Авиакатастрофа. Цель – выжить

0

Если верить статистике, каждый третий пассажир втайне боится летать. Каждый двадцатый не боится в этом признаться. Некоторые не летают вообще. Вероятность попасть в авиакатастрофу равняется приблизительно один к 5 миллионам. Вы скорее выпадете из окна поезда, проезжающего по мосту. Но если все же вам не повезет, вы будете готовы.

Присаживайтесь, пожалуйста!

Над вопросом самого безопасного места в самолете ученые бьются уже давно. Последние подсчеты провели исследователи из Лондонского университета Гринвича. Для этого им пришлось детально разобрать 105 смертельных случаев в результате авиакатастроф, случившихся на территории Британии. А потом еще и пообщаться с почти двумя тысячами выживших после трагедий везунчиков.

В результате выяснилось, что пассажиры, сидящие в кресле у прохода не далее пяти рядов от аварийного выхода, имеют больше шансов выжить при авиакатастрофе. Самыми опасными признаны места более чем в шести рядах от выхода. Ведь в случае чрезвычайного происшествия пассажирам самолета из этих частей салона реже всего удается выбраться живыми и невредимыми. Оказалось, что передняя часть самолета более безопасна, чем задняя, так как по статистике шансы выжить во время аварии, сидя в передней части, составляют 65%, а в задней — 53%. В 64% случаев пассажиры, сидящие «в проходе», спасаются, а то те, кто сидел в других местах — в 58%.

Не все согласны с выводами ученых. Виктор Тимошкин, эксперт по безопасности полетов, утверждает, что безопаснее в хвосте. Но все решает случай. «Например, если самолет падает с высоты 11 километров, какая разница, кто где сидит? А если катастрофа происходит во время или после взлета или посадки, исходы бывают самые разные, – говорит эксперт. – Пример первый: в 2002 году под аэропортом «Шереметьево-1» с высоты 200 метров рухнул Ил-86 с 16 членами экипажа на борту. Выжили две стюардессы, они были в хвосте лайнера. Пример второй: катастрофа аэробуса в Иркутске в 2006 году. Самолет въехал носом в гаражи, погибли 125 человек, выжившие были в хвосте лайнера. Третий пример: гибель Ту-134 в Самаре в 2006 году. Корпус треснул пополам, погибли 6 человек, сидевшие в центре салона».

С Тимошкиным согласился бы и американец Дэниел Джонсон. По его подсчетам в 66,8% аварий спасшиеся пассажиры сидели в хвосте, в 28,5 – в носовой части, в 4,7 – в средней.

И все же авиакатастрофы бывают разные. Поэтому нельзя говорить о том, что где-то сидеть безопаснее. Угадать невозможно. Например, катастрофа самолета Ту-154 в начале 90-х годов в Пулкове, где была жесткая посадка до полосы: обломался хвост и те, кто сидел близко к нему, получили травмы, увечья и даже погибли. 7 марта 2007 года "Боинг-737" индонезийской авиакомпании потерпел крушение тоже на посадке. Из 140 находившихся на борту выжили 119. Спаслись все, кто сидел в хвостовой части и в центральной. 27 августа 2006 года канадский региональный самолет в аэропорту Лексингтон (США) разбился на взлете. Из 50 человек в живых остался один, который сидел в первом кресле. 23 августа 2005 года при заходе на посадку разбился перуанский "Боинг-737". Летели 98 человек, погибли 40. Причем выжили находившиеся и впереди, и в хвосте.

Однозначного решения, где же находятся самые безопасные места в самолете, специалисты принять не могут. Но по статистике выходит, что лучше сидеть или в голове салона или в самом хвосте. Во время очень жесткой посадки этот хвост имеет свойство отваливаться, и пассажиры остаются живыми и почти невредимыми.

При взрыве и развале самолета в воздухе безопасных мест, естественно, нет. Все эти места падают с одинаковой высоты и одинаковым ускорением. Шанс спастись – один на миллиард. И тем не менее даже в такой безнадежной ситуации, как свободное падение с высоты в несколько километров, люди умудряются выживать!

