Ангелочек

0

Ангелочек

Поздний вечер. Полупустая электричка. Света нет. В вагоне интимные сумерки. Напротив меня сидит натуральный ангелочек – девушка лет семнадцати. Голубоглазая блондиночка, в белой футболке и юбочке, все при ней, но ведет себя очень скромно, уткнулась (о, боже) в конспект по высшей математике. Коленки сжаты вместе, незаметный, но эффектный макияж, изящные очки в тонкой оправе. Отличница-недотрога. Сижу напротив, наслаждаюсь. На очередной остановке вваливаются двое расторможенных, на сленге нынешней молодежи, их именуют «челами». Вот-вот, именно «челы», а не человеки – в безразмерных мятых брюках, засаленных футболках, с неизменным «Клинским». Они плюхаются на сиденье рядом с девушкой и начинают вовсю обсуждать «ангелочка», причем, не особо стесняясь в выражениях. Окончательно распоясавшись, один «чел» обращается к девушке:
– А можно тебя прямо здесь пивком напоить?

Я начинаю поворачиваться, чтобы благородно оградить девочку от нахалов, у которых мозги за «Клинило». Но в этот момент «ангелочек» открывает ротик, обнажая четыре сточенных на нет верхних резца, и хриплым басом гаркает:
– Пошел на хрен, мудак!

Два «чела» подскакивают, как чертики из табакерки, и обосновываются где-то в конце вагона. «Ангелочек» сидит, как ни в чем не бывало.

Я-то, как врач с большим стажем знаю, что таким образом стачивают зубы для установки металлокерамики, к тому же девочка сильно простужена. А «челы» черт знает что подумали, наверное. Вот так.

Любовник

Хмурая утренняя маршрутка добирается из спального района в центр. Через все пробки, заторы, светофоры… Народ спит или пытается дремать. И тут на остановке вваливается мужик, довольный, как целое стадо слонов. Плюхается на сидение рядом со строгой женщиной учительского вида, достает из кармана мобилу и, дыша свежим выхлопом, погружается в оживленный диалог.

– Але, Санька? Скажи мне срочно телефон Наташки. Какая она баба, ух, какая она баба. Да, повтори еще раз, я записываю. Да, спасибо, что познакомил!

И все это минуты на три, с подробностями, эмоциями до потолка и матом через два слова на третье. Маршрутка начинает оживать. Просыпаются те, кто еще пытался досмотреть сны и ошарашено смотрят на мужика. «Учительница» на соседнем сидении демонстративно фыркает и отворачивается к окну. Мужик прощается с Санькой и немедленно набирает номер Наташки.

– Але, Наташка? Привет! Мне так понравилось то, что мы с тобой вытворяли! Я хочу тебя еще! Да, мне еще никто так хорошо не делал. Да? Ты еще лучше можешь? А ну-ка, расскажи подробнее, проказница моя.

Учительница на соседнем сиденье поворачивается к мужику и просит его говорить потише, потому что его выражения оскорбляют ее педагогический слух. Мужик нетерпеливо отмахивается от нее и снова погружается в беседу:

– Меня так возбудило то, что ты ноги побрила. Понимаешь, я жене не могу такое сказать, она сразу почувствует, что я ей изменил. Ну да, приходится терпеть, а что делать?

Маршрутка уже полностью проснулась и с интересом прислушивается к подробностям. Водитель оглядывается в зеркальце и тоже внимает, затаив дыхание. Недовольна только «учительница», она просто закипает от возмущения. И тут на мобилу мужику приходит второй звонок. Он прерывается, победный тон стихает, и он почти шепотом сообщает Наташке:

– Ой, прости, не могу больше разговаривать, мне нужно ответить на звонок. Жена! Я тебе попозже перезвоню, лады? Ну, пока!

И уже совершенно другим голосом начинает бубнить в трубку:

– Да, дорогая. Ой, мы так вчера пили с Санькой, так пили. Ну, ты же его знаешь, а что делать. Ой, плохо мне сейчас, голова разламывается. Да, приму таблетку. Постараюсь прийти пораньше, да. Хотя работы много. Солнышко, ну прости, хорошо, я точно постараюсь прийти пораньше.
И вот тут настает звездный час «учительницы». Она поворачивается к мужику и очень внятно говорит прямо в микрофон его мобилы:

– Милый, ну, где ты там копаешься, я уже устала тебя ждать. Мне же холодно, иди ко мне, дорогой!

