В постели с врагом

0

22-летняя Анастасия Антошинская лежит в больнице города Чернигов. Ей негде жить после того, как она убежала от сожителя Владислава.

«Семимесячной меня нашли на мусорнике, — рассказывает избитая девушка. — Отца и матери не знала. Прошла дом малютки, детдом, интернаты. Училась хорошо, педагоги хвалили, научилась готовить. После школы выучилась на тракториста-машиниста. Из восьми девушек на черниговское ”Химволокно” взяли пятерых. А мне, Кате Новик и Бажене Басенко не хватило мест. Так и началось. Ни жилья, ни работы, ни родственников. Как-то устроилась ученицей крутильщицы-мотальщицы».

Анастасия познакомилась с 45-летним слесарем Дмитрием. Впоследствии переехала к нему.

«Дима обул, одел, денег дал. Даже сказал бросить работу. Два года жили замечательно, но прописывать меня не хотел. Говорил: ”Я старше, эпилептик, умру скоро. Думай, как дальше жить будешь”. Выпивал. Из-за этого ссорились. В разгар одного спора он меня выгнал. Сидела, плакала под ночным клубом. Там познакомилась с Владиславом К. ”Я не пью, живу в двухкомнатной квартире. Пойдемте ко мне”, — предложил. Я пошла. Сначала было хорошо. Гуляли по улицам, ходили в кафе на кофе, я готовила поесть. На работу не ходили, жили с того, что помогала мама Влада. Он говорил, что разбогатеет, когда 32 тысячи раз прочитает мантры. День сидел за компьютером, слушал музыку, а я разгадывала сканворды». Как пишет Gazeta.ua , через несколько месяцев мужчина начал бить сожительницу.

«Впервые ударил, когда я назвала г*ном его любимого певца, — говорит Анастасия. — Наверное, нужно было смолчать. Потом я устроилась в вино-водочный отдел местного магазина. Выставляла бутылки, таскала ящики. С 7 утра до 11 ночи на ногах. За день напашешься — не хочется ни есть, ни пить. Через месяц началось.

Прихожу домой, а Влад — давай, как раньше, по три-четыре раза: ”Таскаешься с охранниками, потому и меня не хочешь”. Я божилась, что не изменяю. Но он не верил, бил».

В разгар ревности Владислав подрался с охранниками магазина. «Пришлось бросить работу. Вроде смирилось, забылось. Через несколько месяцев пошла перебирать яблоки. Опять уставала. А Влад за свое: ”Ты там мутишь с мужиками…” Побьет, синяя хожу. Как-то так избил, что отвезли в больницу. Потом в социальном центре жила. Но он уговорил вернуться, цветы подарил. Помирились перед Новым 2009 годом, а с февраля начались побои. Бил ежедневно: ”Признавайся, кто тебя лапал?” Если куда-то уходил, двери запирал, открутил ручки на окнах. ”Пока не признаешься, на волю ни шагу”, — говорил. Плакала, просила. Говорила, спроси у людей. А он: ”Зачем? Моего мнения никто не изменит. Признавайся, перестану бить”. Решила отравиться, выпила таблетки.

Он увидел пустые упаковки, заставил вырвать, избил: ”Мне нравится смотреть, как ты корчишься”. Решила говорить, как он хочет. Спрашивает: ”Мутила с другими?” Да, отвечаю. После этого он меня голыми ягодицами сажал на разогретую газовую плиту. Закрывал рот, чтобы не кричала».

Женщина убежала через форточку, пожаловалась милиционерам.

«Мой паспорт Влад сжег. Идти было некуда, ночевала в подъездах, — продолжает Анастасия. — Три дня и крошки во рту не было. Сошлась с пьяницами, потому что они дали поесть. Через неделю пьянства поняла — пропаду. Потом пошла в Дом молитвы».

«Настю я увидел на богослужении, — рассказывает Владимир Высоцкий, пастор Церкви Христиан Веры Евангельской. — Вышла, стала на колени, рыдала, каялась. Худющая, грязная, побитая. Миряне ее выкупали, переодели, отвели на кухню. Видно было, что она несколько дней не ела. Просила есть каждые 15 минут. Под вечер следующего дня у Насти заболел живот. Врачи обследовали, отправили в гинекологию. Мы можем дать ей одежду, продукты, но не жилье и работу».

Владислав по профессии учитель трудового обучения. Его мать Нина Андреевна — учительница музыки. Работает на двух работах, обрабатывает огород, носит еду и деньги сыну.

«Мой сын не бил Настю, — говорит женщина. — С тех пор как она ушла от него, неизвестно, где бродила. Судить ее не хочу, однако Настя иногда приходила пьяная. Ругались часто, потому что она провоцировала Влада. А он надеялся ее перевоспитать. Настя неоднократно уходила от сына, потом возвращалась. Он принимал, наверное, влюбился. Хотя я не раз говорила: ”Не ты ей нужен, а наша квартира”. Есть люди, которые настраивают Настю добиваться квартиры. Прихожу на днях к Владу, а в дверях записка: ”Я в больнице. Надо серьезно поговорить. Настя”».

Поделиться.

Комментарии закрыты