Топ-100

Японские китобои добились судебной защиты от экологов

0

В декабре 2012 года японские китобои выиграли иск против группы экологов, которые уже не первое десятилетие добиваются прекращения отлова морских млекопитающих. Впрочем, как признались сами активисты, постановление суда, запрещающее им приближаться к китобоям, они исполнять не собираются. Защитники природы уверены, что истинными нарушителями закона являются охотники.

К охотникам японские китобои себя вовсе не причисляют. Напротив, утверждают они, их деятельность в последнюю очередь связана с промыслом китового мяса, а сами они – прежде всего исследователи. При этом такова позиция не каких-то отдельно взятых людей или организаций – по сути, речь идет о государственной политике. Именно против нее и борются защитники морской фауны, в авангарде которых стоит американское общество Sea Shepherd, ставшее проигравшей стороной на суде с японцами. Впрочем, обо всем по порядку.

Хитрая конвенция

Ключевой точкой в истории современного китобойного промысла считается создание в 1946 г. Международной китобойной комиссии. Правда, попытки ввести регулирование для этого вида охоты предпринимались и раньше – первой такой попыткой стало лондонское соглашение 1937 года. Тем не менее, было решено, что существующих инструментов надзора явно не хватает, и через год после окончания Второй мировой войны в Вашингтоне была подписана Международная конвенция по регулированию китобойного промысла.

Главной целью участников конвенции стало не дать исчезнуть тем видам китообразных, популяции которых сильно сократились из-за агрессивного промысла. К работе привлекли ученых – они помогли разработать стандарты вылова китов и систему квот. В правилах также оговаривалось, в каких именно частях Мирового океана разрешено вести промысел и в какие сроки. Наконец, конвенция запрещала вылов подрастающих животных, а также говорила о нежелательности промысла самок в период лактации.

Квоты на вылов китов пересматривались ежегодно, для чего проводились собрания комиссии. По итогам этих встреч в приложение к конвенции вносили изменения, в которых учитывались размеры популяции тех или иных видов китообразных. Однако, несмотря на постоянный мониторинг, работа организации стала вызывать все больше нареканий со стороны экологов. Последние сочли, что промысел, пусть даже ограниченный, наносит популяциям невосполнимый ущерб. Одновременно все большую популярность приобретала идея о введении моратория на вылов китов, которую защитники морской фауны стали активно продвигать в 1970-е гг.

На очередном собрании комиссии в 1982 г. ее участники большинством голосов приняли решение о приостановке китобойного промысла (исключение было сделано для малых народов), что было зафиксировано в приложении – этот пункт присутствует в нем до сих пор.

Запрет на охоту должен был вступить в силу в 1986 г., однако не все страны согласились с таким решением. Несмотря на то, что противники моратория были в очевидном меньшинстве, они смогли воспользоваться слишком мягкими условиями, прописанным в конвенции. Согласно ее пятой главе, любое государство, несогласное с изменениями в документе, имеет право не исполнять нововведения. И, хотя для разрешения таких ситуаций предусмотрены переговоры, никаких санкций в случае сохранения разногласий не предусматривается. Вообще, наказывать конкретных нарушителей имеет право только то государство, гражданами которого они являются или в котором зарегистрировано соответствующее юридическое лицо, да и то лишь в том случае, если эту страну устраивают все пункты конвенции.

Наука – только для отвода глаз?

Против моратория выступили четыре государства – Норвегия, Перу, СССР и Япония. Правда, к моменту вступления запрета в силу Перу свои возражения отозвало. Не нарушает правил и Россия, считающаяся правопреемницей Советского Союза. Де-юре Москва возражение против моратория не отозвала, однако де-факто запрет соблюдает: китобойный промысел, который проводится на ее территории, относится к категории традиционного и конвенции не противоречит. Норвегия, напротив, действует в противоречии с соглашением и продолжает крупный промысел, ссылаясь при этом на свое несогласие с мораторием. Что же касается Японии, то она поступила хитрее, сумев и возражения отозвать в 1988 г., и сохранить право на вылов китов. Сделать это удалось за счет еще одного тонкого места в уставе организации, глава седьмая которого позволяет заниматься китобойным промыслом не в коммерческих, а в исследовательских целях. Правда, государство, решившее заняться наукой о китах, должно регулярно отчитываться перед комиссией о своих изысканиях, но Токио и не думает  выполнять этот пункт.

