«Влюбленный Шекспир»: истории со съемок

0

Недавно «Влюбленному Шекспиру» Джона Мэддена исполнилось 20 лет, но его история началась еще 30 лет назад.

Долгий путь на экран
В 1988 году американский сценарист Марк Норман заинтересовался идеей своего сына-студента — придумать что-нибудь о ранних годах столпа мировой драматургии. Через два года черновой сценарий был готов, и Норман показал его Эдварду Цвику. Прославившийся «Доблестью» режиссер поверил в проект и привлек к нему Джулию Робертс. Сценарий же он решил отправить на доработку Тому Стоппарду. Британский драматург, в конце 1960-х годов удививший мир вольным обращением с «Гамлетом» в пьесе «Розенкранц и Гильденстерн мертвы», а в 1990 году поставивший по ней фильм, переплавил идею Нормана в произведение «высокого постмодернизма». Он создал вымышленную шекспировскую вселенную, где формальный сюжет развивается по законам сказки, а не исторической достоверности.
Три основных персонажа — Уильям, Виола и театр — в начале, как и полагается, страдают от какой-либо недостачи, которая восполняется к финалу через ряд испытаний. У молодого Шекспира не хватает вдохновения, и, как следствие, денег. Он встречает музу из другого сословия, запретная любовь к которой выливается в «самую печальную на свете» повесть о влюбленных, чей успех поправит и материальное положение автора. Виола грезит о большом искреннем чувстве и работе на сцене, куда женщинам путь заказан. Встретив Уилла, она обретает и то, и другое, пусть и не навечно — все-таки положение обязывает вступить в выгодный брак. Английский театр благодаря этим двоим получает первую убедительную историю любви и переживает настоящую революцию.
Сказочную структуру Стоппард подкрепил интеллектуальной игрой, где события киноповествования рифмуются с цитатами из Шекспира (самые очевидные — «Ромео и Джульетта», «Двенадцатая ночь»), а также — фирменной постмодернистской иронией над реальными историческими личностями. Королева Елизавета I, «обласканная» слухами о ее мужской природе, утверждает, что не понаслышке знает, каково быть женщиной неженской профессии. Прославленный кровавыми пьесами драматург Джон Уэбстер предстает в образе безжалостного маленького психопата, да и сам Уильям Шекспир мало напоминает серьезного мужчину с портрета в учебнике литературы. Словом, доработанный Стоппардом сценарий Нормана показывает шекспировскую эпоху такой, какой она могла бы быть, смешивая жанры и смело фантазируя на тему известных фактов.
Неизвестно, каким мог бы получиться фильм, если бы его снимал Эдвард Цвик на студии Universal в 1991 году. Но этого не случилось, потому что Джулия Робертс осталась без партнера: приглашенный на роль Шекспира Дэниел Дэй-Льюис переключился на другой проект. Студия же предпочла отказаться от производства картины, а Цвик стал предлагать сценарий другим компаниям. В итоге, он оказался у Miramax. Правда, к тому времени сам Цвик уже готовился снимать боевик «Осада» и уступил режиссерское кресло Джону Мэддену. Ранее британец поставил для Miramax драму о королеве Виктории «Ее величество Миссис Браун» с Джуди Денч и понимал, как снимать английское по духу кино с голливудским размахом. К работе он снова привлек Тома Стоппарда, потому что за годы странствий сценарий оказался прилизан кем-то посторонним. Драматург вернул ему прежние черты, а также добавил несколько новых сцен. В частности — диалог Шекспира и Марлоу, а также фантазийный финал, в котором Виола в буквальном смысле превращается в литературный персонаж из «Двенадцатой ночи».

Царственная Джуди Денч и многогранная Гвинет Пэлтроу
На роль королевы, на этот раз Елизаветы, Мэдден снова позвал Джуди Денч. В картине она появлялась всего на восемь минут, но этого актрисе хватило, чтобы завоевать «Оскар» за лучшую женскую роль второго плана. Хотя есть версия, что таким образом Академия компенсировала Денч не полученную награду за главную роль в «Миссис Браун». Так или иначе, а для «Влюбленного Шекспира» актрисе пришлось позволить обезобразить себя гнилыми зубами, ведь, как известно, увлечение сладостями плохо сказалось на улыбке Елизаветы I. Позже Денч публично акцентировала внимание на том, что у нее нет стоматологических проблем, а елизаветинская челюсть — результат работы гримеров.
Британского колорита добавили и другие актеры. Колин Фёрт сыграл лорда Уэссекса, Том Уилкинсон — Хью Феннимена, Имельда Стонтон — кормилицу Виолы, а Руперт Эверетт — драматурга Кристофера Марлоу. Приглашать на главную роль хоть и британца, но малоизвестного, было довольно рискованно. Джозеф Файнс оказался, что называется, в нужное время в нужном месте. Мэдден в паре с кастинг-директором около полугода проводил пробы в поисках подходящих Уильяма и Виолы. Американка Гвинет Пэлтроу уже доказала свою способность говорить на королевском английском в «Эмме» по Джейн Остин, но поначалу прохладно отнеслась к очередному костюмному фильму. Однако когда согласие актрисы было получено, оказалось, что партнер для нее так и не найден. Чтобы не попасть в ситуацию, схожую со случаем с Робертс и Universal, Мэдден в срочном порядке снова вызвал на пробы Джозефа Файнса, которого не решился утвердить после первого прослушивания. На этот раз его объединили с Пэлтроу, и вместе они смотрелись убедительно. Не менее убедительно Пэлтроу смотрелась и в сольных партиях, а органично переходить из женского образа в мужской ей, по собственному признанию, помог знаменитый актерский метод, основанный на системе Станиславского. Старания актрисы принесли ей «Оскар».
Кстати, засветился в картине и тогдашний бойфренд Гвинет Пэлтроу Бен Аффлек. Он получил небольшую, но яркую роль Неда Аллена без проб, потому что ранее успел стать звездой Miramax благодаря «Умнице Уиллу Хантингу».

