Вся история Ирана пронизана рассказами о сновидениях и опыте взаимодействия с миром сокрытого.
Вещие сны, видения, озарения свыше посещали иранских правителей, мудрецов и религиозных авторитетов, укрепляя их политический и духовный статус. Сновидение действительно можно назвать важной частью иранской политической жизни независимо от того, о каком периоде истории говорится.
Первый крупный источник по истории Ирана Геродот рассказывает о сне, который видит мидийский царь Астиаг: из живота его дочери вырастает лоза, постепенно охватывающая всю Азию. Жрецы объясняют правителю, что его внук завоюет все эти земли. Согласно версии греческого историка, этим внуком был основатель государства Ахеменидов Кир II Великий, покоривший в итоге и Мидийское царство, и сопредельные территории. В одном из документов эпохи Кира, к слову, тоже сообщается о сне, предвещающем завоевание, – только видит этот сон его соперник, вавилонский царь Набонид.
Сновидение предвещает и возникновение государства Сасанидов. Папак, правитель Истахра в провинции Фарс, видит во сне своего пастуха Сасана (сначала – в сиянии солнца, потом – на белом слоне) и понимает, что тот – потомок Ахеменидов (именно на преемственности Ахеменидам строили свою легитимацию ранние Сасаниды). Истории о вещих снах Папака были настолько распространены, что о них сообщают и христианские авторы, правда, исключительно с целью опровержения. При Сасанидах взаимодействия с миром сокрытого не были исключительно царским делом. О своем вознесении сообщает зороастрийский верховный жрец Картир, один из архитекторов религиозной политики государства, а, пожалуй, самое известное произведение среднеперсидской литературы рассказывает о путешествии праведника Вирафа по аду и раю.
В мусульманскую эпоху сны продолжают выполнять, среди прочего, функцию легитимации. Сновидения подтверждают статус правителей, даруют талант поэтам (так, согласно легенде, обрел поэтическое мастерство Хафиз), подчеркивают благодать суфийских наставников. Одной из важных составляющих жизнеописаний мусульманских благочестивцев становятся их посмертные явления во снах.
Приход к власти Сефевидов и распространение шиитского ислама никак не повлияло на высокий статус сновидений, сменился только их репертуар. К сефевидским правителям во снах приходят четырнадцать непогрешимых – Мухаммад, его дочь Фатима и 12 имамов, почитаемых шиитами. Так, явившийся во сне шаху Тахмаспу I имам Реза обещает тому успех в битве с османами в том случае, если он и его военачальники откажутся от алкоголя. И действительно ведь помогло!
И во время правления Пехлеви сны никуда не деваются. Реза Пехлеви видит во сне две свечи, а спустя пару дней получает сообщение о том, что его жена беременна. Через 9 месяцев у нее родятся будущий наследник престола Мохаммед Реза и его сестра-близнец Ашраф. Ошибочно представляемый едва ли не секулярным правителем (секуляризм — концепция, согласно которой власть должна существовать отдельно от религии) Мохаммед Реза тоже был не чужд общению с миром сокрытого и рассказывал о видениях и знаменательных снах, а также о невидимой силе, оберегающей его. В жизнеописаниях его главного политического соперника и лидера исламской революции 1979 года Рухоллы Хомейни также есть сообщения о сновидениях. Да и президент Махмуд Ахмадинежад тоже не был чужд миру сокрытого.
Какой вывод из этого можно сделать? Сон был широко распространен как средство легитимации авторитета в разные эпохи – высокий статус подкреплялся не только силой оружия, дипломатии или благочестия, но и обращением к божественному предопределению. Несмотря на кардинальные изменения, произошедшие в жизни иранцев за последнее столетие, апелляция к сверхъестественному остается частью иранской политической культуры, и это вовсе не свидетельствует о какой-то традиционности, непознаваемости или, прости господи, отсталости, а лишь говорит о том, что исследователю или стороннему наблюдателю нужно считаться и с этим фактом.
Источник: Pax Iranica (t.me/paxIranica)