Жизненное счастье

0

Мою подругу Алину последние полгода просто не узнать – летает как на крыльях. Дело в том, что в 32 года, после долгих и мучительных поисков своей второй половинки, множества душераздирающих разочарований, расставаний и любовных неудач, она, наконец, нашла своего единственного.

– Я искала его всю жизнь! Он моя мечта, – захлёбывается от счастья Алинка, блаженно закатывая глаза. – Я теперь каждое утро просыпаюсь рядом с любимым! Он такой сильный, тёплый, надёжный… Просто прелесть – по ночам храпит, негромко и ласково, а утром лезет ко мне целоваться холодным мокрым носом и так забавно бьёт лапой по подушке!..

Мечту Алинки зовут Генри. Он иностранец, и у него кривые лапы, жёсткая шерсть, слюни до пола и обрубленный хвост – это страшный бойцовый пёс породы американский стаффордширский бультерьер.

Друг детства

Насколько я помню Алинку, а с ней мы дружим с шестого класса, животных она любила всегда. Помню, как в первый раз пришла к ней в гости и обалдела – прямо в прихожей меня атаковала целая хвостатая стая: чёрный пушистый котяра, важный и гордый, чёрный же королевский пудель с жизнерадостной кличкой Джой, очень красивый и трогательный, и шустрая серенькая кошечка.

Вся эта четвероногая компания мирно уживалась в тесной двухкомнатной хрущёвке с Алинкой, её братом и родителями, которые всю свою живность страстно любили. Кошки и собаки были у них полноправными членами семьи, а Джоя всегда брали с собой в лесные походы и на рыбалку.

Через несколько лет, когда мы с Алинкой выросли, выучились и поселились отдельно от родителей, подруга перевезла к себе весь зверинец.

– Готовишься к роли старой девы? – смеялись над Алинкой знакомые. – Только у тебя перебор по количеству, все обычно одним котёнком ограничиваются!

– А я натура широкая! – отшучивалась Алинка и тащила домой очередного кота с перебитой лапой – "сидел такой несчастный, взъерошенный, во дворе около офиса, ну я и подобрала"…

Тогдашний Алинкин парень Стёпа к её "животной страсти" относился совершенно спокойно. Алинка Стёпу обожала, животные это чувствовали и тоже проявляли солидарность: когда он приходил в гости, никто зубы не скалил, в ботинки не гадил, со шкафа на голову не прыгал. Все только радостно виляли хвостами и водили вокруг Стёпы дружественные хороводы. Он делил на всех батон "докторской" и уводил Алинку гулять. Идиллия, в общем.

Потом Стёпка погиб – ночью возвращался домой и в подъезде нарвался на грабителей с ножом. У Алинки была затяжная депрессия, и животные её выхаживали – обкладывались вокруг неё на диване и грустно смотрели своими блестящими глазами.

Потом умер и Джой – самый старший из всей стаи, проживший рекордные для собак этой породы 25 лет. Незадолго до этого Алинка уехала в отпуск на море, а я оставалась за "смотрящую" и "гулящую" и водила Джоя на прогулки. Он уже был очень старый, дряхлый и медлительный, у него отказали почки, и каждый раз перед выходом я надевала ему детский памперс – иначе в подъезде после него оставались лужи. Он с трудом спускался с пятого этажа, на улице печально стоял у пАлинадника, а обратно его приходилось нести на руках. Подтирая за ним лужицы в квартире, я молилась, чтобы Алинка успела вернуться до того, как…

Она успела, и кошки её снова "лечили". Оклемавшись после двухнедельных рыданий, подруга решительно полезла в Интернет искать себе нового питомца. Друзья тут же возмутились: предательница!

– Собака у меня была столько, сколько я себя помню, – невозмутимо объясняла Алина. – Моя жизнь всегда была подчинена расписанию: утром и вечером – прогулка, независимо от обстоятельств и настроения. И вообще мне необходимо о ком-то заботиться.

В итоге она нашла Генри. Поехала за ним в столицу, заплатила несколько сотен евро и зажила привычной жизнью.

Проверка на вшивость

Но было в этой новой жизни одно немаловажное обстоятельство – Генри оказался полной противоположностью почившему Джою. Генри был с норовом, обладал огромной физической силой и неуёмной энергией. Алинка с головой ушла в новые обязанности по воспитанию Генри и по мере взросления открывала для себя всё новые и новые особенности его характера, и каждое открытие приводило её в восторг.