Замки и копия Rose Theatre
На создание истинно английского духа поработали и локации. Съемки проходили по большей части в красивейших местах Великобритании. Так, в поместье семьи де Лессепс можно узнать замок Броутон, который неоднократно появлялся в кинематографе. Эта средневековая усадьба, расположенная в Оксфордшире, снималась в «Безумии короля Георга» (1994), «Джейн Эйр» (2011) и оскароносном «Томе Джонсе» Тони Ричардсона.
Гринвич, где по сюжету Виола знакомится с самой королевой, расположился в Хэтфилд-Хаусе, также облюбованном кинематографистами. Дворец, построенный в 1611 году первым министром короля Якова Стюарта в Хартфордшире, можно увидеть в «Бэтмене» и «Сонной лощине» Тима Бёртона, сериалах «Корона» и «Табу» и множестве других фильмов. Свадьба де Лессепс и лорда Уэссекса снималась во внутреннем дворе Итонского колледжа, а пляж, по которому Виола идет в финале, — это Холкхем-бич в Норфолке.
Сцену, где публика смотрит постановку «Два джентльмена из Вероны», снимали в лондонском Great Hall of Middle Temple, где 2 февраля 1602 года состоялась премьера «Двенадцатой ночи». Свои грехи Шекспир также замаливает в Лондоне, в церкви святого Варфоломея Великого.

Блеск и нищета елизаветинской эпохи
Конечно, для того, чтобы создать атмосферу, пусть и фантазийной, но все же шекспировской эпохи, одних исторических объектов было недостаточно. Команда художников-постановщиков под руководством Мартина Чайлдса разработала макет Лондона 1593 года. Усилиями 115 строителей на земельном участке близ киностудии Shepperton Studios за восемь недель было возведено 17 зданий в стиле XVI века — в том числе полномасштабные копии театров «Занавес» и «Роза». Последняя привела Джуди Денч в такой восторг, что Miramax отдали разборную конструкцию в полное распоряжение актрисы.
Передать дух елизаветинских времен должны были и костюмы, над созданием которых трудилась Сэнди Пауэлл. Ранее она номинировалась на «Оскар» за работу над фильмом «Орландо», действие которого частично происходило в эпоху Елизаветы I. Художница была счастлива вновь обратиться к своему любимому историческому периоду с его величественными и довольно безумными костюмами, напоминающими архитектурные сооружения. Наиболее полно развернуться в этом направлении Пауэлл позволил образ королевы, которая в почтенном возрасте была весьма эксцентрична и обожала наряды, украшенные россыпями драгоценных камней. Художница по гриму Лиза Уэсткотт уравновесила королевский блеск реалистичным изображением зубов, а также помпезным париком, который Елизавета носила, чтобы скрыть облысение.
В создании образа Виолы Сэнди Пауэлл также пригодился предыдущий опыт — персонаж Тильды Суинтон в «Орландо» также появлялся в мужском и женском обличии. Художница знала, что скрыть реальный пол елизаветинской девушке было не так уж сложно, потому что мужчины носили костюмы, зрительно увеличивающие бедра. Классические черты Гвинет Пэлтроу в сочетании с париком, усами и бородкой, придуманными Уэсткотт, помогли добиться убедительности актрисы в наряде Томаса Кента. Любопытно и то, что мужской костюм Виолы выдержан в тонах, схожих с одеждой Уилла, чей образ намеренно опережает время, как и творчество Шекспира.
Герой Файнса носит цветную кожу и короткую стрижку, нехарактерную для елизаветинской эпохи, но свойственную персонажам постмодернистской картины Мэддена. Женские наряды Виолы также подчеркивают индивидуальность героини — они не столь помпезны, как диктовала мода Елизаветы I, а выдержаны в нежных, неярких тонах и не перегружены драгоценностями.
В целом же и в костюмах, и в декорациях, равно награжденных «Оскарами», читается стремление показать не только роскошь, но и реалии эпохи, где блеск соседствовал с антисанитарией, а величественная архитектура — с грязными улицами. Сочетание высокого с низким подчеркивается и операторской работой Ричарда Грейтрекса, который, начиная с первых кадров, регулярно практикует плавные перемещения камеры «с небес на землю». Впрочем, Грейтекс вообще любит съемку с верхней точки, романтизируя и подчеркивая масштабность события, или же когда того требует сюжет, как, например, в сцене на балконе.
Эпизод также иллюстрирует ироничное цитирование «Ромео и Джульетты», которое в фильме можно встретить и в более сложно сконструированном виде. Например, репетиция столкновения Монтекки и Капулетти с помощью перекрестного монтажа рифмуется с грозным визитом людей Бёрбеджа из «Занавеса» в театр «Роза». Показательно, что эта боевая сцена, как и прочие в фильме, иронична и лишена жестокости, ведь «Влюбленный Шекспир» — интеллектуально-романтическая комедия, а не трагедия.
Легкое дыхание материала подчеркивается музыкой Стивена Уорбека. Английский композитор, ранее написавший саундтрек к «Её величеству Миссис Браун», учел в новой работе для Мэддена и «британский дух», и «стиль эпохи», и самую суть фильма, который в первую очередь исследует природу творчества и воспевает феномен вдохновения. Собственно, эффект, возникающий от музыки Уорбека и картины Мэддена, точнее всего будет назвать вдохновляющим. И сработал он, судя по всему, и на американских киноакадемиках, которые так воодушевились «Влюбленным Шекспиром», что присудили ему целых семь статуэток.

Маргарита Васильева
Tvkinoradio.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты