Уголь-убийца

0

Шахтеров используют как «пушечное мясо». Уровень смертности в украинских шахтах, которые зачастую давно отработали свой срок, остается одним из самых высоких в странах Европы. За 18 лет независимости украинская власть смогла «родить» только один закон: «О престиже шахтерского труда»…

 Насколько наши власти обожают шахтеров! Угольный министр лично с каждым за руку здоровается, о делах справляется, в больнице им предоставляются самые комфортабельные палаты, шахтерских жен домой отвозят на лимузинах с мигалками, продукты им дорогие покупают… Эх, жаль, что такая забота проявляется лишь в дни, когда горняков по кускам достают из обвалившейся лавы.

Лучше этого не видеть никогда

На белом, недавно выкрашенном бордюрном камне сидит девушка лет двадцати. Без обуви. Ноги сбиты в кровь, она смешалась с пылью и грязью. Волосы растрепаны. По щекам текут слезы вперемешку с черной тушью. Она смотрит в одну точку и, нет, не плачет, тихо стонет. В плечо девушке уткнулась дочка. Ей всего годика три. И вот она ревет, заглушая сирену «скорой помощи». Подходят двое. Мужчина и женщина. Оба лет пятидесяти. Женщина плачет, но пытается успокоить ту, что моложе. У нее звонит мобильник.

— Алло! Мама, я на шахте. Авария у Вовки на участке. Вовка под землей. Под землей Вовка, говорю. Не знаю, ничего не сообщают. Кто? А-а-а-а… Та здесь она тоже. Убитая совсем. Мама, я потом перезвоню. Если смогу…

У шахтного ствола несколько поколений одной семьи ждут. Они знают, что всех, кого могли, уже вывели живыми. А Вовки нет. Мать, отец, молодая жена, дочка и, где-то далеко, на другом конце телефонной линии, бабушка. Я оглядываюсь по сторонам. Оказывается, вокруг меня — десятки таких людей. Они стоят, устремив взгляды к стволу. Туда, откуда в любой момент могут появиться их Вовка, Димка, Колька, Генка…

К одной из таких групп подходит совсем еще юная журналистка из некогда главной советской молодежной газеты. С ней фотограф. Такой же молодой и шустрый. Я не слышу, что спрашивает у них юная коллега. Только вижу, как тычет в заплаканное лицо свой модный диктофон. А парнишка жмет на кнопку навороченного «цифровика» в режиме «Спорт». Он ловит каждое движение лица убитой горем девчонки.

— Уйдите, твари! Уйдите, прошу вас! Совесть у вас есть?
Во время этого эмоционального всплеска фотоаппарат начинает щелкать еще быстрее. Глава семьи вспыхивает и отталкивает фотографа.

— Я те щас твою технику в задницу запихну, урод! Пошел вон отсюда, тварь!
Парень уходит довольный. Еще бы! Такие кадры завтра украсят его газету!
Все это было в полдень 8 июня возле шахты имени Скочинского в Донецке. Гудели «скорые помощи», топали кирзачами горноспасатели, шумели рации у гаишников. И весь это гул перекрывал женский плач. Ствол шахты расположен так, что подойти к нему может любой житель соседнего поселка. В тот день он весь был возле шахты. Люди вслушивались в выкрики спасателей. Они надеялись услышать только два слова. Первое — фамилия того, кого подняли из шахты с глубины почти 1300 метров. Второе слово — «живой».

— Шевченко! — выкрикивает черный от копоти и угольной пыли горноспасатель, — живой!
На лицах людей появляется подобие улыбки. Но улыбаться возле убитой горем девушки на бордюре как-то неловко. И люди продолжают ждать.

Жители поселка шахты имени Скочинского отвыкли от беды. Последний раз народ здесь собирался 11 лет назад. В апреле 98-го здесь похоронили почти 60 человек. Взорвался метан. Как удавалось все эти годы удерживать одну из самых глубоких шахт мира в безопасности, известно, наверно, только Богу. И ее директору. Виталий Миминошвили руководит угольными предприятиями 30 лет. Его авторитет не только на шахте, но даже среди простых жителей Донецка непререкаем. Перед журналистами он стоит, опустив глаза.

— Произошел внезапный выброс угля и породы. Почему? Этого я сказать не могу. Когда очистим завал, найдем всех людей, туда спустятся эксперты и будут думать. У Госгорпромнадзора претензий к нам не было.

Журналисты поверили седовласому директору. Оказалось — зря. 6 июня на шахте имени Скочинского были с проверкой инспекторы Госгорпромнадзора. В итоговом акте — 18 пунктов. 18 нарушений техники безопасности в лаве №2. Добычные работы на участке были запрещены. Исправить недостатки на шахте обещали к 8 июня.