У мужика падает челюсть, он судорожно захлопывает мобилу под дружный гогот пассажиров. Водитель бьет по тормозам и грызет руль. Мужик, поджав хвост, шмыгает к дверям, и просит выпустить его. Маршрутка содрогается от хохота. Хлопает дверь. Училка отворачивается к окну и довольно улыбается.

Петрович

Сидим мы с Петровичем на дачном пруду, карасиков ловим. Пивко пьем, тишина, красота. Тут сынок его, Сашка, кричит издали:

– Петло-о-ович! Мамка просила ей позвонить.
– Ладно! – лениво отвечает Петрович.
– А чего, – спрашиваю я. Сашка тебе не родной?
– Чего это? – удивляется Петрович.
– Ну, он тебя Петровичем зовет. Мамку – мамкой. А тебя – Петровичем.
– А-а-а! Ну, это была история! – говорит Петрович.

Работает Петрович в конторе крупного завода. Санька к отцу на работу частенько прибегал, сидел в кабинете, играл во всякие разные интересные игрушки, которые взрослые называли образцами продукции.

Как-то раз, придя в кабинет к отцу, он его там не застал. Отец был на территории. Санька на территории ни разу не был, и решил этот пробел восполнить.

О том, что территория завода настолько огромна, Сашка не подозревал. Он спокойно дошел до первого цеха, и шагнул внутрь. Цех испугал его размерами, шумом, огромными машинами, которые работали сами по себе. Сашка напрочь потерял ориентацию в пространстве. Потом он несколько раз тихонько позвал папу, потом в голос заревел.

На рев сбежалось несколько работников цеха. Чей ребенок – никто не знал. Оставлять мальца в цеху было нельзя. Идти куда-то с незнакомыми мужиками в грязных спецовках Санька не хотел. Но тут, на общее спасение, в цех зашла Муза Николаевна, женщина преклонных лет. Она была секретарем директора. Твердой рукой рулила хозяйством, знала всех и вся, и тот же Петрович Музу Николаевну побаивался, как, собственно и все остальные три тысячи работников завода, включая директора. Поэтому работники сразу разбежались по своим местам. И Музе Николаевне предстала картина – плачущий и зовущий папу одинокий ребенок посреди огромного цеха. Даже она от этого слегка растерялась. И запричитала:

– Ой! Етишкина жисть! Папу он зовет. Ну, хто ж так зовет? Ну, хто ж тебя услышит? Вот смотри, как надоть!

Муза Николаевна выпрямилась во весь рост, набрала полные легкие, и над территорией цеха, перекрывая шум машин, поплыл рев:

– Петро-о-ович! В лоб тебе кочерыжку! Ты где-е-е? Бежи быстрей сюда, гадский папа!
И – о, чудо! Откуда-то из глубины цеха раздался голос отца.
Спустя несколько дней, у Петровича в доме собралась большая шумная компания друзей и сослуживцев. Отмечали какой-то праздник. В разгар веселья Петрович вышел на кухню за разносолами, и там застрял. На призывы жены и гостей не реагировал. И тогда Санек авторитетно заявил:

– Папку так не зовут, – добавив почему-то – Етишкина жисть!
– О! – отреагировали гости. – А как же зовут?
Польщенный вниманием, Сашка встал, сглотнул, набрал побольше воздуха, и заорал так, что у гостей заложило уши:

– Петло-о-ович! В лоб тебе кочелыжку! Бежи быстрей сюда, гадский папа!

Гости смеялись до слез и аплодировали. Растерянный Петрович стоял в дверях.
С тех пор Санька отца иначе как Петровичем не называл.

Мы открыли еще по пиву, и каждый задумался о своем, глядя на поплавки.

И разом вздрогнули от внезапно раздавшегося сзади звонкого детского крика:
– Петло-о-ович! В лоб тебе кочелыжку! Ты почему мамке не позвонил? Она лугается!

Амфибия в транспорте

Артем, который учился со мной в группе, обладал довольно редким качеством – ему было абсолютно все равно, что о нем думают окружающие. Поспорил он с сокурсником на огромную сумму, что доедет от факультета до общаги в ластах вместо ботинок. Непременным условием было оговорено, что вся эта экспедиция должна проходить обязательно в присутствии сокурсника.

На следующий день Артем снимает свои югославские коричневые ботинки, связывает шнурками, отдает сокурснику, а сам залезает в ласты. Потом, задирая ноги и поднимая фонтаны брызг от луж, довольно ловко скачет проходными дворами к метро. У метро публика замирает от удивления. Артем спокойно заскакивает в метро. А там контролерша и милиционер его внутрь не пускают.