Обосновывая необходимость проведения своих исследований, японцы заявляют, что новые научные данные, которые они получат, позволят вычислить, когда популяции китообразных, пострадавших от промысла, смогут восстановиться настолько, чтобы мораторий можно было наконец отменить. Между тем, защитники природы уверенно обвиняют Токио в цинизме, настаивая на том, что японцы продолжают спокойно употреблять мясо морских млекопитающих в пищу, а исследования проводят только для отвода глаз.

Китовое мясо в Японии и вправду можно много где попробовать. И хотя далеко не все местные чиновники скрывают, что на самом-то деле за промыслом китов стоит древняя традиция, от которой страна не собирается отказываться в угоду экологам, официально японские органы по надзору за выловом морской фауны объясняют попадание мяса на рынок необходимостью как-то утилизировать не использованный в опытах биоматериал. Специально для этого при Институте изучения китообразных существует компания «Киодо Сэнпаку», которая и занимается сбытом мяса.

Помимо Японии и Норвегии, крупным промыслом китов занимается еще и Исландия. Рейкьявик, вышедший из состава комиссии в 1992 г., в 2002 г. вернулся в организацию, заняв немного странную позицию по отношению к запрету на вылов китов. Не выдвинув официальных возражений против устава, что позволило бы стране не исполнять его условий, Исландия все же заявила о наличии у нее оговорок. И хотя в конвенции такое понятие, как оговорка, отсутствует, Рейкьявик, тем не менее, счел себя вправе с 2006 г. не следовать мораторию.

Тараним китобоев!

Наиболее активно на поле борьбы с китобойным промыслом выступает американская организация Sea Shepherd, созданная в 1977 г. экологом Полом Уотсоном. По его словам, к тому моменту он полностью разочаровался в «Гринпис», способной, по его мнению, только на бесплодные акции протеста. Уотсон же избрал куда более агрессивную тактику, предусматривающую прямое столкновение с китобоями – вплоть до попыток таранить их суда.

Своими противниками Уотсон, помимо Японии, Норвегии и Исландии, считает еще Фарерские острова, жители которых традиционно охотятся на гринд, а также карибские островные государства Сент-Люсия, Сент-Винсент и Гренадины – там объектами промысла становятся гринды, дельфины и горбатые киты. Впрочем, наиболее активно защитники природы ведут борьбу именно с Японией – ее в Sea Shepherd называют не иначе как нацией китоубийц. Главные виды, на которых охотятся японцы, – это финвалы, горбатые киты и малые южные полосатики. По состоянию на 2012 г., в планы Токио входит отлов не менее тысячи голов полосатиков и около 50 финвалов.

Промысел китов японцы ведут в основном в антарктических водах, которые принято условно называть Южным океаном. Экологов, причем не только Sea Shepherd, особенно возмущает то, что отлов идет на территории Китового заповедника Южного океана, где помимо моратория действует отдельный запрет на охоту. Оспорить действия китобоев пытались и в суде. Первый иск, поданный организацией по защите природы Humane Society International в федеральный суд Австралии, Япония в 2008 г. проиграла. Согласно постановлению, китобои нарушают австралийский запрет на лов китов, ведя промысел в Австралийском китовом заповеднике. Впрочем, это решение японцев не остановило, и в 2010 г. Канберра подала иск в Международный суд ООН – слушания по нему еще продолжаются.

Что же касается Sea Shepherds, то они такими «глупостями», как суды, не занимаются. Более того, исполнять решение американского суда, запретившего экологами не только мешать китобоям, но даже приближаться к ним ближе, чем на 500 м, защитники китов тоже не собираются. Ничего удивительного в таком неповиновении, пожалуй, нет. Вряд ли законопослушания стоит ждать от организации, чьи участники частенько фигурируют в СМИ как «экотеррористы», руководитель скрывается от Интерпола, а сторонники считают своих противников куда более злостными нарушителями закона, чем они сами.

Валентин Маков,
Lenta.ru

Share.

Comments are closed.