группами.

Но продавать сегодня собираются совсем другие шахты. В стране есть только два гособъединения, добывающих 5-6 млн. т угля в год, — «Ровноантрацит» и «Свердловантрацит». Однако их приватизация запрещена законом. А среди объектов, которые правительство решило продавать в первую очередь (всего их 50), большинство составляют шахты с небольшими объемами добычи. Сейчас только в Донецкой и Луганской областях насчитывается до 140 таких предприятий.

Найдутся ли покупатели? Эксперты отмечают, что интерес к шахтам сегодня проявляют многие крупнейшие металлургические ФПГ. Одним из них шахты нужны для повышения эффективности своего бизнеса – они могут облегчить проблемы с сырьем (особенно в условиях перехода меткомбинатов на уголь вместо газа), другим же шахты нужны для повышения стоимости их компаний в случае продажи.

Еще одна группа потенциальных покупателей – это зарубежные компании. По информации СМИ, Тимошенко всерьез рассматривала возможность приватизации шахт японскими компаниями, с которыми были подписаны соглашения в конце марта 2009 г. во время ее визита в Японию. Однако, прямой выход международных инвесторов на украинский рынок вряд ли возможен, считают эксперты, ведь здесь у них нет никаких гарантий.

Упущенные возможности

Отвечая на вопрос о том, насколько выгодна государству продажа шахт на открытых аукционах, нардеп от Партии регионов Сергей Тулуб (министр угольной промышленности в 1998-1999, 2006-2007 гг.) заявил, что, на его взгляд, из-за отсутствия на Украине специального законодательства особого ажиотажа вокруг открытых аукционов не будет. Потому создается впечатление, что Кабмин просто хочет избавиться от многих проблем угольной отрасли. Еще более парламентарий сомневается в том, что деньги от приватизации правительство направит на развитие отрасли, ведь в постановлении Кабмина этот механизм не прописан.

Нардеп Виктор Тополов (первый замглавы партии «Единый Центр», министр угольной промышленности в 2005-2006 гг.) также сомневается в жизненности затеи Тимошенко. На его взгляд, ситуация на рынке сегодня такова, что на энергетический уголь нет спроса. «Мы упустили время, когда можно было продать украинские шахты по нормальной цене, – уверен экс-министр. – Я сомневаюсь, что сегодня удастся найти покупателей».

В свою очередь, Виктор Вишневецкий, председатель ассоциации «Украинский угольный союз», владелец научно-производственного объединения «Механик», считает, что приватизация шахт все же нужна. «Но в отрасли, прежде всего, необходимо разрешить проблему со сбытом угля, обеспечить равные условия работы для частных угледобывающих шахт, создать прозрачную законодательную базу, демонополизировать рынок сбыта угольной продукции, – говорит Вишневецкий. – Если говорить о решении правительства продать уже в этом году 99 шахт, то время для начала процесса приватизации выбрано неудачное. Во-первых, в условиях экономической стагнации многие предприятия не могут позволить себе покупать госсобственность. Потому эта приватизационная модель рассчитана на 2-3 крупные компании и, по сути, является монопольной.

Однако и большие холдинги не станут поспешно скупать госсобственность. Ведь согласно постановлению Кабмина “О предотвращении кризисных явлений в угольной промышленности”, компании, покупающие шахты, должны погасить кредиторскую задолженность по предприятию. А долги иногда превышают стоимость шахты в 3-5 раз.

Во-вторых, законодательная база приватизации является противоречивой. В-третьих, основные фонды шахт очень изношены. Чтобы вывести предприятие на уровень рентабельности, потребуются время (2-3 года) и значительные капиталовложения. Во многих случаях легче построить новую шахту. Даже крупные монополисты не будут активно участвовать в аукционах, а станут использовать такие схемы захода на предприятие, как инвестиционные договоры и аренда».

Точку в приватизационном споре намерен поставить президент. Виктор Ющенко своим указом остановил решение Кабмина о продаже шахт – из-за несоответствия Конституции. Президент напомнил, что в законе «О приватизации государственного имущества» указано, что объекты, имеющие общегосударственное значение, не подлежат приватизации, – сюда относятся и угольные шахты. Потому изменять перечень гособъектов, не подлежащих приватизации, или исключать из него объекты с целью дальнейшей продажи, может только парламент, говорится в указе президента.

До кризиса эксперты оценивали сумму от удачной приватизации в угольном секторе в $4,9 млрд. Но тогда список на продажу включал исключительно привлекательные для инвесторов объекты. Сейчас же правительство включило в него и убыточные шахты. В связи с этим, размеры выручки от продажи становятся непредсказуемыми. Поэтому для минимизации последствий кризиса в угольной отрасли аналитики рекомендуют Минуглепрому ориентироваться лишь на помощь из бюджета (около 3,5 млрд. грн.).

Подготовил Олег Лобанов

Поделиться.

Комментарии закрыты