Константин Дорофеев — начальник Донецкого территориального округа Госгорпромнадзора.
— Шахта выполнила тот объем работ, который был ей предписан, и в воскресенье нас уведомила, что готова принять нашего инспектора для проверки уведомления. Инспектор поехал в шахту, но, к сожалению, до участка не доехал, потому что в это время произошел выброс.

Константин Дорофеев говорит, что абсолютно уверен в том, что никаких работ, кроме необходимых по шахтной технологии, на участке не вели. Вторит ему и директор. И все 36 шахтеров, которые остались живыми.

34 горняка сейчас проходят курс реабилитации в Донецкой больнице профессиональных заболеваний. Их постепенно выводят из шока. Каждый день они дышат чистейшим кислородом в барокамерах. Но все они говорят, что ночью плохо спят. Многим часто снятся три хлопка и темнота после них.
Олег Шахунов — горнорабочий.

— Лава вела себя замечательно. Никогда не было таких напрягов. Нормально ехали по углю. Никогда ничего такого не было. А потом… Хлопки. Я слышал шесть или семь. А ребята говорят: «Всего три». Сразу паника началась, но потом все сгруппировались. На полметра ничего не было видно перед собой. Кое-кто даже самоспасатель не успел включить.

Виталий Сучин работал с Олегом совсем рядом. Говорит — было страшно. Виталий — совсем молодой парнишка. На вид — лет двадцати. Светловолосый крепыш. А глаза детские, хоть и сурово «подкрашены» угольной пылью.

— Хлопки были. Потом пыль пошла. Струя пошла в обратную сторону. Начали выходить на ближайшую свежую струю. Страшно, конечно. И мужиков жалко. Там же 600 тонн породы рухнуло.
И умолкает. На глазах слезы. Работу менять не собирается: попробуй заработай в Донецке 2500 гривен! Эти деньги для них — вершина мечтаний.

В сотне метров от шахты Скочинского — бойкий пятачок, автобусная остановка. А на ней — местный «генделык». Уже несколько дней подряд выручка тут стабильно высокая. Мужики поминают друзей. 10 июня шестерых шахтеров похоронили, днем позже – еще трех. Что творилось на кладбище — лучше этого не видеть и не слышать никогда.

Авария за аварией

С каждым годом количество аварий на работах под землей стремительно растет. После каждой аварии создавались правительственные комиссии по расследованию причин катастроф. Однако ни разу ни один из виновников массовой гибели людей не был наказан.
– 29 июня 1991 г. произошло возгорание конвейерной ленты на шахте «Южнодонбасская N1», что привело к отравлению горняков монооксидом углерода. Погибли 32 человека.
– 9 июня 1992 г. в результате взрыва метано-воздушной смеси на шахте «Суходольская-Восточная» компании «Краснодонуголь» в Луганской области погибли 63 горняка.
– 3 сентября 1994 г. на шахте «Славяно-Сербская» под Луганском от взрыва погибли 30 горняков.
– 4 апреля 1998 г. от взрыва метана на донецкой шахте имени Скочинского погибли 63 шахтера, 51 человек получил ранения.
– 24 мая 1999 г. на шахте имени Засядько в Донецке во время буровзрывных работ погибли 50 шахтеров, 40 горняков травмированы.
– 11 марта 2000 г. случился взрыв на шахте имени Баракова ГХК «Краснодонуголь», который унес жизни 81 шахтера, 7 были тяжело ранены.
– 19 августа 2001 г. от взрыва угольно-метановой смеси на шахте имени Засядько погибли 55 человек.
– 7 июля 2002 г. вспыхнул пожар на шахте «Украина» в городе Украинске Донецкой области, Погибло 35 горняков, 49 человек серьезно травмированы.
– 19 июля 2004 г. на шахте «Краснолиманская» в результате взрыва и пожара погибли 36 шахтеров и спасатель.
– В 2007 г. зарегистрировано 13 ЧП, тогда только на шахте имени Засядько в течение двух недель произошло три взрыва. 18 ноября погиб 101 человек, 1 декабря с переломами и черепно-мозговыми травмами в больницы Донецка попали 44 шахтера, 2 декабря домой не вернулись пятеро горноспасателей, еще 66 работяг попали в больницы.
– В 2008 г. произошло 15 аварий. Две из них — на шахте «Краснолиманская» в Родинском и на шахте имени Карла Маркса в Енакиево, которые унесли жизни 11 и 13 человек соответственно. В Енакиево взрыв был такой силы, что стекла вылетели из окон близлежащих домов.
– За пять месяцев 2009 г. зарегистрировано уже 9 аварий на шахтах.
4 января в результате вспышки газовоздушной смеси на шахте имени Дзержинского в Дзержинске ожоги второй и третьей степени получили восемь горняков.
7 января на строящейся шахте в Нововолынске произошел взрыв метана. Пострадали семь горняков.
18 января на шахте «Суходольская Восточная» возник пожар. На момент аварии там находилось 335 горняков, все поднялись на поверхность.
19 января десять человек пострадали при пожаре на шахте «Россия» в Селидово. 21 горняк выведен.
31 января в Червонограде на шахте «Надежда» в результате обрушения породы получил смертельные травмы 1 горняк.
18 марта на шахте имени Ленина в Горловке возник пожар. Пострадавших не было.
11 апреля два горняка попали под обвал на шахте «Полтавская» в Енакиево. Спустя двое суток их спасли.