– Представляешь, он такой умный, упрямый, целеустремлённый, – восхищалась Алина. – А какой сильный – на поводке еле удерживаю! Как настоящий мужик!

Она не боялась гулять с ним по ночам – ни один бандит, завидя свирепый взгляд Генри, не осмелился бы даже спросить у его хозяйки, как пройти в библиотеку… Спал Генри сначала в прихожей на просторном матрасе, но потом как-то постепенно облюбовал Алинкину кровать – придёт к ней вечером смотреть телевизор, да так до утра и останется.

– Ночью привалится ко мне боком, захрапит… – умиленно рассказывала Алинка.

– Как настоящий мужик? – не удержавшись, поддевала я подругу. – Смотри, если так дальше пойдёт, всех женихов твой Генри отвадит. Хотя этот твой новый Виктор вполне ничего…

Алинка подобные подколы всерьёз не принимала, а зря. Бойцовые собаки коварны – за хозяев глотку перегрызут, но и от них требуют полной эмоциональной отдачи и сильно ревнуют.

У Алинки Генри тоже показал характер. Однажды её Виктор, с которым она долгое время встречалась на нейтральной территории, пришёл к Алинке в гости. Сейчас, конечно, смешно вспоминать, но тогда ему, солидному адвокату по уголовным делам, было не до смеха. Сначала в прихожей его тихо окружили три кошки. Они полезли знакомиться и быстро запутались хвостами в его наутюженных штанинах со стрелками. Виктор немного занервничал, но потом услышал подозрительные звуки из соседней комнаты и занервничал ещё больше – там кто-то скулил и явно пытался выбить дверь.

– Знакомьтесь, мальчики! – приветливо сказала Алинка и распахнула дверь…

Бедный Виктор не успел даже испугаться – на него со всей силы своих натренированных мышц прыгнуло чёрное оскалившееся существо. Сильными лапами он повис на плечах гостя и радостно обслюнявил ему лицо горячим шершавым языком.

Однако адвокаты – люди хитрые. Виктор сделал вид, что без ума от Генри, ласково трепал его за ушами, когда Алинка была рядом, но стоило ей выйти в другую комнату – подносил крепкий кулак к собачьему носу, демонстрируя, кто здесь главный. Генри недовольно рычал, но терпел и покорно уходил на свой матрас, когда Виктор оставался ночевать. Он терпеливо ждал своего часа – ещё хозяйка питомника гордо рассказывала Алинке, что бультерьеры жутко умные и любят справедливость.

В итоге однажды утром, после особенно нежной ночи, Виктор обнаружил в прихожей кучу кожаных ремешков на месте своих дорогущих ботинок. Генри мстительно косил на него глазом со своего матраса…

Адвокат позорно сбежал. Наверное, за всю его блестящую карьеру это была первая схватка с более сильным противником, которую он проиграл.

– Пусть катится! – ничуть не расстроилась Алинка. – Если он любит меня – пусть полюбит и моего Генри.

– Да как ты не понимаешь – это Генри твоего будущего мужа должен полюбить!

– Пусть так! Генри мне как сын! – рассвирепела Алина. – Он мне родной, живёт со мной, почему я должна его ущемлять ради незнакомого мужика?

Через некоторое время у Алинки появился другой ухажёр, глава риелторской фирмы Стас. Но и тот проверку на вшивость не прошёл – сразу стал требовать, чтобы Алинка запирала Генри на кухне во время его визитов, причём заранее, пока он поднимался по лестнице. Первое время Алина скрепя сердце так и делала, и они общались под душераздирающий лай. В итоге после особенно долгого вечера взаперти Генри выбил дверь и в самый интересный момент смачно вцепился в подрагивающие Стасовы ягодицы.

Сейчас Алина одна. Она ждёт того, кого, наконец, полюбит её Генри, а пока тихими спокойными вечерами смотрит вместе со своим четвероногим "сыночком" "Интернов" и частенько засыпает на его твёрдом мохнатом плече. Генри довольно лежит на "своей" стороне кровати и с видом победителя пускает слюни на "свою" подушку.

Кстати

Многие незамужние знаменитости предпочитают иметь дома собак, а не мужчин. Жанна Фриске, несмотря на то, что родила весной сына, держит лабрадора (родственника путинской Конни), голливудская актриса Сандра Баллок до замужества воспитывала двух терьеров-инвалидов, а главная мировая блондинка Пэрис Хилтон держит дома 17 чихуа-хуа и мечтает после смерти заморозить их, чтобы потом оживить.

Елена Фёдорова,
«Новое дело»

Поделиться.

Комментарии закрыты