Олег Алмазов снялся более чем в 170 проектах. В их числе сериалы «Тайны следствия», «Московская борзая», «Вместе навсегда», «Позднее счастье», «Отель «Феникс»». Актёр житель Петербурга, но часто бывает и подолгу живёт в Москве.
Предки были крепостными у Шереметева
– Вы живёте в Петербурге, но с Москвой вас, наверное, многое связывает?
– Я часто в Москве снимаюсь, участвую в разных передачах. Одно время даже несколько лет снимал квартиру. Кстати, в семье сохранилось предание, что мои прапрабабушка и прапрадедушка по папиной линии были крепостными графа Шереметева, а познакомились они на строительстве прудов в его усадьбе Останкино.
– Как пришло понимание, что актёрство – ваша судьба?
– В школьные годы я занимался в ансамбле «Радуга» и мы даже ездили на зарубежные гастроли, однако мама и слышать не хотела о возможном продолжении моей артистической карьеры и запихнула меня в технический вуз. Мне не хватило уверенности в себе, чтобы настоять на своём. Я пытался там учиться, но моё терпение кончилось года через полтора. В ЛГИТМиК поступил с чётким пониманием, что хочу творчества. Правда, не думал, что стану актёром, своё будущее видел скорее ведущим. Но в мастерской Георгия Александровича Товстоногова слово «театр» произносили с придыханием, и я тоже поддался этому общему настрою и никем, кроме драматического актёра, себя уже не представлял.
– А чтобы вы посоветовали людям, которые, подобно вам в юности, испытывают неуверенность?
– Ничего нового не скажу. Верьте в себя, верьте в свою звезду, и у вас всё получится. Это то, чего мне раньше не хватало, но я научился этому.
– Театр или кино?
– Я достаточно давно выбрал кино и могу честно вам сказать, что это отчасти связано с финансами. Я играл в репертуарных театрах, но когда начал активно сниматься сочетать всё стало невозможно. Сейчас я вернулся в театр, но играю там бесплатно – это такая моя маленькая благотворительность. В кино я зарабатываю деньги, а театр – стал хобби.
«Узнаванием на улице наелся давным-давно»
– Как относитесь к своей популярности?
– Я не тщеславный человек, узнаванием на улице наелся давным-давно. Ничего кроме неприятностей это мне не приносит. Впрочем, была одна встреча, которую я до сих пор вспоминаю с особым чувством. Тогда на экраны только что вышел фильм «Всегда говори «всегда». В аэропорту в очереди на регистрацию передо мной стояла очень просто одетая старушка в вязаном платке. Случайно обернувшись и скользнув по мне взглядом, она подошла и спросила: «Это вы?» Я сказал: «Да-да, это я». И тут она обняла меня со словами: «Спасибо, дорогой, можно я хоть подержусь за вас?» Она так искренно это произнесла, что я, парень эмоциональный, растрогался до слёз.
– Есть ли фильм, в котором вы сыграли практически самого себя?
– Лет до 30 я был похож на моего героя журналиста Антона Старосельцева в сериале «Тайны следствия». В те годы я тоже был таким ироничным, флиртующим со всеми ловеласиком. Меня тогда как мальчишку пёрло. Десять лет я играл самого себя. На съёмочной площадке долго решали, с кем бы меня «скрестить» по сюжету, и выбор пал на Зою – получилась такая комичная пара. Но с тех пор я сильно изменился.
– Работа в каком фильме запомнилась вам своей необычностью?
– Из недавнего – это съёмки в сериале «Отель Феникс». Необычность была в том, что моя партнёрша актриса Саша Каштанова играла мою погибшую дочь, которая потом являлась ко мне в виде такого реального призрака. Поэтому одну и ту же сцену нашего общения снимали дважды. Ведь для моего героя его дочь видима, а большинство её не видит. Например, если в первом дубле я обнимал дочь, то есть Сашу, то во втором дубле я просто обнимал пустоту. Такой опыт у меня был впервые.
«Любовь играть невозможно»
– Легко ли вам играть любовь перед камерой?
– Играть любовь – это всегда плохо, получается какая-то клоунада. Любовь играть невозможно. Ты на самом деле проживаешь кусочек жизни, включаешься в человека, в события, в обстоятельства. Именно по этой самой причине на съёмочной площадке возникает такое огромное количество романов между актёрами и актрисами. Конечно, у многих жёны, семьи, дети, но все равно это возникает, ничего не поделаешь, потому что это живое. Потому что ты всё равно влюбляешься в конкретного человека и это невозможно придумать. То есть, я не могу играть любовь с вами и представлять себе другую женщину. Я начинаю любить ваши глаза, улыбку, родинку и вся моя человеческая психофизика тут же отзывается. Я сейчас про себя говорю, потому что мне, в принципе, удается сдерживаться, но я очень часто видел, как на площадке между актёрами вспыхивали искры.
– Чем занимается ваша супруга?
– Супруга моя Ирина Панфилова – балетмейстер преподаёт в балетных школах и классику и модерн. Иногда что-то ставит.
– Что вас больше всего расстраивает в жизни?
– Несправедливость меня очень расстраивает, жлобство, хамство и собственное бессилие. У меня бывали ситуации, когда мне очень хотелось пойти на конфликт, но я понимал, что дело закончится дракой, а я не мог на съёмочной площадке показаться с фингалом и сорвать работу. То есть, из-за профессии я задавил в себе мужика и потом очень нехорошо себя чувствовал. Тогда мне было 33 с копейками, и меня прямо всего трясло от бессилия, от того, что я ничего не могу сделать.
– А что вас радует?
– Доброта, искренность.
Ирина Колпакова http://zbulvar.ru