Сатанисты: «Жертвоприношения полного цикла необязательны»

0

Большинство украинцев в курсе, что слово «сатанизм» означает секту, которая противопоставляет себя христианской вере. Но, пожалуй, на этом общеизвестные сведения и заканчиваются. Наверное, для многих будет открытием тот факт, что поклонников сатанизма мы с вами, сами того не ведая, встречаем чуть ли не каждый день на улице, работе, в учебном заведении, в супермаркете и поликлинике. Чем "приспешники сатаны" отличаются от остальных людей, рассказали двое житомирян-сатанистов…

«Выполнил свою мечту и избавил мать от страданий…»

В результате моей переписки с несколькими десятками людей двое откликнулись и согласились пообщаться вживую – 34-летний Руслан (все имена изменены) и 20-летняя Анжела.

По наряду девушку можно было принять, например, за готессу – длинные черные волосы, пирсинг в носу и на подбородке, темный макияж и черная одежда. А вот мужчина выглядел совершенно заурядно – короткая стрижка, синие джинсы, простая футболка и кеды.

– Надеемся, вы не напишете, что мы психи ненормальные, – начал Руслан. – А то как не читаешь интервью с сатанистом, журналист делает из него больного.

– Напишу все, что мы с вами обсудим, не больше и не меньше, – пообещал я. – Выводы пусть делают читатели. Кем вы работаете?

– Я менеджер в магазине бытовой техники, – отвечает Руслан.

– А я нигде, – голос у Анжелы "уставший", глаза слишком явно блестят. – Я студентка. Переводчиком буду, если что.

– Как же вы пришли к сатанизму? Вот вы, Руслан, взрослый ведь человек…

– Вы, наверное, путаете сатанизм с подростковым увлечением всем мрачным и жутким, – спокойно отвечает мой собеседник, – Да, среди нас процентов семьдесят – это молодежь. Но остальные вполне состоявшиеся взрослые люди, которые пришли к этой вере осознанно.

– Так и я осознанно! – в голосе Анжелы звучит обида. – Просто есть малолетки, которым нравится антураж, эстетика сатанизма. Но, наигравшись в вызывание дьявола, они у нас не задерживаются и уходят. Остаются те, кто мозг имеет.

– Если в двух словах, что вообще привлекает вас в этом? Ведь, как я понимаю, христианство дает человеку надежду, успокоение, веру, что после смерти будет другая жизнь…

– Христианство – религия рабов! – с непоколебимой уверенностью заявляет Руслан. – Вы все ждете, что где-то там будет хорошо, а тут, на земле, мол, надо терпеть и гнуться. Мы же знаем: хорошо будет уже здесь, нечего ждать. Например, мой знакомый долго хотел съездить в Таиланд. Вот была у него такая мечта с местными тайками позажигать. И тут перед самым отъездом его мать заболела. Нужна была операция, которая, по словам врачей, могла помочь, а могла и ничего не дать. Так вот, знакомый не стал тратить деньги на медиков и поездку не отменил.

– А мать его что?

– Умерла. Но потом врачи сказали, что та операция дала бы ей максимум еще год жизни, не больше.

– И вы считаете действия вашего знакомого правильными?

– Конечно! Будь он православным, конечно, потратил бы все на врачей. И что? Старуха его прожила бы еще год, а вернее, промучилась бы, потому что болезнь никуда бы не делась. Но он поступил правильно. В итоге исполнил свою мечту и избавил мать от страданий.

– То есть у вас собственные желания ставятся во главе всего?

– Ну, это слишком упрощенно сказано. Там целая система. Но суть в том, что твоя жизнь, твое тело, твои желания – это главное и от этого надо отталкиваться. Не нужно искупать первородный грех, не нужно быть пассивным, подставлять правую щеку и так далее. По сути, множество людей вокруг живут как сатанисты, даже если называют себя христианами. И вообще, если бы бог был таким сильным, он бы давно уничтожил дьявола. А раз все как есть, значит, обе стороны как минимум одинаковые по могуществу. Ясно?

– Давайте отойдем от метафизических рассуждений и вернемся к тому, как вы попали в эту секту.

– Это не секта, а учение! – наставительно говорит Анжела. – Лично я попала благодаря подружке, когда мне было пятнадцать лет. Она познакомилась с одним парнем из сатанистов. Они ходили на закрытые вечеринки, в итоге подружка и меня туда потянула. Я пару раз посетила встречи и поняла: это мое. А подружка, кстати, потом перестала ходить, как только с парнем поругалась. Еще удивлялась, мол, она же больше туда не ходит, зачем я хожу? Просто ей было это по приколу, а я воспринимала, да и сейчас воспринимаю все серьезно.

– А вы, Руслан?

– Удивитесь, но если у Анжелы набежало пять лет с момента вступления в наши ряды, то у меня всего три года.

– Это получается, вы в тридцать один год впервые столкнулись с сатанизмом?

– Получается так. Понимаете, был у меня такой период в жизни, когда я потерял всяческие координаты.

Я ведь до того был как все. То есть обращался к высшей силе разве что в трудные минуты да яйца на Пасху святил. Жена была, сын. Когда мне исполнилось тридцать, со всех сторон навалились неприятности. С работой проблемы возникли, дома постоянные скандалы. В результате развелся, жена забрала сына и уехала к родителям в Казахстан. А я один остался. Начал пить, но быстро остановился. Тем не менее, образовалась во мне сильная брешь. Не понимал, зачем живу. Случайно наткнулся на группу сатанистов в Интернете. Просто ради интереса решил сходить. Ну и, конечно, хотелось посмотреть, какие у них девушки, – Руслан подмигивает Анжеле, которая в ответ равнодушно смотрит на него.

– И что, вас так просто пустили?

– Нет, переписывался долго. Меня вообще сначала приняли за мента. Но постепенно стали доверять. Мне же уже хотелось довести дело до конца, понять, что это за люди, почему они выбрали такую веру. Короче, пригласили в итоге на собрание.

– А вас не пугало то, что по сути это сторона зла?

– Вот вы сами снова в метафизику погружаетесь, – улыбается Руслан. – Зло является необходимостью в мире. Без него и добро не может существовать. И мы не являемся злодеями, как может показаться. Мы лишь живем по тем правилам, которые и так наиболее распространены в нашем мире.

– Какие это правила?

– Я же говорил! Мы не прячемся за личиной праведности и доброты. Если хотим есть – едим. Если хотим секса – занимаемся им. Разумеется, о насилии (без необходимости) речь не идет. Суть в том, что, грубо говоря, если я иду мимо нищего, а в кармане деньги на батон, я куплю этот батон и съем сам, не дам нищему. Пусть подыхает, зачем эти отбросы нужны, если подумать?
– Но нищим может стать каждый.

– Вот говорю честно: если я стану нищим, сам повешусь! – говорит Руслан.

– А где собрания проходят? Вы ведь не арендуете здания?

– Зачем нам здания? Открыть церковь сатаны в нашей стране пока что нереально. Мы же не США. Там до сих пор дочь основателя церкви сатаны управляет всеми делами, у них регистрация и все такое. Мы же довольствуемся съемными квартирами. Так вот, когда я впервые пришел на собрание, то был, признаюсь, слегка шокирован. Не столько сутью, сколько внешней атрибутикой. Не спорю, всем, даже самым искренним сатанистам, нравится внешняя сторона (пентаграммы, перевернутые кресты). Впрочем, у вас, христиан, такой пунктик тоже есть, – Руслан указывает на мой крестик.

– Ну да, это ведь символ.

– Вот и у нас свои символы.

«Дали бомжу тысячу гривен за мизинец»

– Чем занимаются на этих собраниях? Кошек в жертву приносите?

– В том числе. Проводим разные ритуалы, чтобы еще больше слиться с энергией дьявола. И, кстати, такие ритуалы дают нам еще больше силы.

– Значит, мне ваша вера точно не грозит – ненавижу тех, кто животных мучает.

– А мы не мучаем, все проходит быстро и по возможности безболезненно.

– Лучше бы друг друга в жертву приносили.

– Нельзя, – серьезно отвечает Анжела. – В жертву можно приносить только низших существ.

– Тогда как же все эти случаи, когда сатанисты убивали людей?

– Так они же не братьев по вере убивали, а тех, кто не посвящен.

– Почему же вы так не делаете?

– Понимаете, у нас есть много течений. Как вот в христианстве есть баптисты, католики, православные. Мы, например, считаем, что необязательно делать человеческие жертвоприношения полного цикла, достаточно палец отрезать.

– Насильно?

– Нет, зачем насильно? Я знаю случай, когда одному бомжу дали тысячу гривен за мизинец. Он добровольно себе его отрезал во время ритуала. И еще была история, когда один мой знакомый решил вызвать Асмадея. Никому ничего не сказав, поехал на дачу, дождался полуночи, расставил тринадцать свечей, нарисовал пентаграмму, сел посередине и отрезал большие пальцы на обеих руках. Правда, он перед тем покурил для храбрости… Но это не помеха ритуалу.

– И что, пришел тот, кого он вызывал?

– Пришел.

– Вот так взял и появился с рогами?

– У Авалона не совсем рога. Но главное – да, пришел.

– А кроме того накуренного, никто больше его не видел ведь?

– У меня нет причин не верить этому человеку.

– И как он теперь живет?

– Нормально. Машину разве что водить не может. Девушка теперь его возит.

– Как проходит ваше времяпрепровождение?