4 мая на шахте «Новодзержинская» в Дзержинске произошел обвал кровли. Под завалом оказались девять горняков. Удалось спасти троих.
8 июня произошла авария на шахте имени Скочинского.

Как Ющенко угольных баронов сажал

Прокуратура Донецкой области возбудила уголовное дело по ч.2 ст.272 Уголовного кодекса Украины «Нарушение правил безопасности при проведении работ с повышенной опасностью».
«По результатам расследования требую принять предусмотренные законом меры по привлечению виновных к ответственности», — заявляет по телевизору президент. Ну все! Теперь держитесь, виновники человеческих смертей, паразитирующие на адском труде горняков! Не будет вам пощады! Как и после трагедии на шахте им. Засядько (произошедшей 18 ноября 2007 г., унесшей жизни 101 шахтера). Небось, помните, что перво-наперво сделал глава государства, когда зашел во двор шахтоуправления, где от вдовьего воя не слышно было даже похоронного оркестра? Он подошел к владельцу смертоносной шахты Ефиму Звягильскому и резко, будто с предателя на фронте, сорвал Звезду Героя Украины: «Это уже не золотая, а фанерная звезда, которую устанавливают над свежевырытой шахтерской могилой. Герои отдают свои жизни, ты же забираешь жизни других…» Затем президент повернулся к объективам камер, сказал: «Моя дорога націє!» – и объявил о немедленном закрытии шахты-душегубки. «Уголь, обильно окропленный кровью 20-летних пацанов, нам не нужен!» — закончил свое телеобращение Виктор Ющенко и тут же издал соответствующий указ. А тем временем следственно-оперативная группа продолжала аресты подозреваемых: мастеров участка, где произошел взрыв, инженера по технике безопасности, заместителя гендиректора шахты и, конечно же, самого председателя совета директоров АП «Шахта имени Засядько» Героя Социалистического труда, Героя Украины Ефима Леонидовича Звягильского. Виновным не избежать правосудия!..

В каких это небесах журналисты витают, поди, вертят пальцем у виска шахтеры. Звягильский действительно сидит, но только в кресле Верховной Рады. А арестовывали на шахтах разве что бомжей за кражу металлолома. И то еще при Советской Украине. Вы правы, мужики. Мы, журналисты, замечтались. Но признайтесь: вы ведь тоже об этом мечтаете? Когда по полгода не получаете зарплату, хотя угля даете по три нормы, когда перед спуском в лаву вам по указке начальства не выдают индивидуальные сигнализаторы метана, когда на километровой глубине отключают газоанализаторы, когда вы обнимаете свежеоструганный заколоченный ящик, где лежит что-то от вашего друга, когда… когда… Когда же это перестанет быть лишь мечтой?..

Прошлогодний взрыв на шахте им. Карла Маркса случился в пять часов утра. А к началу рабочего дня в конторе шахты уже выстроилась очередь из претендентов… на появившиеся после взрыва вакансии. Еще не было известно ни о живых под землей, ни о мертвых, а люди с анкетами уже толпились у отдела кадров. И лишь предупредив заднего, мол, отлучусь на минутку, иногда бегали к вывешенным спискам погибших. А те постоянно обновлялись. И давали надежду. На то, что завтра и я надену каску, получу коногонку, зайду в клеть и спущусь в лаву. То есть стану человеком. А предшественника, Царство ему небесное, похоронят с почестями. У кромки ямы будут стоять члены правительственной комиссии, может, даже сам премьер-министр… Такая вот получается в украинских шахтах текучесть кадров. В военное время это назвали бы «восполнимыми потерями». В смысле «пушечным мясом»…

В 1989 г. число погибших шахтеров на 1 млн т добытого угля составляло 1,54, в 1999-м – 3,62, а 2009-м миллионная норма достигается уже ценой в 6 человеческих жизней. Господа владельцы шахт, ежели шахтерская смертность и далее будет расти такими темпами, «пушечное мясо» очень скоро израсходуется. Кто ж будет давать стране угля?

Тарас Маскалюк, Виталий Цвид,
«Новая»

Поделиться.

Комментарии закрыты