Несколько слов о денежно-выгодном союзе фармкомпаний и науки. Есть удивительный пример: helicobacter pylori — живущая в желудке и двенадцатиперстной кишке бактерия, которую с некоторых пор принято связывать с гастритом и язвой желудка.
Нобелевка за плохо доказанное открытие
Впервые выделена австралийскими учеными Барри Маршаллом и Робином Уорреном в 1982 г., которые через год опубликовали первое посвященное ей исследование, поначалу воспринятое со скептицизмом. Маршалл решил провести эксперимент на себе: он выпил культуру хеликобактер пилори, и через 8 дней эндоскопия показала острый гастрит. На 14-й день он повторил эндоскопию, но обследование не показало наличия helicobacter pylori, а гастрит прошел за неделю без лечения.
Научное сообщество было очаровано: опыт Маршалла вернул их во времена экспериментов Мечникова, Клота и Петтенкофера, а сами якобы ученые придерживались классических постулатов Коха, служащих для выявления причинно-следственной связи между возбудителем и заболеванием:
1. Микроорганизм встречается у больных и отсутствует у здоровых.
2. Его должны выделить и вырастить в чистой культуре.
3. При заражении здоровый человек заболевает.
4. Инфекцию, полученную от зараженного, также должны выделить и вырастить в чистой культуре.
В 2005 г. Маршалл и Уоррен получили Нобелевскую премию «за открытие helicobacter pylori и ее роли в развитии гастрита и язвы желудка».
Почти одновременно с появлением новостей о бактерии японская фармкомпания Taisho разработала антибиотик кларитромицин, устойчивый к кислой среде. Открытие helicobacter pylori пришлось как нельзя кстати: оно обеспечило кларитромицину обширную базу пациентов, а его новизна гарантировала отсутствие устоявшихся подходов к терапии. При этом никаких других преимуществ перед собратьями-макролидами кларитромицин не имел и не мог рассчитывать на рыночную нишу, если бы вдруг не понадобился бы хоть какой-то препарат для «кислой среды».
Продвижение кларитромицина шло одновременно с теорией Маршалла и Уоррена, и к тому времени, как в 1994 г. NIH официально признали бактериальное происхождение гастрита и язвы, он уже занял ключевое место в схемах лечения. (NIH — Национальные институты здоровья (National institutes of health) — учреждение Департамента здравоохранения США, ответственно за исследования проблем здравоохранения и биомедицины, состоит из 27 институтов и исследовательских центров.) Но как показала практика, постулаты Коха в отношении helicobacter pylori не очень-то работали: исследования свидетельствуют, что это самая распространенная инфекция в мире (около 4,4 млрд. носителей), и у более 90 процентов из них никогда не развивался гастрит или язва желудка. Более того, продолжают накапливаться данные о гастрите в отсутствие хеликобактер пилори (например, одно из исследований показывает, что на неассоциированный с ней гастрит приходится как минимум 20 процентов случаев). Даже наличие бактерии необязательно свидетельствует о причинно-следственной связи: заболевания ЖКТ могут быть вызваны другими причинами, но широкое распространение helicobacter pylori позволяет связать с ней большую часть случаев.
Слабый антибиотик, популярный у врачей
Отдельная проблема касается самого кларитромицина: это слабый антибиотик, быстро вызывающий резистентность бактерий и неэффективный для пациентов с быстрым метаболизмом (эффективность у них составляет около 18 процентов). В сочетании с амоксициллином и ингибиторами протонной помпы (препаратами, снижающими выработку соляной кислоты в желудке) его эффективность около 80 проц., без второго антибиотика — чуть выше 50 процентов. 5 издание Маастрихтского консенсуса, публикуемого Европейской группой по изучению helicobacter pylori, рекомендует назначать кларитромицин только тем, кто не принимал его раньше, и только в районах, где резистентность к нему <15 процентов. Но, хотя за последние годы дискуссия вокруг целесообразности его применения оживилась, его все еще прописывают массово. В 2021 г. в США было проведено исследование 1 млн. рецептов, выданных для лечения helicobacter pylori: если гастроэнтерологи выписывали кларитромицин в 80 проц. случаев, то врачи общей практики — в 89 процентах. Резистентность к нему прогрессирует быстрее, чем распространение новых схем терапии и тем более мысли о том, нужно ли лечить бактерию, спокойно живущую в желудке у подавляющего числа людей на планете.
Источник: t.me/viralload