– Общаемся, музыку слушаем, бухаем. Все как у людей. Ну, оргии, разумеется.

– То есть все со всеми?

– Ну да, а что? – пожимает плечами Руслан. Анжела в этот момент явно слегка смущается. – Это процесс не только обмена энергией, но и одно из наших сакральных правил. На Вальпургиевую ночь в прошлом году мы встретились с ребятами из пяти других областей. Пришлось большой дом за городом снимать, чтобы все поместились. Так одновременно более трехсот участников было!

– А девушки после таких оргий не беременеют?

– Мы зачастую предохраняемся, но, конечно, бывает всякое. Вот пришла к нам новенькая… Когда проводили один из ритуалов, она впала в самогипноз. Встала, пошла на кухню и стала орать, чтобы ею все присутствующие по очереди воспользовались. Ну, человек десять или двадцать решили выполнить ее просьбу. Понятно, в такой ситуации никто о презервативах не думал. Моя девушка бывшая, с которой я в самом начале встречался, тоже на оргии залетела. Родила ребенка, все нормально.

– Но от кого, она не знает?

– Мы все дети сатаны.

– Да уж… А аборты у вас приветствуются или нет?

– Тут у нас полная свобода. Да и в принципе нет ограничений, как в других религиях.

– Значит, сатанизм – это деструктивное течение?

– Что значит деструктивное? У нас не запрещено пить, курить, принимать наркотики, но это лишь показывает, что мы принимает человека за высшее существо. Он сам должен решать, как жить и что делать.

«В универе меня считают готессой»

– А как насчет самоубийств?

– Опять же, человек решает все сам. Никто не должен его к такому подталкивать. Но если он это совершает, то и осуждать никто не в праве.

– Много ли среди ваших самоубийц?

– Нет. Я сам слышал только про один случай, когда девушка порезала себе вены. В записке написала, что ей демон приказал это сделать. Больше не знаю таких примеров.

– Если говорить о воспитании детей… Вот ваша бывшая родила ребенка. Я так понимаю, она воспитывает его одна?

– Она больше не с нами. Отошла от веры, – вздыхает Руслан. – У девушек такое бывает, когда рожают – башню сносит.

– Надеюсь, вы не преследуете "отступников"?

– Делать нечего! Ушла и ушла. Значит, не верила по-настоящему.

– Есть ли среди близких вам людей те, кто не признает вашей веры?

– Мать. Правда, она не совсем в курсе всех моих дел, – признается Руслан. – Думает, будто я в какой-то секте. Хотя последние годы мы почти не общаемся, потому что у меня нет желания. Еще была девушка. Я с ней на работе познакомился. Очень красивая. Начали встречаться, потом она ко мне переехала. Какое-то время нормально было. Я даже начал потихоньку ей рассказывать о сатанизме. Поначалу слушала, кивала. Я уже обрадовался, думал, станет нашей. А потом выяснилось, что она, дура, просто не понимала, о чем я толкую. А когда до нее дошло, начала ныть: "Руслан, ты с ума сошел, как можно быть сатанистом?!" Была еще одна. Младше меня на десять лет. Готесса. Я сразу не стал ничего скрывать, поскольку ей было интересно. А потом нужно было собаку убить, тоже часть одного из ритуалов… Не смогла, реветь начала и отпустила пса. После этого расстались.

– Ваши коллеги по работе знают о ваших пристрастиях?

– Один парень знал, но уволился уже. А больше никто не знает. Да и мне так спокойнее.

– А у тебя, Анжела, одногруппники в курсе?

– Тоже нет, – отвечает девушка, явно начиная скучать. – У меня в вузе одни дауны. Я на втором курсе по пьяни одной подруге рассказала, она заинтересовалась. Я думала, всерьез, пригласила к нам. Она пришла, ей даже понравилось. А потом, когда оргия началась, убежала. Хотя никто ее не собирался заставлять. А вообще в универе меня считают готессой. Ну и пусть себе считают, плевать.

– Никто из вас не живет в вакууме. У каждого есть родственники, друзья. Как вы с ними поддерживаете отношения, учитывая свои взгляды?

– Это сложная тема, – отвечает Анжела. – Меня отец что ни месяц в церковь насильно затаскивает.
– И что, не колбасит тебя?

– Нет. Церковь – это ведь просто здание. Но все равно неприятно. Просто первые годы родаки особо не обращали внимания на перемены во мне. Видели, что у меня антураж комнаты изменился, одежда, поведение. Но списывали это на подростковый период. Мать сколько раз говорила: "Когда ты уже повзрослеешь? Все девочки в платьях, туфельках. А ты свои берцы натянешь, какие-то ошейники на шею, эти волосы черные, пентаграммы!" Видимо, думала, что я рокерша, – смеется Анжела. – А потом нашла у меня в столе сатанинскую библию. Вот тогда пошло-поехало. Начали водить по всяким бабкам, священникам. Так это все надоело… Вот найду работу и перееду, буду отдельно жить.