Поистине счастливые случаи

Один из таких случаев произошел во время Второй мировой войны. Подбитый бомбардировщик рушится на землю. У выбросившегося из кабины пилота в километре от земли не раскрывается парашют. Но срабатывает счастливый случай – самолет, обогнавший пилота, взрывается, и ударная волна на излете мягко подхватывает обреченного человека и аккуратно ставит на землю.

Другой пример. Во время полета у небольшого спортивного самолета отказывает двигатель. Самолет сваливается в штопор. Пилот покидает кабину, но парашют не раскрывается. До земли несколько сотен метров. Шансов на спасение нет. Но пилот в свободном падении догоняет покинутый им самолет и обрушивается в кабину, на собственное место. Он пытается запустить мотор, и тот оживает! Выход из штопора и посадка на родном аэродроме! Друзья, наблюдавшие происшествие снизу в бинокли, пребывают в не меньшем шоке, чем сам чудом спасшийся пилот.

А вот еще исторический эпизод. В воздухе разваливается рейсовый самолет. Пассажиры и экипаж гибнут. Спасается один солдат, летевший домой в отпуск. Его кресло было возле крыла, и надо же такому случиться, чтобы оно вместе с этим крылом и обломилось. Солдат был пристегнут и на персональном крыле спланировал к земле.

Точно так же выжила совершившая беспарашютный прыжок с высоты более 10 км югославская 22-летняя стюардесса Весна Вулович. Ее самолет взорвался в воздухе в 1972 году. На обломке фюзеляжа она упала на заснеженные кроны деревьев.

В августе 1981 года еще одна женщина после авиакатастрофы, спланировав с высоты 5200 метров, осталась в живых. Пассажирский Ан-24 в воздухе столкнулся с военным Ту-16К. Пассажирка Лариса Савицкая вспоминает, что от столкновения с самолета слетела крыша и крылья. Температура с плюс 25 моментально упала до минус 30. Самолет разломался надвое. Разлом прошел прямо перед ее креслом. Вжавшись в спасительное сиденье, она смотрела в остаток иллюминатора, чтобы "поймать землю" и вовремя самортизировать. Она упала в тайгу. Через два дня ее нашли спасатели.

Не паникуйте!

Что же делать, чтобы обезопасить себя от трагедии? Как советует Андрей Ильичев в своей энциклопедии «Школа выживания при авариях и стихийных бедствиях», прежде всего, если есть возможность, желательно летать прямыми маршрутами, чтобы избежать промежуточных посадок. Все-таки с момента зарождения авиации 50-60 процентов всех авиационных происшествий происходит на этапах захода на посадку и на посадке. Это самый сложный и опасный участок полета.

Выбирать надо крупные самолеты. Это безопаснее, чем летать на маленьких. Самые неблагоприятные месяцы для перелетов – сентябрь и декабрь – ветры, туманы, стремительное изменение погоды, вьюги.

На борту надо всегда максимально внимательно слушать информацию бортпроводников: как себя вести, где запасные выходы, кислородная подушка и т.д. К примеру, в 1974 году в самоанском аэропорту Паю Паю упал самолет. Из 102 пассажиров остались в живых только пятеро. Следственная комиссия сделала вывод, что выжили они лишь благодаря тому, что внимательно прочли памятки и выслушали инструкции стюардессы перед полетом.
 
При аварии большинство спасающихся пассажиров бросились к входным дверям, перегородив своими телами узкий проход. Начались паника и давка, лишившие их надежд на спасение. А пятерка внимательных пассажиров к дверям не бросилась, а предпочла, как рекомендовала стюардесса, воспользоваться аварийным выходом, ведущим на крыло самолета.

Самыми безнадежными с точки зрения выживания следует признать аварии, связанные со взрывами самолетов в воздухе, столкновениями авиалайнеров. Чуть больше шансов на спасение при неуправляемых падениях на землю. Единственное, что здесь можно посоветовать, – это четко выполнять указания экипажа. Обязательно надо быть пристегнутыми. Следует сцепить руки локтями с рядом сидящими пассажирами, ладонями защитить голову (или, закрыв ими голову, упереть локти в спинку переднего сиденья), на колени и под живот положить сложенное одеяло или что-то мягкое, наклониться, жестко прижать подбородок к груди и упереться коленями в спинку переднего кресла. Снять с себя все твердые предметы и украшения, а также шарфы, платки и подобное. И ни в коем случае не напиваться в самолете! Пьяный не спасется.

