Иван Вакарчук: Все, кто незаконно «пробрался» в вуз, будут отчислены

0

Министр образования и науки Иван Вакарчук рассказал о наплыве льготников в вузы, фальшивых медсправках, сокращении госзаказа и введении платных услуг для студентов.

– Иван Александрович, льготники и победители олимпиад забронировали себе бюджетные места на престижных факультетах ведущих вузов: на 50 бюджетных мест факультета международных отношений в Киевском Национальном университете им. Шевченко уже претендуют 35 льготников и 17 победителей олимпиад, абсолютные отличники ВНО не имеют шансов. Выходит, справка престижнее сертификата?

– Совсем не так. Льготник, как и любой абитуриент, имеет возможность подать сертификат во все вузы, но выберет только один. Возможно, и в Киевский Национальный университет, но уже во Львовском или, скажем, Одесском или любом другом его не будет. Льготников не больше, чем государственных мест.

Министерство выделит дополнительные места на те направления в университетах, где будет большое количество льготников. Этот вопрос решится в рабочем режиме. Мы дадим дополнительное количество мест, чтобы не ущемлять права молодых людей, набравших высокие баллы.

– Среди льготников действительно есть абитуриенты с изъянами здоровья, с особыми потребностями, но уже зафиксирован не один случай фальшивых медсправок.

– Это уже криминал.

– Появляются и псевдопобедители олимпиад. Кто занимается идентификацией всех документов, кого привлекать к ответственности в случае, если абитуриент с липовой справкой станет студентом вуза?

– Тот, кто брал эту справку, тот, кто подписал ее — они и будут отвечать. Это уголовное дело. Этим должна заниматься прокуратура. Есть разные структуры в Министерстве — соответствующие департаменты, Украинский центр оценивания качества образования, которые осуществляют проверку. Но Министерство образования и науки — это не жандармерия. Карают виновных правоохранительные органы. А мы лишь подаем в прокуратуру и МВД обнаруженные нарушения.

Досадно, что студент начинает свой первый шаг с такой подделки. Досадно, что молодые люди идут на такое сознательно. Это же аморально. Они все будут обнаружены, отчислены из вуза, а дела будут переданы в правоохранительные органы. Будут проверены все вузы.

– В прошлом году были зафиксированы факты, когда принимали абитуриентов без сертификатов или при наличии в сертификате меньше допустимого минимума. Какова судьба руководителей таких вузов и самих студентов, они отчислены?

– Руководители получили свое. Были применены административные наказания, объявлены выговоры ректорам, отменены лицензии. А те молодые люди, которые хотели незаконно «пробраться» в вуз, отчислены. Некоторые ректоры успели отчислить их даже раньше, чем мы обратились. А все дела были переданы в прокуратуру.

– И сколько было таких дел?

– Их было чуть больше трех десятков. Фактически на такое количество вступающих — почти полмиллиона — это были единичные факты. Думаю, в этом году картина будет другая.

– Одна из основных целей ВНО — борьба с взяточничеством в высшем образовании…

– Я так не говорю. Цель тестирования — равный доступ к образованию.

– Но творческий конкурс, который якобы и нужен некоторым вузам для определения творческих способностей и потенциала абитуриентов, как раз и является той «щелкой» для зачисления «нужных» детей. Как доказать факты коррупции в таких случаях?

– Его можно проводить публично, как это происходит на любых международных спортивных соревнованиях, на Олимпиаде, где есть подобное оценивание. Публичность в значительной мере сделает невозможным субъективный подход.

Когда я был ректором Львовского Национального университета им. Франко, мы брали на учебу студентов на кафедру театрального искусства и актерского мастерства помимо тестирования по украинскому языку и литературе с помощью творческого конкурса. В актовом зале могли присутствовать не только родители, но и все желающие. Их присутствие не дает возможности необъективно оценивать абитуриентов. Это один из способов.

– А министерство может дать указание вузам, где проходят такие конкурсы, делать их публичными? Ведь обычно они проходят за закрытыми дверями…

– А в чем тогда заключается автономия университета? Нельзя не доверять ректору, которого избрал весь коллектив. Я думаю, каждый ректор желает, чтобы вступительные испытания на эти творческие специальности были такими же объективными, как и ВНО. Это на его ответственности. Это показатель его стиля управления.

– Верховная Рада завалила законопроект о ВНО. Кому и почему выгодно дискредитировать идею ВНО?

– Это не только политический вопрос. Политический вопрос понятно в чем заключается — дискредитировать Министерство образования и науки, министра. Но мне кажется, что в случае с ВНО еще срабатывает эффект метафизического страха перед неизвестностью, которой в прошлом году было ВНО. Приказ о проведении ВНО был подписан, потом пошли активные выступления протеста. Но общество нас поддержало — социологические опросы показали, что почти 3/4 граждан одобрительно относятся к реформе.

Два года ВНО проходит успешно, не завалилось. Наоборот, есть тысячи благодарностей. Понятно, как и в любом деле, здесь есть недостатки. Их можно доработать… Верховной Раде надо бы принять Закон о ВНО во втором чтении. В первом он принят.

– 28 вузов готовят судебные иски к Минобразования и ГАК в связи с незаконным, по их мнению, лишением лицензий в 2008-2009 учебном году. На каком основании лишают лицензий и отличается ли качество учебы в государственных и частных вузах?

– Есть частные заведения, где качество учебы, безусловно, очень высоко, как и соответствующего уровня государственные учебные заведения. А есть, к сожалению, частные учебные заведения, которые были созданы как бизнес-проекты.

Если условия учебы не соответствуют предусмотренным условиям лицензирования, такие вузы лишаются лицензии. Единственный критерий — качество образования. Других критериев для лишения лицензий не существует.

– Университеты на Украине появляются, как грибы после дождя, — уже, наверное, в каждом райцентре можно найти. Вы считаете такую практику нормальной?

– Появлялись, и это ненормально. Но полтора года они уже не появляются. Ни одного нового за это время не открыто — только закрывали.

Студент, который учится в вузе, должен иметь соответствующую интеллектуальную среду, профессорско-преподавательский состав. В отдельных университетах не только некачественно читают лекции, там живого профессора в глаза не видели. Уже не говорю о том, что нет возможности пойти в театр, библиотеку или музей. Я против того, чтоб учить на дому. Была мода на такие учебные заведения. Досадно, что мы допустили эту моду. Нужно создавать крупные университеты с мощным научно-педагогическим коллективом, академическим сообществом, где есть настоящая студенческая среда, где есть активная жизнь молодых людей, которая не сводится исключительно к самой науке и будущей профессии.

– Кабмин сократил госзаказ вузам. Причиной этого решения вы назвали кризис. Студенческие организации возмутились — правительство дополнительно собирается лишить права получать высшее образование на государственные средства около 10% студентов. На чьей стороне правда?

– Кризис отразился не только на Украине. Кризис везде, во всем мире. И просто закрывать глаза и говорить, чтобы был госзаказ на уровне прошлого года, нельзя. В этом году количество выпускников 11 классов снизилось на 37 тыс. чел. Госзаказ в 2008 г. был почти 111 тыс., в этом году он меньше. Если на 10% сократили, то трагедии в этом нет. В следующем году опять будет снижение числа абитуриентов, но мы воспроизведем прошлогодний заказ, понятно, с коррекцией на то, что количество выпускников уменьшается.

Сокращение госзаказа — не наша идея. Мы подавали такое же количество мест, как и в прошлом году. Госзаказ формирует Минэкономики, а не Минобразования. Министерство — проситель, и, как и все другие министерства, идет с протянутой рукой в Минэкономики.

В этом году мы отстояли аспирантуру. Она не сокращена. Была инициатива и там сократить госзаказ на 50%, но мы активно доказывали правительству, что этого нельзя делать, потому что будет пробел в науке, который потом невозможно будет ликвидировать.

– Как вы расценили идею правительства о введении платных услуг для студентов? Чья это была инициатива?

– Негативно отношусь к этой инициативе с платными услугами. Их введение инициировал Минфин. Это все было не продумано, не обсуждалось с нами, они просто поступили на свое усмотрение, и вышло то, что вышло. Я лично подал предложение на внеочередном заседании правительства отменить это постановление, и его отменили. Некоторые услуги были просто абсурдны — не знаю, кто это писал. Но к этому вопросу нужно вернуться, потому что там значились нормальные платные услуги – продажа научных изобретений или книжной продукции, которую выпускает университет.