– Я видел такую книгу в формате самиздата.

– Такую? – Руслан достает из своей сумки небольшую, средней толщины книгу. На плотной черной обложке вместо надписей лишь нарисован перевернутый крест. Внутри явно отксерокопированные листы, причем текст написан не горизонтально, а вертикально.

– Да, точно такую же.

– Это пару лет назад одни парни распечатали около ста копий. Сами переплели. А сейчас в Интернете запросто можно купить отпечатанную в типографии. А вы ее читали?

– Не полностью, поскольку книга, как по мне, ничем не интересна. Я ведь думал, что книга эта написана давно, но уж никак не в 60-х годах. Ну и сам текст лишь переделка обычной Библии, но с отрицанием всех догм.

– Вот если бы вы ее прочли всю, то не говорили бы глупостей! – отвечает Руслан. – Да, наша книга написана основателем нашего учения. Но и вашу библию не бог писал, а тоже люди. Причем ее переделывали много раз в угоду разным царям. Ну а насчет отрицания христианских заповедей, то тут более чем все логично. Сатану ведь противопоставляют богу, значит, это две противоположные по сути веры.

«Есть парочка придурков, называют себя воинами света»

– Ну ладно, вера верой. Но взять все эти ваши обряды с вызыванием демонов. Это же клиника. Вы сами хоть раз видели результат на деле?

– Тут вопрос в степени посвященности, – отвечает Руслан. – Разумеется, к малолетке, который начитался в Интернете про сатанизм, никто не придет. Человек должен пройти определенный путь, испытания на верность. Я, например, не видел духов. Но зато чувствовал их присутствие. Объяснить это довольно сложно. Но ты явственно знаешь – вот они здесь, совсем рядом.

– Ваша религия допускает возможность овладения демоном чьего-то тела?

– В смысле экзорцизм? Да, такое возможно. Тем более католики тоже подтверждают это. В нашей группе даже есть такой обряд, когда желающий может почувствовать демона в себе. Не буду описывать, как это делается, просто скажу, что Анжела это ощущала, – Руслан указывает на девушку, которая с серьезным видом кивает головой.

– А потом что, изгоняете?

– Зачем? Наоборот, чем больше в человеке демонов, тем лучше. Кстати, секс с тем, кто конкретно в тот момент имеет в себе демона, тоже является определенным ритуалом. Можно сказать, как зарядка.

– Ваши собрания никогда не пытались остановить? Может, существуют некие воинствующие противники сатанизма?

– Есть парочка придурков, которые себя называют "воинами света". В общем, шиза косит, – смеется Руслан. – Я с ними лично не сталкивался. Знаю лишь, что в Киеве ребята снимали квартиру, собирались. И как-то посреди ночи звонок в дверь. Открывают, на пороге человек семь с битами. И давай наших месить. Троих в больницу положили. Но потом им отомстили – нашли по ай-пи адресам и поодиночке переловили. Теперь время от времени в разных регионах друг друга вылавливают. То наши их, то они наших. Но это так, мелочи жизни.

– Еще вопрос: есть ли среди вас люди известные?

– Опасный вопрос, – Руслан внимательно на меня смотрит. – Скажу так: люди при деньгах есть, и немало. И известные есть. Немного, но все же. Однако называть имена, сами понимаете, не буду.

– Ладно, идем уже, – Анжела тянет Руслана за рукав. – Надоело.

Попрощавшись, мои собеседники выходят на тротуар и, слившись с толпой, не спеша уходят…

За сатанизм отрекали папу римского

Первоначально сатанизм (как оккультно-религиозное верование – протест против христианства) зародился в древнем Ираке. Позднее в странах Европы демонология стала неотъемлемой частью общей культуры. Многие известные люди той эпохи были уличены в поклонении сатане. Например, в 963 году папа Иоанн ХII был отрешен от престола за сатанизм. Пик увлечения сатанизмом пришелся на середину XVII века и охватил самые высокие светские круги. В качестве жертвоприношений на темных мессах в то время убивали сотни младенцев. Тогда же были детально разработаны обряды.

В двадцатом веке новый толчок данному культу дал американец Антон Шондор Лавей, который в ночь с 30 апреля на 1 мая 1966 года основал церковь сатаны. Данная организация существует и по сей день (на данный момент ею руководит дочь основателя), собирая по всему миру довольно крупные пожертвования.
На Украине сатанисты чаще всего обвиняются в актах вандализма. Только в Киеве существует более 30 групп сатанистов. Почти каждый год на Украине регистрируются различные преступления (в том числе и убийства), связанные с данным культом.

Денис Данилюк,
«Эхо»

Поделиться.

Комментарии закрыты