Зачем нам оружие, или Мифы про «огнестрел»

0

Всё больше моих знакомых задумываются о том, как бы обзавестись «стволом». Жизнь становится тяжелее, а главное — опаснее. Все хотят защитить себя, родных, свой дом. Пистолет кажется идеальным аргументом в споре с преступником. Для тех, кому не приходилось стрелять в людей.

В украинских СМИ и среди пользователей соцсетей ходит множество мифов об оружии. Именно мифов, поскольку 99,9% людей, выступающих за свободную продажу огнестрельного оружия, никогда не применяло «огнестрел» против другого человека. Здесь мы развенчаем главные мифы.

Оружие = защита

В условиях военных действий или безвластия — совершенно верно. Когда началась война или в стране смута, никого, кому вы не можете доверять, нельзя подпускать ближе, чем на расстояние выстрела. Пистолет, помповое ружье, автомат Калашникова в таких условиях — жизненная необходимость, без них вы эти времена не переживете. Ещё лучше — установите пулемет на чердаке и заминируйте подходы к дому.

Но в мирное время — другое дело. Когда идет война, где свой, где чужой — более-менее понятно. Бандиты же, грабители и убийцы на улицах не носят опознавательных знаков. Как правило, осознание того, что вы попали в экстремальную ситуацию, приходит, когда субъект, вознамерившийся совершить относительно вас преступление, уже слишком близко, и возможность достать и применить оружие ничтожно мала.

Типичный сценарий ограбления: вы — в безлюдном месте, из ниоткуда появляется один или несколько типов, в следующую секунду вы — на земле, в крови и без сознания. За эту секунду выхватить пистолет, снять его с предохранителя и дослать патрон в патронник сможет далеко не каждый. Легче научиться избегать опасных мест и экстремальных ситуаций, чем натренироваться так мастерски обращаться с оружием.

«Каждый, кто научился стрелять и овладел правовой и нормативной базой, понимает, что в 99,9% случаев оружие для самообороны применять нельзя, — заявил в интервью журналу „Тыждень“ Борис Гущин, вице-президент Национальной федерации стрельбы Украины. — Грань, отделяющая законную самооборону от преступления, очень зыбкая, её не всегда в состоянии определить даже квалифицированные юристы, что уж говорить о далеких от юриспруденции граждан».

Он приводит практический пример: если злоумышленник находится более чем в 7 метрах от потенциальной жертвы, по законам Украины объект нападения даже не имеет права угрожать оружием в целях самозащиты. Но эти 7 метров можно преодолеть за секунду и выхватить у обороняющегося пистолет. А вот сделать прицельный выстрел для самообороны, например, в ногу, за эту секунду даже не каждый спецназовец сумеет.

Преступники побоятся нападать, зная, что потенциальная жертва может быть вооружена

Люди, которые так считают, имеют весьма поверхностное представление о криминальной психологии, и наивно предполагают, что преступник мыслит так же, как и законопослушный гражданин.

Гражданин является законопослушным, когда у него есть совесть, какие-то моральные устои и понимание того, что за проступок он может понести наказание. А субъекты, склонные к насильственным преступлениям, в той или иной мере подвержены социопатии, известной также как психопатия.

Так вот. В отличие от, образно говоря, нормального человека, гражданин, склонный к насильственным преступлениям, не имеет способности учиться на негативном опыте. То есть, он не может извлекать уроки из наказания. Наказание он считает случайной несправедливостью, а не закономерной неизбежностью. Помните диалог из пьесы Леся Подервянского:

— Поїхали в Дубки, відп…о армян!

— А якщо мєнти?

— Ми і їх відп…о!

— А якщо вони нас?

— А нас за що?!

В этом диалоге отображен образ мыслей социопата: избить кого-то он не считает предосудительным, но недоумевает, если его бьют в ответ.

Подобный субъект испугается вашей «пушки» только тогда, когда вы его подстрелите. Если у вас получится.

Зарегистрированное оружие невозможно использовать в преступных целях

Да, если оружие зарегистрировано на вас, то, если вы кого-то подстрелите, через пару дней за вами придут. Если оружие зарегистрировано на вас, но выстрелит из него кто-то другой, всё равно придут к вам.

Дело в том, что всё оружие в преступном обороте когда-то было в легальном (за исключением кустарно изготовленного) обороте. В большинстве преступлений, совершенных на Украине с использованием огнестрельного оружия, фигурируют охотничьи карабины и ружья (или их обрезы), которые у нас разрешены. А также различные «резинострелы», разрешение на ношение которых получить сложно, но можно.

Несложно предположить, что если в легальную продажу поступит короткоствольное оружие (пистолеты и револьверы), возрастет их количество и в нелегальном обороте.

Чем больше у населения оружия, тем ниже преступность

Действительно, во многих странах с либеральными оружейными законами уровень преступности довольно низок. Другой вопрос, связано ли большое количество стволов на 100 тыс. населения с уровнем преступности?

Один известный украинский блоггер как-то написал:

Согласно американской статистике за 2007 год (на 100 тыс. жителей) в округе Колумбия было совершено 30,8 убийств, в штате Вирджиния — 5,3, а в штате Вермонт — 1,9. По странному стечению обстоятельств, в округе Колумбия действуют крупнейшие в стране законодательные ограничения по оружию. Запрещено ввозить оружие в пределы округа, также запрещено продавать и покупать оружие, не говоря уже о ношении. В соседней Вирджинии, где каждый гражданин, достигший возраста в 21 год и прошел спецкурсы, имеет право скрыто носить ствол.

Блогеры подбросили мне еще немного цифр.

В Эстонии на 1,3 миллиона жителей республики приходится более 123 тысяч единиц огнестрельного оружия. Уровень убийств с 1995 года снизился с 16,58 на 100 тысяч человек до 6,3 убийств в 2010 году.

В Латвии количество убийств с 1993 года снизилось с 11,45 случаев на каждые 100 тысяч жителей до 3,6 убийств в 2010 году. На каждые 100 жителей в стране приходится 19 единиц огнестрельного оружия…

В Молдавии к владению и ношению в стране разрешены пистолеты калибра не более 9 мм и револьверы калибра не более 9 мм под патрон «Магнум». Закон не оговаривает способ ношения оружия — скрыто или открыто. Статистика убийств имеет тенденцию снижения с 8,39 на каждые 100 тысяч жителей в 1995 году до 5,9 в 2007 году.

Я ради интереса сравнил эти данные с украинской статистикой.

Согласно официальным данным МВД, в 2010 году на Украине (где проживает без малого 46 млн. человек, царит беззаконие, силы правопорядка коррумпированы и не исполняют возложенные на них обязанности, а рядовые граждане не имеют права носить огнестрельное оружие для самозащиты) было совершено 2356 убийств и покушений на убийство. Это — 5,1 на 100 тыс. населения. Это больше, чем в Латвии, но меньше, чем в американской Вирджинии, в Эстонии и Молдове, где хорошие парни имеют право покупать стволы, чтобы плохим неповадно было.

Мои оппоненты обращают внимание на динамику: с момента введения разрешения на ношение оружия в упомянутых странах снизился уровень преступности. Забывая о том факте, что уровень преступности прежде всего зависит от социально-экономической ситуации.

Есть другие страны, где уровень преступности ещё ниже, чем на Украине, а количество огнестрельного оружие на душу населения выше, чем в Америке. И тут мы приступим к развенчанию ещё одного мифа.

В цивилизованных странах граждане покупают оружие для защиты от преступных посягательств

Это заблуждение. В США и в Европе граждане покупают оружие прежде всего ради активного отдыха, например, спортивной стрельбы в тире или охоты, также многие собирают собственные оружейные коллекции.

Например, возьмём такую криминогенно спокойную страну, как Швейцария. Здесь самый высокий в Европе показатель количества стволов на 100 жителей — 45,7. Но этот показатель не имеет ничего общего с уровнем преступности. Всё дело в оборонной доктрине страны — многие швейцарцы находятся в кадровом резерве армии и обязаны хранить дома табельное оружие. На случай, если на эту нейтральную страну нападет неприятель, а не для защиты от преступных посягательств сограждан. Если швейцарец рискнет разгуливать с табельным оружием по улицам, его упекут за решетку.

Далее по уровню вооруженности следует Финляндия — 45,3 ствола на 100 человек. Здесь охота — национальный спорт.

Потом — Сербия, которая не так давно прошла через кровопролитную войну. За ней — Республика Кипр, постоянно находящаяся под угрозой турецкого вторжения.

Миролюбивые норвежцы тоже вооружены до зубов — 31,6 ствола на 100 человек. Они любят пострелять по мишеням в тире и лосям в лесу. Но никто не носит с собой «пушку» для самообороны. Поэтому Брейвик имел возможность расстреливать детей, пока у него не кончились патроны.

И напоследок.

Премьера одного из самых ожидаемых фильмов года про Бэтмена «Темный рыцарь: Возрождение легенды» в пригороде Денвера обернулась самой настоящей бойней. Вскоре после начала показа на территории торгового центра, где находится кинотеатр, молодой мужчина в противогазе открыл огонь по окружающим. Жертвами стрелка стали 12 человек, еще 58 получили ранения.

В большинстве американских штатов вход в кинотеатр с оружием запрещен. Запрет на убийцу-психопата не подействовал. Многие считают, что были бы зрители при оружии, жертв было бы меньше — преступника уничтожили бы ответным огнем. Но тут есть одна загвоздка.

Смоделируем ситуацию. Вы — в переполненном кинозале. У вас, как и у большинства присутствующих, в кармане пистолет. Раздаётся выстрел, кто-то падает замертво. Вы выхватываете пистолет, чтобы защитить себя. Оружие выхватывает большинство находящихся вместе с вами, поскольку:

а) они тоже хотят защищаться;

б) у них есть чем.

Но в кого стрелять? Логично, что в того негодяя, который застрелил бедолагу. И, логично, что застрелить его мог лишь тот, кто вооружен. Но оружие в руках у большинства присутствующих. Как поступите вы, и как поступят остальные?

Вместо постскриптума

Юрий Живоглядов, вице-президент Киевской ассоциации практикующих психологов и психотерапевтов: «В психологии есть понятие экзистенциальных страхов и тревог, связанных с природой человека. Это нормальные состояния, которые люди переживают на фоне социальной дисадаптивности. Человек стремится к хорошей жизни, которой мешают не реальные бандиты за дверью, а мысли о них. Ему кажется, что сбалансировать ощущение тревоги можно, имея оружие».

Павел Шульц,
«фрАза»

Share.

Comments are closed.