Тот, несколько обескураженный, вышлепывает наружу. Решил ехать на автобусе. На автобусной остановке час пик, каждый автобус берут штурмом.

Наконец, очередной автобус открывает заднюю дверь прямо рядом с Артемом, он, скользя, с грохотом плюхается прямо под ноги набегающей толпе. Безжалостные пассажиры, отталкивая Артема ногами, производят посадку, но тот, собрав последние силы, поднимается с асфальта и ухитряется запрыгнуть задом на нижнюю ступеньку. Сокурсник втискивается с передней площадки.

Теперь ласты торчат наружу, и дверь не закрывается. Водитель в зеркало видит какие-то торчащие хвосты и объявляет, что пока пассажиры не втянут свою рыбу в салон, автобус никуда не пойдет. Тем временем народ, пришедший в себя после абордажа, замечает, что это какой-то идиот в ластах, из-за которого все неприятности, поднимается гвалт. Тут Артему в голову приходит гениальная идея, и он орет на весь автобус:

– Ну что вы за люди! Зверье! Я – спортсмен, подводным плаванием занимаюсь тут вот рядом, в бассейне, и у меня только что в раздевалке сперли ботинки. Что же мне теперь, по-вашему, босиком по городу ехать?

Тут сразу все меняется, все начинают его жалеть, помогают взобраться. Все начинают Артема расспрашивать о деталях, хорошие ли были ботинки, и тот, полностью войдя в роль, с надрывом рассказывает, как у него увели единственные коричневые югославские ботинки, к тому же редкого, большого размера.

И в этот момент народного гнев, а поддатый мужик, стоящий рядом с Артемом, вдруг видит, что на передней площадке стоит парень, держится за стойку, а в руке у него висит пара коричневых здоровенных ботинок. Опять поднимается гвалт, водителю кричат, чтобы он ехал прямо в милицию. Озверевший водитель объявляет в микрофон, что поедет, но не в милицию, а в психушку, всех их сдавать.

Подъезжают к остановке, двери открываются, сокурсник с ботинками пулей выскакивает из автобуса, за ним гонятся несколько правдолюбцев, а сзади, в полном отчаянии, выпрыгивает Артем. Вот в этот момент у стоявших на остановке чуть не произошло массового помешательства, когда они увидели, как из автобуса в огромном прыжке вылетает мужик в ластах, по уши обдает всех грязью из лужи, гигантскими скачками несется по улице.
Месяц потом длилось разбирательство, кто кому должен платить.

Бюро-зверинец

Обычное советское конструкторское бюро – огромный зал, в нем два десятка столов, несколько кульманов – сидят инженеры, что-то разрабатывают. Время – на грани обеденного перерыва, кое-кто уже пошел в буфет, остальные собираются, предвкушают. Открывается дверь, в нее входит слегка перепуганная девчушка лет двадцати и обращается к сидящему за ближайшим к двери столом инженеру:

– Простите, вы – Заяц?
Инженер, не поднимая головы, спокойно отвечает:

– Нет, я Кроль, а Заяц сидит у окна.
Девушка сильно смущается, доходит до окна – у окна два стола, она обращается к сидящему за одним из них:

– Простите, вы – Заяц?
Тот так же спокойно отвечает:

– Нет, я – Соболь, а Заяц пошел обедать.
Девушка совсем смущается и почти выбегает из комнаты.

Через некоторое время с обеда возвращается ведущий инженер Заяц. Прямо с порога громко спрашивает:

– Тут ко мне на преддипломную практику студентка должна была прийти. Белка ее фамилия. Не появлялась еще?

Веселая военная лекция

Случай на военной кафедре. Полковник медицинской службы читает лекцию. Решил показать студентам слайды. Повесил на доске белый экран, включил диапроектор (дистанционный). Стоит спиной к доске – нажимает на кнопочку – слайды меняются, он делает комментарии. Вдруг – слайд оказывается перевернутым…

Все студенты загалдели. Полковник поворачивается к экрану лицом – видит, что действительно слайд перевернут, кладет пульт, подходит к экрану… Снимает экран, переворачивает и вешает опять на доску. Делает шаг назад – изображение все равно, как ни странно, оказывается перевернутым. Все студенты, естественно, лежат на партах от хохота. После этого, полковник говорит: «Что вы мне голову морочите?». Подходит снова к экрану, снова его снимает, переворачивает и вешает в прежнем положении. Все студенты просто лежат от хохота.

Немного бывало таких веселых лекций на военной кафедре.

Источники – «Анекдоты из России», «Анекдотов.net», «Online.ua», Bestbash.org

Поделиться.

Комментарии закрыты