Душа болит, а суд не верит

0

Пострадавшие в уголовном процессе и истцы в гражданском сетуют, что суды практически всегда занижают сумму морального ущерба. Служители Фемиды парируют: присуждают ровно столько, сколько заявитель смог обосновать. К сожалению, большинство украинцев понятия не имеют, чем доказывать нематериальный урон.

Замкнутый круг

Что такое моральный ущерб и как его выразить в денежном эквиваленте, на постсоветском пространстве узнали не так давно. А потому законодатель решил не позволять пострадавшим самим определять сумму взыскания, переложив все расчеты на плечи суда. Конечно, заявитель может указать, во сколько он оценивает свои душевные переживания, но для судей это далеко не главный ориентир.

В последние годы соответствующие инстанции, чтобы не ошибиться, все чаще прибегают к услугам экспертов при определении суммы компенсации морального вреда. Впервые подобную экспертизу назначили в 1996 году. Случай был практически уникальный: слушалось дело о злоупотреблениях со стороны следствия. Тогда стражи порядка незаконно возбудили уголовное дело, проводили несанкционированные обыски, изъяли ценности у «подозреваемой», угрожали ей. Суд сам, без ходатайства пострадавшей, вынес решение о назначении экспертизы и определении суммы морального ущерба. В итоге за незаконное привлечение к уголовной ответственности и полученную в результате психологическую травму государство выплатило женщине 35 тыс. гривен. Но справедливости ради нужно отметить, что этот случай не типичен. Чаще всего суды не то что сами не заикаются о нематериальном уроне, а даже заявленные суммы компенсаций занижают в несколько раз. В ответ пострадавшие специально требуют больше, чтобы в итоге получить хоть что-то. Разорвать замкнутый круг пока не удается.

Обидели на минимальную зарплату

Периодически ведутся разговоры о том, чтобы установить максимальный предел моральной компенсации. Мол, в судах некоторые нечистые на руку дельцы под видом потерпевших зарабатывают неплохие деньги. Но юристы категорически против подобных нововведений. Дело в том, что компенсация ущерба не является наказанием для виновного. Ее функция иная – помочь потерпевшему вернуться в то положение, в котором он находился до происшествия. Ограничить сумму – все равно что сказать: «Вы имеете право нервничать не более чем на 10 тыс. гривен».

Уголовное дело в отношении жительницы Днепропетровска Веры возбудили в 2001-м. С тех пор его в течение семи лет несколько раз закрывали из-за отсутствия состава преступления и возбуждали заново с другой формулировкой. Сначала женщину обвиняли в злоупотреблении служебным положением, затем в подлоге, потом и вовсе запутались в дебрях Уголовного кодекса.

Вера потеряла хорошую работу, испортились отношения с некоторыми знакомыми. Да и вообще, годами ходить в милицию-прокуратуру-суд как к себе домой – не самое приятное занятие. Когда, в конце концов, правоохранители не смогли собрать доказательств ее вины и оставили женщину в покое, экс-подозреваемая подала в суд и потребовала компенсации. Материальный ущерб, включая расходы на юристов, составил 103 тыс. гривен, моральный, по мнению Веры, – 400 тыс. гривен.

Но суд посчитал, что женщина просит слишком много: в конце концов, в СИЗО ее не держали, в милиции не пытали, поэтому постановил выплатить 1700 гривен компенсации материального и 108 тыс. морального вреда. Госказначейство и прокуратура обжаловали решение, а Верховный суд, пересчитав все еще раз, уменьшил сумму выплаты до 55 тыс. гривен – как раз по минимальной зарплате за каждый месяц нервотрепки. На большее, по мнению судей, Михайлова не напереживалась.

«Иногда складывается впечатление, что тот или иной судья свои кровные присуждает, – говорит адвокат Петр Самойлов. – Пару лет назад меня до глубины души поразил один вердикт. В одной из воинских частей на юге страны прапорщик Ольга попала под настоящий пресс командования. Вся вина женщины состояла в том, что она посмела забеременеть. Перспектива декретного отпуска и те поблажки, на которые она могла бы рассчитывать на этот период, не радовали начальство. И на Ольгу набросились, рассчитывая, что она сама уйдет, освободив место более удобному сотруднику.