Что происходит в самолёте при разгерметизации

Еще одна аварийная ситуация – разгерметизация самолета, то есть потеря герметичности корпуса. Вот как описывает это Андрей Ильичев. При разгерметизации вначале пассажиры слышат оглушительный рев. Из легких очень быстро вытягивается весь находящийся там воздух, удержать который силовыми методами невозможно, как ни напрягай грудную клетку. Одновременно перегружаются барабанные перепонки, что сопровождается болью и шумом в ушах. Уже через несколько секунд человек теряет сознание от удушья. Единственная возможность не потерять сознание – это мгновенно воспользоваться кислородной маской, которая обычно хранится в спинке расположенного впереди кресла. Маску необходимо надеть, а не прижать ко рту – достаточно на мгновение потерять сознание, что может случиться и при кислородной подпитке, чтобы она выпала из ослабевшей руки. Главное – не паниковать. Сильный психологический стресс во время кислородного голодания может привести к сердечным приступам.

Температура опускается до минус 60, что в сочетании с ветром в 800 км/ч приводит к быстрому замерзанию кожи и глаз. Уровень давления за бортом в два с половиной раза ниже, чем в салоне. Когда воздух с огромной скоростью врывается через трещину в корпусе, человек может испытывать состояние, о котором хорошо известно аквалангистам. Это декомпрессионная (кессонная) болезнь. Результат трагичен: растворённые в крови и тканях газы начинают образовывать пузырьки, разрушающие стенки клеток и сосудов.

По расчётам Джеффри Лэндиса из Исследовательского центра NASA имени Гленна, для того чтобы выровнять давление внутри и снаружи самолёта, воздуху, поступающему через пробоину диаметром 30 см, необходимо около полутора минут.

Случаи разгерметизации имеют место в основном при полётах военных самолётов в зоне боевых действий. В гражданские воздушные суда, к счастью, ракеты и снаряды не попадают, а технические неполадки довольно редки. Кроме того, умелый пилот может успеть сбросить высоту.

В человеческих руках

Один из мифов про катастрофы связан с компьютерами. Если там, высоко в небе, он сломается, пилоту никто не поможет. Но на самом деле, это не так. Полет одного самолета обеспечивает по меньшей мере сотня людей на земле.

Основной груз авиабезопасности лежит на специалистах, о существовании которых некоторые пассажиры даже не догадываются. Это авиадиспетчеры. Главная проблема на перегруженных европейских воздушных трассах – опасность столкновения двух машин в воздухе. И хотя у каждого авиалайнера есть замысловатая система разведения самолетов, каждый из компьютеров, который просчитывает трассу, непременно сообщит об опасном сближении. Авиадиспетчеры в башне внимательно следят, чтобы каждый аэробус заехал на свое место, дают разрешение на взлет, выстраивают всех в очередь. Они не всегда слепо доверяют радарам. Иногда просто выглядывают в окно, чтобы убедиться – самолет таки освободил посадочную полосу.

Хотя в мире есть несколько аэропортов, куда летать не слишком безопасно. Их хорошо знают опытные пилоты. Среди них – знаменитый швейцарский курорт Куршевель. Мало того, что взлетная полоса заканчивается пропастью, она еще и слишком короткая – и с заковыркой посередине. А еще – аэропорт на острове Сант-Мартен. Взлетная полоса слишком короткая. Правда, за всю историю здесь не произошло ни одного авиапроисшествия.

Статистика утверждает, что авиация – самый безопасный вид транспорта. В среднем за год во всем мире в авиакатастрофах гибнут около трех тысяч человек. Для сравнения, жертвами дорожно-транспортных происшествий становятся 1270 тысяч жителей планеты! В одной только нашей стране таких 7 тысяч. И все же с каким облегчением мы вздыхаем, когда самолет, завершив свой недолгий полет, касается шасси бетонной полосы аэродрома.

Наверное, это потому, что воздушные катастрофы, если случаются, оставляют пассажирам авиалайнеров очень немного шансов на спасение. Но чем лучше вы подготовлены, тем выше ваши шансы.

Кристина Коляда

Поделиться.

Комментарии закрыты