Режиссёры недолюбливали Валентину Титову – за её нетипичную красоту. Зато, похоже, как раз за это ее любили мужчины. Да ещё какие – Владимир Басов, Вячеслав Шалевич, знаменитый оператор Григорий Рерберг.
– Ваша нетипичная внешность, наверное, сильно мешала вам в карьере?
– Есть такая актриса Татьяна Пилецкая – «Царская невеста», «Разные судьбы». Неземная красота. И когда она играла в фильмах обычных женщин, это было жалкое зрелище. Я не подходила к ролям обычных женщин. Зритель всегда хочет видеть на сцене или экране про себя родного. И если это про него, то ему интересно. А я со своей внешностью где найду своего зрителя? Я понимаю, что не была рассчитана на обыденную действительность. Поэтому и претензий к режиссёрам никаких.
– Вы как-то сказали, что всегда влюблялись в гениев. Но с гениями ведь чертовски сложно жить.
– Да, надо вовремя промолчать, а иногда и несколько суток молчать, чтобы не раздражать, ходить на цыпочках. Дети должны не мешать. Всё подчинено тому, кто главный. Главный по уму-разуму, по таланту. Я понимаю, что у каждого гения бывает перерыв, когда он дурак дураком. И в этом случае лучше быть подальше, чтобы у тебя изо рта не выскочило что-то, что его оскорбит или унизит.
Мужчине талантливому нужна именно женская помощь. Потому что ты, как аэродром запасной. Он прибежал, присел, отдохнул, получил энергию и побежал дальше. Вот какой-то Ваня или Вася что-то сказал, он мучается. А ты ему: «Боже мой, да тебе цены нет! Ты знаешь, кто ты? Да меня бы иначе рядом вообще с тобой не было. Никогда!» И он успокаивается. Восхищаться надо всегда своим партнером: «Как мне повезло, что тебя встретила. Вот уж никогда не думала». И всё, он тает. Мужчина жаждет комплиментов больше, чем чего-либо. Другое дело, что если женщина восхищается физическими данными, то это глупость.
– Вы встретились с Владимиром Басовым, когда были начинающей актрисой, а он уже знаменитым актёром и режиссёром. Он был намного старше. Вы всё-таки расписались с Басовым.
– Да, он меня обманом заманил – сказал, что надо съездить, оформить документы на сына. На ступеньках загса мы и расписались. Я даже сначала не поняла, что подписываю. И Рерберг потом хитростью заманил меня в загс. Мы расписались через 15 лет. За это время уже можно было возненавидеть друг друга. Мы с ним дважды подавали заявления в загс, и я передумывала. И в третий раз он вызвал уже сотрудников загса домой. И Басов, и Рерберг наткнулись на глыбу, которая не подчиняется их законам, а живёт по своим.
– А почему вы всё-таки ушли от Басова спустя 14 лет совместной жизни?
– Я ушла из-за его алкоголизма. Причём при посторонних в доме он просто божественный человек. Поэтому никто не верил. Но это страшно. Я пыталась спасать. Пока сама не сдохла. Это просто страшно, когда человек невменяемый. И ты не знаешь, он выбросится из окна или нет. Мало того, он ещё хочет и тебя с собой взять. У него горит всё внутри. Он не знает, куда деться. Это заболевание. И вот чтобы мне не отрезали руки, не убили, не оторвали башку, я взяла сумочку и ушла.
– Но вы потом снова выбрали себе гениального мужчину – Григория Рерберга, с которым прожили почти 20 лет.
– Я не выбирала. Он сразу прилип. Я вообще никого не выбираю. Вот все считают, что я такая хитрая. А они на меня сами падали, и уже не отцепишься. Я снималась в «Воскресенье», а он был оператором. Он подошел познакомиться – его трясло так, что я подумала, что надо вызывать «скорую». У него просто был шок. И потом уже через много-много лет, вот года два назад, на дне рождения моей приятельницы редактор картины, бывшая моя соседка, сказала, что Рерберг как только меня увидел, сказал: ой, а я бы на ней женился. И Басов тоже ведь сразу сказал – я на ней женюсь.
– Некоторые известные актрисы, которые были с Рербергом до вас, например, Марианна Вертинская, жаловались, что он позволял и руку поднимать.
– На меня никто руку никогда не поднимал. А есть женщины, которым это в сладость – побил, любит, ревнует. Не ревнует! Это скотство! Надо уметь показать мужчине – без ора и оскорблений, чего ты никогда не позволишь. И тогда он будет видеть и понимать, что этого нельзя. Мужчину не надо менять. Надо позволить ему жить при вас, если он примет ваши условия.
– А вы с Вячеславом Шалевичем, с которым у вас был роман до встречи с Басовым, расстались, потому что понимали, что его придется менять? Или вас задевало, что он не уходит от жены?
– Ничего я не понимала. Я была молодая и знала только одно – что он спит с одними, а любит только меня. А как это соединить? У меня не получилось, и я отрезала. Что мне мог предложить Слава? Я знала, что он меня любил. Я его безумно любила. Но я была единственная женщина, которая навсегда его отрезала и не виделась, и не ловила его на перекрёстке. Я отодвинула жизнь, которая принесла бы мне только несчастья и боль – я бы видела, что он на моих глазах с другими женщинами.
– Ну, может, он бы изменился?
– Он, может быть, изменился, только я бы тогда стала злая, старая, уродина, материлась бы на каждом шагу. Мне это надо? Каждый выбирает свой путь. Мой путь другой.
Нелла Прибутковская
«Нижегородская правда»
