«Я диктатор: снимаю фильм так, как вижу»

0

В 1960-х годах он снял кинокартины, в которых предложил совершенно иную манеру повествования на экране, открыл новые приёмы сюжетосложения и операторских съёмок.

«Как счастливо начиналась жизнь!»

Хуциев родился 4 октября 1925 года в Тифлисе (ныне Тбилиси). Имя мальчику родители дали в духе времени и своих убеждений. «Я наполовину кахетинец, из Кахети родом мой отец, а мать – из Карталинии, но родилась и жила в Тбилиси, – говорил Хуциев. – Мать – из старинной военной семьи. Отец был статный, красивый мужчина, а мать считалась первой красавицей города. Мне достали статью из газеты, где я прочёл об этом: был праздник, ещё при меньшевиках, и она ехала в первой машине, олицетворяя Грузию. Как счастливо начиналась жизнь! Её старший брат чуть ли не полком командовал. Я видел фотографии с моим дедом, где они, два брата и она, стоят вместе рядом с генералом-отцом. Поразительные фотографии!»

Родители расстались, когда сыну исполнилось 3 года. Марлен отправился с мамой, актрисой Ниной Утенелишвили, в Москву. Там женщина окунулась в жизнь культурной богемы, выходила на сцену. Маленький сын оставался без присмотра и должного внимания, пока отец не забрал его обратно в солнечный Тбилиси. Несколько лет Марлен жил в его новой семье. «Помню, как однажды я опаздывал в школу и отец подвёз меня на служебной машине. Я попросил остановить за углом той улицы, где была школа, и отец был очень доволен. Мне это запомнилось. Он водил меня слушать оперу, вместе с ним я смотрел фильмы “Весёлые ребята”, “Чапаев”».

В ранней юности Хуциев мечтал стать художником. Он, часами рассматривая репродукции полотен великих мастеров живописи, все свободное время проводил с мольбертом и кистями. В старших классах парень записался на подготовительные курсы, нацелившись на поступление в академию художеств. Однако стать студентом Марлен не смог. Его взяли на работу в киностудию, где он помогал декоратору. Вскоре Хуциев, тяжело переживавший из-за непризнания его художественного таланта, понял, что происходящее в съемочном павильоне его так увлекло, что тоска по кистям и краскам ушла.

В конце 1940-х биография парня сделала крутой вираж: Марлен Хуциев отправился в Москву и без труда поступил во ВГИК. В 1952 году он стал дипломированным режиссером, окончив мастерскую Игоря Савченко. О нем Марлен Хуциев отзывался очень тепло, как о человеке, который сделал из него режиссера: «Учитель не натаскивал нас, но являл пример служения искусству, и это, пожалуй, самое главное».

Карьера стартовала на Одесской киностудии, которой Хуциев отдал 5 лет. Там он снял первую картину, мгновенно прославившую его и ставшую пропуском в мир кинематографа, – «Весна на Заречной улице». Лейтмотивом фильма является песня «Когда весна придёт, не знаю» (стихи Алексея Фатьянова, музыка Бориса Мокроусова), которую исполняет Николай Рыбников. После выхода фильма песня стала популярной. А сами съемки большей частью проходили в Запорожье, и благодаря ленте Хуциева в городе появилась улица Заречная, а в 2000-х напротив горсовета были установлены городские часы, играющие мелодию из фильма.

«Режиссер должен видеть будущую картину»

«Держись…» – это пожелание написал Виктор Некрасов на титульном листе своей книги «В окопах Сталинграда», которую подарил Марлену Хуциеву. Этими словами писатель поддержал друга, когда у того были неприятности с фильмом «Два Фёдора» в 1958.

Зимой 1960 года он подал на киностудию имени Горького заявку на съёмки нового фильма. Это должен быть рассказ о трёх друзьях, которые живут в районе заставы. Заявку утвердили. Марлен Хуциев с Феликсом Миронером (с которым была снята «Весна на Заречной улице») приступили к работе над сценарием. Написали несколько страниц – и поссорились. Да так, что Миронер с картины ушёл, и его имени даже нет в титрах. И тут режиссёра познакомили со студентом ВГИКа Геннадием Шпаликовым. Они стали писать вместе, хорошо понимая друг друга.

