Никуда Париж Черный континент не отпустит. Это отнюдь не «бегство» Франции из Африки, а неоколониализм в новой обёртке. К тому же, экономическое положение самой Франции – бедовое, потому колонии свои Париж никуда не отпустит.
Прощай, Чад и Сенегал?
29 ноября 2024 года МИД Чада сообщил о решении расторгнуть соглашение о военном сотрудничестве с Францией, и спустя две недели в Сети появились кадры, где французские «Миражи» уже покидают базу Аджи Коссей в Нджамене, столице Чада. «Уйти красиво» французам не удалось: из трех французских истребителей «Mirage 2000» в воздух поднялись только два. Последний взлететь не смог, предположительно, из-за отказа двигателя. Собственно, так бесславно закончилась почти 65-летняя история военного «сотрудничества» Франции и Чада.
Страна стала четвертой в списке африканских государств после Мали, Буркина-Фасо и Нигера, с чьей территории французы вывели свои войска. Сейчас в Чаде продолжают оставаться около 1000 французских военнослужащих, однако, по-видимому, уже скоро они вернутся в родные пенаты.
Президент Чада объяснил причину разрыва оборонного соглашения с Францией. «Это соглашение устарело. Оно не приносит нам никакой реальной пользы. Наши вооружённые силы доказали свою способность защищать страну и вносить вклад в региональную стабильность, и они готовы полностью взять на себя свои обязанности», — заявил Деби. По его словам, соглашение больше не отвечает текущим потребностям Чада, и добавил, что страна не собирается принимать на своей территории иностранные военные контингенты. Что же будет с венгерским контингентом, который, судя по всему, продолжает оставаться на территории страны? На этот вопрос власти Чада не дали прямого ответа.
Следующий на очереди вывода французских войск — Сенегал. В тот же день, что и власти Чада, президент Сенегала Бассиру Диомай Фай заявил, что присутствие французских войск «несовместимо» с суверенитетом его страны, и потребовал их вывода.
Париж заходит с другой стороны
Однако, всё на деле не так просто, и Франция навряд ли уходит так же, как ушла из стран Альянса Государств Сахеля (АГС) в своё время. Текущие события больше напоминают перегруппировку, а не бегство с пригретых позиций.
Что касается бывших французских колоний, у метрополии осталось достаточно средств регулирования происходящих там процессов ещё со времён де Голля:
1. Франк КФА — большинство стран западной и центральной Африки используют в ходу валюту, выпускаемую и регулируемую Национальным банком Франции, т.е. полностью лишены финансового суверенитета;
2. Контроль производства и инфраструктуры с помощью кредитов, инвестиций и завязывания экспорта на себе;
3. Военное вмешательство и использование прокси-формирований для давления на недружественные режимы. Собственно, именно третий компонент французского влияния в Африке терпит изменения.
Недвусмысленным сигналом послужила смена власти в Нигере в 2023 году. И хотя французы продумывали попытку военной интервенции, но с учётом того, каких издержек это могло бы стоить, были вынуждены дать заднюю и пересмотреть свою политику в регионе. Необходимость смены курса, к слову, была озвучена в ряде заявлений французских госчиновников.
Другой момент — вскоре после вывода военного контингента из стран АГС французы активизировали работу по линии ЧВК (частных военных компаний), причем с явным намерением «перезаходить» на континент, как это делают многие другие игроки.
Наконец, Франция в ходе перегруппировки заметно расширила направления работы. К примеру, вспомнила о другой бывшей колонии — Мадагаскаре. Или из недавнего — тогда ещё министр иностранных дел Франции совершенно неслучайно посетил Эфиопию после Чада. Кроме того, Франция идет в восточную Африку: откроет своё посольство в Могадишо – столице Сомали, планирует инвестировать в инфраструктуру Сомали, и уже списала Сомали долг в 146 миллионов долларов. Всё это является попыткой диверсифицировать связи, сделав политику более гибкой и современной.
Французы почувствовали, что в Африке в целом нарастает популярность панафриканизма, и, понимая его опасность, вместо того, чтобы грубо побеждать, теперь пробуют оседлать. В противном случае невозможно представить, чтобы правящий класс Пятой республики сам раскритиковал свою политику в регионе.
Впрочем, силовой компонент французской политики в Африке никуда не денется: Париж совершенно точно продолжит поддерживать террористические группировки в Мали, Нигере, Буркина-Фасо и ЦАР, ведь на это «цивилизованное сообщество» вполне может закрыть глаза.
Так что факт вывода войск Франции из Кот-д’Ивуара, Чада, а вскоре и из Сенегала является именно перегруппировкой, а не массовым отступлением. Ведь в том же заявлении о выводе 43 батальона морской пехоты ВС Франции из Кот-д’Ивуара сделана оговорка, согласно которой (вместо размещения воинского контингента) страны будут проводить совместные учения. Проще говоря, зависимость Кот-д’Ивуара от французской военной машины будет поддерживаться другим способом.