– В чем настоящие причины того, что «регионалы» так упорно требуют вашей отставки?

– Я не комментирую этого.

– Почему в последнее время вопрос образования стал настолько политизированным?

– Потому что эти радикальные реформы в сфере образования задели все общество, потому что использование вопроса образования в политической борьбе дает соответствующий резонанс.

Что касается обвинений в украинизации, которые звучат по моему адресу. «Буржуазный националист» — это просто какое-то пещерное мышление. Министерство проводит настоящие реформы в сфере образования. Это реализация политики президента Украины и премьер-министра Украины. А любые успехи правительства воспринимаются оппонентами очень негативно, чтобы искусственно снизить достижения этого правительства.

– Как министерство собирается отстаивать образовательные права своих граждан в России в частности и в целом за рубежом?

– Это уровень президента и премьер-министра. Мы можем подавать информацию высшим должностным лицам о том, что происходит. Право принимать решения об открытии школ национальных меньшинств, в частности, в России, принадлежит правительству РФ. Наши высшие должностные лица могут лишь обратить их внимание на то, что количество украиноязычных государственных школ в России равно нулю. В то время как у нас работает 1199 школ с обучением на русском языке, в которых учится 403719 учеников, и 1628 школ с обучением на украинском и русском языках, в которых на русском языке учатся 368594 учеников.

– Почему тогда представители российского МИД упрекают нас, мол, на Украине притесняют русскоязычных?

– Это идет такая атака на Украину во всех направлениях. Тем российским политикам привычно говорить неправду. В среднюю школу детей записывают родители, по их желанию формируются классы и выбирается язык обучения. Если есть 5 учеников любой национальности, уже может быть класс.  Ни одной жалобы о том, что нет возможности учиться на родном языке на Украине, к нам не поступало.

– Учителя Луганской области обратились в УНИАН по поводу задержки зарплаты. Педагоги ушли в отпуск с 1 июня, а до сих пор не получили отпускные. Местные власти отчитываются перед высшим руководством, будто все выплачено, а директорам школ советуют проводить с педколлективом воспитательную работу, чтобы не распространять эту информацию. Как бороться с такими случаями?

– Выплата зарплаты учителям — это прерогатива и ответственность местной власти. Я со многими главами областных госадминистраций имел разговор и в письменном виде обращал внимание на эти вещи. Каждый из них мне аккуратно отвечал и указывал периоды, когда будет выплачена задержанная зарплата. Я благодарю их за такое конструктивное сотрудничество. Если такое явление есть — это досадно. Министерство не может непосредственно влиять на выплату зарплаты учителям. Единственное, что в этом случае можно сделать — публично об этом говорить, что в таких-то школах учителям не выплачивается зарплата.

– Одна из ваших социальных ролей — отец известного певца. Как вы восприняли решение Святослава уйти из большой политики?

– Я его поддержал.

– Он советовался с вами?

– Конечно, советовался. Но решение принимал сам, я на него не влиял. Мы просто это обсуждали.

– Вас упрекают, что в учебнике музыки о творчестве «Океана Эльзы» – группе вашего сына – рассказывается на четырех страницах, а о «Битлз» — только на двух…

– Я не видел этого. Я видел несколько строк в учебнике. Как эта история возникла. Как-то весной мне звонит по телефону младший сын Олег и говорит: «Папа, там какой-то скандал с учебником музыки, будто там речь идет об “Океане Эльзы”». Я говорю, может, и есть – Святослав сам этого не знал. Я же не имею отношения к авторам этих книг. Приказ на объявление конкурса на учебники для 8-х классов издавал мой предшественник, конкурс прошел при нем и завершился при нем. Приписывать мне, что я оказываю какое-то влияние на авторов, — это просто абсурд, неправда. И люди, которые раскручивали это, хорошо знают, что это неправда. Но чтобы больно сделать мне и чтобы приуменьшить достижения, которые есть в образовательных реформах, они так делают.

Анна Ященко, УНИАН

Поделиться.

Комментарии закрыты