Чуть ли не каждый день ей объявляли выговоры за нарушение формы одежды. Мол, беременность – это не по уставу. В конце концов, она не выдержала и подала в суд. Более того, выиграла процесс. Но компенсация оказалась просто смешной – 300 гривен. Получать деньги молодая мама отказалась, со службы уволилась. А те заседания, на которых ей пришлось обосновывать, в чем именно состояли ее душевные страдания и во сколько она их оценивает, Ольга до сих пор вспоминает как самое большое унижение в своей жизни».

Сколько стоит мораль

Так как определить и рассчитать размер компенсации за причиненные моральные страдания? Это, пожалуй, самый сложный вопрос как для лица, которому причинен моральный вред, так и для суда, при рассмотрении иска о возмещении морального вреда.

Нормы права не содержат каких либо конкретных рекомендаций по расчету размера морального вреда в денежном выражении. Несмотря на это, судья обязан в решении о взыскании морального вреда указывать мотивы, обосновывающие размер взысканной суммы морального вреда.
Нередко можно услышать в судебном заседании вопрос к истцу: «Из какого расчета вы заявляете такую сумму морального ущерба?» Этим вопросом многие истцы бывают поставлены в тупиковую ситуацию и не знают, что ответить.

Действительно, какими расчетами можно определить те душевные страдания и дискомфорт оттого, что ваши права нарушены? Законодатель в этом вопросе никак не помогает, поэтому истцу приходится заниматься нормотворчеством, выдумывая и обосновывая схемы расчетов компенсаций страданий.

Главный вопрос состоит даже не в том, какие именно моральные страдания мы испытываем (хотя всех их нужно перечислить и в иске, и в своих пояснениях в ходе судебного разбирательства), а в том, из чего мы исходили, определяя, что именно заявленная денежная сумма может компенсировать полученный моральный вред. Любимый вопрос в зале суда: «Почему именно 20 тысяч гривен компенсируют ваш моральный вред, а не 15 или 25? Из какого расчета вы определили сумму именно в 20 тысяч?» Так что, оценка морального вреда – вещь глубоко субъективная и человек для себя сам определяет, какая сумма может стать достаточной компенсацией за все страдания и неудобства.

Прейскурант оскорблений

Не так давно в России попытались придумать универсальный способ, по которому можно было бы рассчитать сумму морального ущерба. Конечно, ничего толкового из этого не вышло. Тогда составили своеобразный перечень наиболее распространенных ситуаций, в которых пострадавшие требуют компенсации. В реестр вошли незаконное лишение свободы, врачебные ошибки, задержки авиарейсов, нерасторопность чиновников. Пока большой пользы эта примерная тарифная сетка не принесла, но депутаты не отчаиваются как-то урегулировать этот непростой вопрос.

Юристы объясняют, почему так сложно правильно оценить урон. Все люди разные, и то, что одного на неделю уложит в постель с нервным расстройством, другому – как с гуся вода. По сути, критерий один – сколько нужно пострадавшему, чтобы вернуться в исходное душевное состояние. А вот обосновывать свои требования придется фактами.

К тому же, необходимо доказать сам факт наличия ущерба. Если, к примеру, покупатель отравился просроченным йогуртом, подойдут справки из больницы, подтверждающие, что он лечился, чеки из аптеки, и главное – чек на покупку того самого товара. Не помешает пригласить свидетелей, которые расскажут, как бедняга страдал. В общем, суд оценит любые доказательства того, что халатность сотрудников супермаркета, не убравших с полки пришедший в негодность продукт, причинила вред покупателю.

На практике складывается так, что свои переживания пострадавший оценивает значительно дороже, чем суд. В некоторых случаях есть смысл настаивать на проведении экспертизы. Специалисты изучают материалы дела, а затем проводят интервью с потерпевшим, разные психологические тесты. Для экспертов глубина эмоций истца, их длительность являются единственным критерием оценки.

Сумму ущерба они определяют, исходя из сложившейся судебной практики, но с поправкой на индивидуальные особенности человека. К примеру, на одного выльют поток нецензурной брани – он пожмет плечами и дальше пойдет. Другому после этого нужны искренние извинения, мол, нервы сдали, простите, Христа ради. А кому-то душевное равновесие восстановит только путевка на ЮБК. Составить таблицу, какое переживание сколько стоит, невозможно, потому что для каждого цена своя. Работа экспертов – выяснить, насколько искренен заявитель, утверждая, что напереживался тысяч на 100.

Подготовила Александра Билярчик,
по материалам «Вечерние вести» , «Адвокат Юрий Анисимов»

Поделиться.

Комментарии закрыты