Николай Кельх прожил короткую жизнь – 33 года. Однако его имя дважды увековечено на карте России. В честь него полярный исследователь, норвежец Фритьоф Нансен назвал гору на полуострове Таймыр. А в 1930-х уже советские полярники дали его имя реке, стекающей с этой горы. Похоронен Николай Кельх на Введенском кладбище в московском Лефортове.
Свадьба с наследницей миллионов
Николай Кельх был из семьи обрусевшего немца. Он окончил Московский университет, служил секретарём в обществе помощи нуждающимся студентам и был единственной опорой для своего большого семейства. Его отец и мачеха скончались, оставив ему крохотное наследство, четырех братьев, которым надлежало дать хорошее образование, и двух сестер — им следовало обеспечить приданое. Дружба с Базановыми – очень дальними родственниками, перебравшимися в начале 1890-х годов из Иркутска в Москву, — стала для Кельха спасением: Юлия Ивановна готова была по-родственному помочь ему. И женитьба его была блестящей: в 1892 году он вошёл в семью миллионеров и меценатов Базановых, владевших золотыми приисками в Сибири, заводами и Ленско-Витимским пароходством.
Он никогда не осмелился бы сделать предложение Вареньке Базановой, красавице и наследнице миллионов, смотревшей на него доверчиво распахнутыми глазами. Но Варя недаром была внучкой сибирского купца. В свои двадцать лет она влюбилась глубоко и страстно. Ей нужен только Николай Кельх. Что до денег… то её состояния хватит на всех! В конце апреля 1892 года сыграли пышную свадьбу. Варенька шла к алтарю в белом платье, подчеркивающем тонкую талию, с цветами в высоко зачесанных волосах…
Купил 26 восточносибирских лаек
Вскоре после свадьбы Николай Кельх отправился в Иркутск по делам молодой жены Варвары Петровны. Здесь он узнал, что нужна помощь в снаряжении экспедиции Фритьофа Нансена на Северный полюс. Маршрут полярников на судне «Фрам» пролегал в том числе по северным владениям Российской империи – вдоль полуострова Таймыр и Новосибирских островов. И русское правительство, заинтересованное в исследовании своей полярной территории, всячески помогало Нансену.
«Представлялось чрезвычайно важным иметь в распоряжении экспедиции хороших ездовых собак», — вспоминал в своих мемуарах Нансен. Он обратился за помощью к русскому исследователю Сибири Эдуарду Толлю. Сначала для Нансена купили 30 западносибирских собак. «Но Толль не остановился на этом. Когда Николай Кельх изъявил желание принять на себя расходы, Толль позаботился купить ещё 26 восточносибирских собак, которые как ездовые считаются лучше западносибирских», – писал Нансен.
Консервы, мармелад и бульоны в кубиках
Для экспедиции Нансена решили оборудовать на Новосибирских островах три эвакуационные базы с продуктами и тёплыми вещами на случай, если полярникам вдруг придётся экстренно возвращаться. «Едва Толль высказал такое мнение, как откликнулся тот же Кельх, он взял на себя и эти расходы; мы встретили сибирское гостеприимство даже на Новосибирских островах», – отмечал в мемуарах Нансен.
Нансен подробно описал, какой провиант он закупал, в том числе на деньги Кельха. «Мы взяли с собой разного рода мясные и рыбные консервы, сушёную рыбу, картофель в консервах и сушеный, всякого рода консервированные и сушёные овощи и фрукты, большое количество варенья и мармелада, подслащенное и неподслащенное сгущённое молоко, стерилизованное сливочное масло, прессованные бульоны разного рода в кубиках, – перечислял Нансен. – Из напитков мы употребляли за завтраком и ужином шоколад, кофе и чай, иногда также молоко, за обедом пили лимонный сок с сахаром или с сиропом».
Немного не дошли до Северного полюса
Полярная экспедиция Нансена длилась с 1893 по 1896 годы. Его судно дрейфовало в направлении Северного полюса, затем Нансен со спутником двинулся на собачьих упряжках. Их одежда превратилась в ледяные панцири, Нансен несколько раз оказывался в ледяной воде при морозе минус 40, обмораживал пальцы. Они не дошли до Северного полюса около 400 километров и повернули назад, но это всё равно стало мировым рекордом того времени. А самое главное, впервые в истории полярных экспедиций все её участники, несмотря на ужасные испытания, остались живы. Мало того, Нансен после изнурительного похода даже прибавил в весе.
Фритьоф Нансен получил мировое признание. Его имя увековечено в десятках стран, Нансену установлен памятник в Москве, в его честь назван проезд на севере русской столицы. При этом своим успехом, а может, и жизнью, Нансен во многом обязан русским энтузиастам и благотворителям, таким, как Николай Кельх.
Счастье и горе Варвары Кельх
…В браке с Варварой у Николая родилась дочь, названная в честь бабушки Юлией. Спустя почти два года семейного счастья — Николай Фердинандович обожал молоденькую жену и был очень рад, когда на свет появилась их дочь, — жизнь Варвары изменилась в один миг: в 1894 году её тридцатитрехлетний муж внезапно скончался. Варвара точно замерла, заледенела в своем страшном горе. И совершенно внезапно, еще не сняв траура, вдруг объявила: она выходит замуж за младшего брата покойного мужа – Александра. Может быть, едва не обезумевшая Варя увидела в нем родные черты? В том же 1894 году прошла тихая свадьба, но Варвара Петровна была холодна ко второму мужу, а затем и к его изменам, увлекшись коллекционированием ювелирных изделий и благотворительностью, а супруга сделав управляющим. В 1904 году Варвара Кельх внезапно уехала в Париж, оставив мужу большую часть своих капиталов и записку, пытаясь объясниться: «Жизнь сложилась наперекосяк». Годы брака — всё ложь! Десять лет назад она чудовищно ошиблась. Варвара всегда любила Николая. Брат не смог его заменить…
Источник: «Юго-восточный курьер» (uv-kurier.ru), «Marga: просто история» (dzen.ru/marga)