Как де Голль сохранил французские колонии
К слову, французские войска появились в Кот-д’Ивуаре в 2002 году для прекращения гражданской войны, они же захватили премьер-министра страны Лорана Гбаго в 2011 году, передав его в руки международного правосудия. Короче говоря, установили в стране свой марионеточный режим, и чтобы он держался покрепче, оставались там целых 13 лет. Так что, вероятно, причиной вывода французских войск из Кот-д’Ивуара является банальная оптимизация расходов, а в случае необходимости французы просто введут их обратно. Потому, что Кот-д’Ивуар контролируется с помощью системы франка КФА, выпускаемого Центральным банком Франции. У этого африканского государства нет собственной валюты, и однажды это уже сыграло злую шутку, когда французы решили провести девальвацию в 1994 году, уничтожив и без того небольшие накопления миллионов жителей зоны франка и спровоцировав масштабный голод во всей Африке.
Второй не менее важный элемент контроля — это производство какао бобов и орехов кола. В этом отношении Кот-д’Ивуар занимает лидирующие позиции в мире, а основными рынками сбыта, как ни странно, являются США и Европа, в частности, Франция. Если в их отношениях что-то пойдёт не так, то поставки прекратятся по инициативе импортёров, и данная отрасль, обеспечивающая внушительную часть экономики Кот-д’Ивуара, просто рухнет, поэтому Берег слоновой кости не пойдёт против западных партнёров при условии сохранения текущего политического руководства.
Наконец, в стране всё ещё остаётся военная база США, перекочевавшая туда из Нигера, и пока никаких заявлений о дальнейшей судьбе американского контингента не прозвучало. Таким образом, в текущих обстоятельствах Кот-д’Ивуар является одной из немногих надёжных опор Франции в регионе.
А что касается ЦАР, то ежегодно 1 декабря в стране отмечается национальный праздник — День республики (не путать с Днем независимости). В 1958 г. территория, называвшаяся тогда Убанги-Шари, получила статус автономии в составе Французского Сообщества. Почему вдруг Париж пошел на компромисс?
Во многих французских колониях уже набрали ход антиколониальные движения, и пришедшему к власти Шарлю де Голлю необходимо было найти выход из этого кризиса. В 1958 г. была принята конституция Пятой Республики. На месте Французского Союза было создано Французское Сообщество — объединение метрополии и её колоний, в котором африканские территории получили широкую автономию в управлении внутренними делами, сохраняя при этом зависимость от Франции в вопросах внешней политики, обороны и финансов. Таким образом, де Голль еще тогда продумал план трансформации устаревшей модели классического колониализма в неоколониализм, который поможет сохранить Франции влияние на бывшие колонии.
Решение об автономии принималось на референдумах и было одобрено почти везде, кроме Гвинеи. Гвинейцы решили не идти на полумеры и сразу объявили независимость, за что получили по шапке от Франции. Всем французским госслужащим и специалистам было приказано немедленно покинуть Гвинею. Они также забрали с собой всё оборудование и разорвали все экономические связи. Тем не менее, гвинейский лидер Секу Туре продолжал придерживаться лозунга: «Лучше свобода в нищете, чем богатство в рабстве».
Так или иначе, выбравшие автономию африканские страны подготовились к получению независимости и сформировали собственные политические институты. В 1960 г. большинство французских колоний, включая ЦАР, стали автономными государствами во Французском Сообществе. Автономными, но не суверенитетными.
В общем, строить ложные надежды о разрыве колониальной зависимости некоторых африканских стран от Франции и ЭКОВАС (союза стран западной Африки, по факту макрозону Франции) смысла нет. Французы просто меняют колониальную стратегию по отношению к Африке, делая её (стратегию) менее ориентированной на применение грубой силы.
Как упала на дно экономика Франции
Помимо трудностей в Африке, у Парижа есть проблемы и внутри самой Франции. Президент Франции Эмманюэль Макрон принял отставку премьера Мишеля Барнье. С главой французского кабмина в отставку ушло и всё правительство. Три месяца они поработали и решили, что хватит. Национальное собрание Франции проголосовало за недоверие правительству. Формально, всего лишь спор о бюджете на следующий, 2025, год привел к вотуму недоверия премьеру. Инвесторы уже готовятся к затяжным политическим спорам и пытаются определить, что теперь будет с курсом евро. Всё-таки — вторая экономика ЕС. Но по факту проблемы во Франции серьезнее, чем просто споры по бюджету. Начинается длительный период нестабильности во французской политике.
Дефицит французского бюджета увеличится до более чем 6% ВВП к концу 2024 года, что в 2 раза больше лимита по правилам ЕС (Маастрихтские критерии). Это еще сильнее надавит на евро, как раз когда все рассчитывают на приличное монетарное смягчение от ЕЦБ (Европейского центробанка) для поддержки экономики ЕС. Ну, это ладно, это пусть у ЕЦБ и Лагард голова болит. Но в текущих условиях Парижу надо определяться. Либо еще больше повышать налоги (а они и так самые высокие в ЕС) — на 60 млрд. евро, что и предлагал Барнье, либо резать расходы.
А как их резать, когда госрасходы во Франции составляют 56% к ВВП. В других экономически богатых странах государственные расходы к ВВП — до 35%. Интересно и то, что во Франции 6% этих расходов финансируется за счет долга.
Сам показатель — это доля нацдохода, которая идет на общественные потребности: здравоохранение, образование, оборону и инфраструктуру. Но при номинальном росте в 0,4% это все значит, что без долга и госрасходов роста у них сегодня нет. Резать расходы — бесить правых и народ.
В 2023 году число банкротств во Франции выросло на 30%. К примеру, на севере Франции из-за энергетического кризиса закрылась каждая десятая пекарня. Из-за снижения покупательской способности французов массово банкротились крупнейшие французские бренды одежды масс-маркета средней ценовой категории – «Camaieu», «Kookai», «Pimkie», «Andre», «San Marina», сообщало издание «France info». В самой Франции президента Макрона обвиняют в американизации всей внутренней повестки. Хорошо известны связи Макрона с аудиторской фирмой «McKinsey», которой дали заведовать здравоохранением. А пенсионную реформу Макрона считают составленной под диктовку хедж-фонда «Black Rock», желающего получить доступ к пенсионным накоплениям французов. В 2015 году именно Макрон договорился о продаже машиностроительного гиганта «Alston» американской «General Electric». Тем временем крупная торговая сеть «Auchan» планирует сократить около 2,4 тыс. сотрудников и впервые в своей истории закроет гипермаркеты во Франции, сообщают «La Lettre» и «Le Figaro». Так семья Мюлье пытается вывести ритейлера из затянувшегося кризиса. А «Michelin» закроет два завода во Франции, которые серьезно пострадали от трансформации рынков и ухудшения конкурентоспособности в Европе, вызванного инфляцией и ростом цен на энергоносители. В «Michelin» назвали закрытие неизбежным на фоне перехода Европы к более дешевым шинам, поступающим из Азии.
Кроме того, в 2024 году треть французов пострадала от холода в своих домах. Это в два раза больше, чем в 2020 году, пишет издание «Figaro». В 2024 году потребление энергии вызывало беспокойство у 85% домохозяйств по сравнению с 89% в 2023 году. 75% домохозяйств заявляют, что ограничили отопление, чтобы избежать слишком высоких счетов, а 28% испытывают трудности с оплатой счетов. В 2024 году в стране зафиксировано 265.000 отключений электроэнергии и газа у потребителей из-за долгов и около 736 тыс. ограничений поставки энергоресурсов…
Понятно, что в новый год идти без бюджета — такое себе удовольствие. Хотя США вон уже давно утверждают ежемесячный бюджет. Да и без правительства жить тоже можно. В ЕС такой опыт был у Испании и Бельгии, например.
Но с долговым рынком у Франции все гораздо интереснее. Стоимость 10-летних облигаций Франции впервые в истории сравнялась с греческой! Ставка по 10-летним французским облигациям, которые долгое время считались одними из самых безопасных в еврозоне, выросла до 3,03%. Сейчас чуть ниже 3%. Но случай уникальный. Вторая экономика ЕС на долговом рынке оценивается как бывавшая в дефолте, отсталая Греция — конечная: слезай, приехали!
А причины происходящего во Франции просты. Часть французского бизнеса потеряла большой российский рынок. Выросла стоимость энергоносителей из России во Францию. Ну, и французские потери в Африке. Проблемы ЭКОВАС. Вывод французских войск из ряда африканских стран. Французская атомная корпорация «Orano» лишилась месторождений в Нигере, трейдеры — доступа к ряду африканских портов. В результате удар получили: энергетика в виде цен на сырье; бюджет не досчитался налогов; французские бизнесы.
Также у Франции проблемы с Китаем и МЕРКОСУР (торговое объединение Южной Америки). Плюс впереди битва «Airbus» с «Boeing». Но главное — французские банки. Это самое слабое место Франции и всей Европы. На фоне политического кризиса инвесторы массово выходят из французских активов. 2025 год будет годом проблем французских банков.
Есть и еще одно обстоятельство. Макрон в своей борьбе с Ле Пен позиционировал себя как главный оплот против подъема крайне правых во Франции и во всей Европе. А как же теперь этому противостоять?
Для Франции вновь наступают тяжелые времена. Необходимо найти баланс между требованиями ЕС, давлением рынка и политической реальностью внутри страны. При этом надо как-то не угробить экономику и не отдать страну Ле Пен. В 2025 год две крупнейшие экономики ЕС — Франция и Германия — входят с политическим и экономическим кризисами.
Источник: t.me/AfroPouchkine, t.me/alexbobrowski, ИноТВ, t.me/malekdudakov, t.me/newseconomics