Сцену поэтического вечера в Политехническом музее предложила снять министр культуры Екатерина Фурцева. На нём выступили Евгений Евтушенко, Андрей Вознесенский, Римма Казакова, Роберт Рождественский, Белла Ахмадулина и поэты старшего поколения — Борис Слуцкий, Михаил Светлов, Григорий Поженян. Булат Окуджава спел песню «Сентиментальный марш».

Картина была закончена. Михаил Ромм сказал после просмотра: «Марлен, вы оправдали свою жизнь». Андрей Тарковский уверял, что этот фильм сильнее его «Иванова детства». Виктор Некрасов говорил, что «Застава Ильича» – событие в искусстве.

Состоялось предварительное обсуждение картины. Такие просмотры тогда широко практиковались, и слово мог взять любой, кто оказался в зале. «Материал понравился, – вспоминал Марлен Хуциев. – Но тут выступил вахтёр. “Как это может быть, – сказал он, – уходит отец, ничего сыну не сказав? Собака и та не бросит своего щенка!”

Фильмография мастера не такая обширная — десяток картин. Хуциев объяснил это тем, что занимался режиссурой как писатель, который долго вынашивает идею, а потом воплощает ее на бумаге. Он не страдал от того, что снял мало. «Зритель должен видеть только взгляд режиссёра, это правильно и нормально. Да, монтаж, звук, актёрская игра очень важны. Но нельзя так, чтобы они создавались и воспринимались по отдельности: один снял, второй написал, третий сыграл. Всё должно быть объединено режиссёром, – говорил Хуциев. – Я не могу себе представить, что мне оператор скажет, как снять тот или иной кадр. Ведь фильм – искусство зрелищное, изобразительное, поэтому режиссёр должен уметь не только размышлять, но и видеть. Видеть будущую картину.

Поэтому я диктатор: снимаю фильм так, как вижу, хорошо ли, плохо ли, но вижу именно я. Конечно, если оператор предложит идею, которая мне понравится, я готов принять её. Но ведь есть режиссёры, которые пускают съёмки на самотёк: ставят камеру, артисты сыграют – и “привет”. А есть, наоборот, те, которые выпендриваются, для них важна какая-то современная форма. Я могу сказать, что ничто так быстро не устаревает, как современные формы. Проходит время, и фильм становится смешным с визуальной точки зрения, устаревает. А вот если ты не думаешь об этом, а занимаешься содержанием, форма приходит сама – та, которая наилучшим образом отражает содержание.

Нельзя, чтобы визуальные средства сшибали мозг. Важны настроение и атмосфера. Без этого на экране не будет истории. Зритель идёт смотреть на мысли, не на форму. Делать надо то, что хочется, что идёт от сердца. Предсказать, потрясёт ли это людей, которые увидят картину, невозможно. Но шансы есть».

Во всех его фильмах очень заметно внимание к музыке, её скрупулёзный подбор к теме, мыслям. «С некоторых пор я считаю, что стопроцентное попадание композитора было только в “Весне на Заречной улице”, – говорил на это сам Хуциев. – Дальше бывали трения. И когда я начал работать над «Июльским дождём», уже решил, что композитора у меня не будет. Я знал, что картина начнётся увертюрой к опере «Кармен». Сел писать сценарий с Анатолием Гребневым, рассказал ему о замысле, он очень сомневался. А потом, когда однажды мы смотрели материал и в один прекрасный день я взял «Кармен», соединив её со звуками радиопомех, и наложил на первые кадры картины, он вздрогнул, посмотрел, и мы сделали так.

В «Бесконечности» музыка частично написана Николаем Каретниковым. Меня упрекали, что я для этой картины заимствовал у Тарковского Баха. Ничего подобного. Ведь Бах присутствует даже в «Июльском дожде». И когда я задумывал «Бесконечность», у меня сразу возникло название картины, её начало и то, что будет Бах. Так должно быть».

Событием в мире кино стала лента Марлена Хуциева «Был месяц май» по мотивам рассказа Григория Бакланова «Почем фунт лиха», вышедшая в 1970 году. Она встала в ряд шедевров, посвященных войне. Действие фильма происходит в 1945 на немецком хуторе, где расквартирована небольшая группа военнослужащих.

Хуциев не только снимал фильмы, но и сыграл несколько небольших ролей. Его можно видеть в картинах «Интервенция» (главнокомандующий), «Гори, гори моя звезда» (князь), «В день праздника» (Рамзес).

Джаз и поэзия

В обычной жизни Хуциев очень любил джаз. «Был такой потрясающий джазовый пианист Леонид Чижик, такой же поразительный виртуоз, как, например, саксофонист Алексей Козлов. Я очень любил слушать их записи, – говорил режиссер. – Знаете, я всё время смотрю передачи «Большой джаз» и «Большая опера». По-моему, чудесная задумка. Любопытно наблюдать.

Во время войны в Тбилиси в эвакуации был Киевский оперный театр. Школьников туда пускали свободно. Я переслушал в то время множество опер. Тогда я первый раз услышал «Тоску», партию Каварадосси исполнял известный драматический тенор. Поразительно пел, что называется, с металлом, нервом. А потом я увидел его на концерте и обомлел. Ему, оказывается, было 60 лет, но на сцене этого было не видно! Вот что такое искусство!»

Фильмам Хуциева свойственна неповторимая поэтическая интонация, сам режиссер называл любимым поэтом Лермонтова: «Он необыкновенно музыкален, в его поэзии есть сильные эмоции, в то время как у Пушкина есть необыкновенная мудрость. Вообще, их соперники на тех дуэлях – мои главные враги, это люди, которые лишили их жизни, а нас счастья видеть их в полном расцвете. Вот, кстати, интересная история. Я однажды понял, а потом получил этому подтверждение: если бы Лермонтов не погиб, то был бы автором «Войны и мира». Не буквально, конечно, а в плане сюжета. По дороге на дуэль Лермонтов рассказывал одному из секундантов о своём замысле романа, который начинается в таком-то году, захватывает войну и заканчивается в Париже. Что это такое? Я могу сказать только одно: совершенство лермонтовской прозы. Вы представляете, как этот роман был бы написан?»

Со своей супругой Хуциев познакомился, когда был студентом, и с тех пор они вместе делили радости и неурядицы, которые преподносила им судьба. Жена Марлена Ирина Семеновна Соловьева прожила с ним долгую жизнь. В свое время она входила в состав сценарной редколлегии киностудии им. Горького и работала вместе с мужем. Они вырастили и воспитали сына Игоря, который пошел по стопам отца и тоже стал режиссером, а его учителями во ВГИКе были Кулиджанов и Ромм. Игорь Марленович за свою карьеру снял один фильм и написал сценарии к шести, а над одной из картин – «Невечерняя» (фильм-диалог двух великих писателей – Антона Чехова и Льва Толстого, фильм-притча) – работал вместе со своим отцом. Внучка – Нина Хуциева – окончила китайское отделение МГУ.

Перед новогодними праздниками 93-летний Марлен Хуциев жаловался на плохое самочувствие. Он отказывался от госпитализации без своей жены, поэтому врачи поместили супругов в одну палату. 4 января Ирина умерла в реанимации. 19 марта не стало и Хуциева. За 3 дня до смерти режиссера без сознания нашел его сын Игорь. Марлена Мартыновича доставили в реанимацию одной из московских больниц. Медики диагностировали желудочно-кишечное кровотечение и сразу же оказали ему помощь. Однако спасти режиссера так и не удалось.

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Невское время» , 24smi.org, stuki-druki.com, 2aktera.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты