Мрачная история Марьиной Рощи

0
Сегодня это престижный район Москвы, а когда-то там орудовали банды, находились божедомка и чумное кладбище

Когда-то в глухом лесу на этом месте орудовали разбойники, потом появилось кладбище, а в ХХ веке район облюбовали криминальные элементы – именно там происходит действие сериалов «Место встречи изменить нельзя» и «Марьина Роща», именно там орудовала знаменитая банда «Черная кошка».

Колдовство и воровство

Точно о том, откуда взялось название «Марьина Роща», неизвестно. Этот топоним появился на карте в первой половине XVIII века и указывал на то, что роща находилась вблизи деревни Марьино, которая в свою очередь входила в состав владений села Останкино. В конце XVI века на этом месте была пустошь, а в начале XVII уже возникла слободка Марьино, которая значилась за боярином Иваном Борисовичем Черкасским. Слободка быстро разрасталась и заселялась самыми разными ремесленниками: квасниками, овчинниками, холщевниками, иконописцами, шорниками, резчиками и прочими.

Существуют и другие версии. Так, в начале XV века местность, прилегающая к слободе Марьинской, принадлежала сыну боярина Федора Кошки (предку Романовых и Шереметьевых) Федору Голтяю, который был женат на дочери московского военачальника, и была это боярыня Марья – женщина удивительной красоты, в честь которой и могло появиться название Марьина Роща. Есть легенда, что во времена Голтяя в этих лесах жила ворожея Марья, к которой приходили за помощью в сердечных делах и простые люди, и знатные. Якобы приходившие к Марье уже не возвращались – они становились жертвами дружка колдуньи Ильи (или Ивана).

Легенды переплетались между собой, в некоторых ворожеей Марьей была сама жена Федора Голтяя, которая якобы сбежала со слугой и промышляла в лесу колдовством и грабежом, и закончилось все это тем, что любовник убил то ли мужа, то ли Марью. Конечно, все это уже фольклор.

А вот то, что в лесу на месте нынешней Марьины Рощи промышляли разбойники, – чистая правда. Это сегодня Марьина Роща – близкий к центру престижный район Москвы, а несколько веков назад это была окраина, глухой лес с огромными древними деревьями. Через него купцам с товаром или уже вырученными деньгами приходилось ехать из Москвы в Дмитров и Сергиев Посад и обратно. Говорят, что руководила шайкой разбойников некая атаманша Марья. Надо отметить, что масла в огонь народного воображения в начале XIX века подлил Василий Жуковский, написавший романтический рассказ «Марьина роща» – про ревность, кровь и любовь в треугольнике между красавицей Марьей, певцом Усладой и витязем Рогдаем. Душещипательное повествование просто не могло остаться незамеченным.

Массовые похороны и духи убитых

Неотъемлемая часть истории района связана с кладбищами. В старину хоронить по чести было принято лишь тех, кто умер с покаянием и причастившись. Остальные варианты считались дурной смертью, таких людей не хоронили на обычных погостах, а закапывали где-нибудь в поле, причем хоронить их дозволялось дважды в году: в четверг седьмой недели после Пасхи, то есть, на Семик, или на Покров. Трупы дожидались погребения в так называемых убогих домах – специальной яме с ледником, огороженной кольями и небольшим забором. Такой убогий дом (он же божедомка) был и в Марьиной Роще. Туда со всего города свозили неопознанные трупы, в основном самоубийц, пьяниц и нищих, а также тех, кто умер не своей смертью. Тела складывали в яму и пересыпали льдом, до момента похорон родственники пропавших без вести могли прийти и поискать человека.

В 1750 году по указу императрицы Елизаветы Петровны в Марьиной Роще появилось первое общегородское кладбище, которое назвали Лазаревским. На похороны в Семик туда съезжалось множество людей со всего города – поначалу в основном родственников пропавших. Покойников закапывали без гробов – заворачивали в саван и складывали в траншеи, а потом начинались поминки. Со временем, как это ни парадоксально, люди стали ехать в Марьину Рощу для увеселений: вокруг похорон развилась целая индустрия, состоящая из трактиров, балаганов и гадалок.

Гуляли на самом кладбище, в трактирах, в лесу – в народе верили, что духи заложных покойников, то есть, умерших не своей смертью, не получают успокоения и бродят по свету, преследуя одиноких путников, поэтому гулять предпочитали компанией. Семик также считался праздником русалок, в это время девушки гадали на женихов и приезжали в Марьину Рощу для этого.

Лазаревское кладбище оставалось местом погребения непокаявшихся грешников до эпидемии чумы 1771 года, когда в Москве появилось сразу несколько больших кладбищ, одно из них – Миусское – по соседству. Тогда Лазаревское кладбище оказалось единственным в городе общественным кладбищем внутри Камер-Коллежского вала и вдруг стало престижным. В 1787 году построили церковь Сошествия Святого Духа.

«Вино пенится в бокалах»

Вот как в начале ХХ века описывал это место историк Москвы Алексей Саладин: «Спрятавшись от всякого шума за прочными стенами, кладбище покрылось буйной растительностью. Трава выше пояса – скрывает даже высокие гробницы, и к некоторым могилам можно подойти только с трудом, обжигаясь о крапиву. Вековые березы, липы и тополя, а больше ветлы, дают густую тень. Пни исчезнувших великанов в несколько обхватов, седой мох на стволах старых берез, полусумрак аллей – все это создает из старого «буйвища» своеобразный уголок, не лишенный привлекательности. Здесь так хорошо можно забыться от суетливой действительности и уйти в прошлое, когда кругом были не жалкие домишки столичной бедноты, но глухо шумела задумчивая Марьина роща».

С тех пор, как на Лазаревском кладбище начали хоронить знать, оно интересовало кладоискателей. Ходили слухи о несметных сокровищах, покоящихся в земле, – якобы некая купчиха не хотела расставаться со своими драгоценностями и завещала положить их себе в гроб и прочее-прочее-прочее.

Одна любопытная история, связанная с кладом, действительно имела место. Так, на рубеже XVIII-XIX веков на Лазаревском кладбище была захоронена семья Силы Николаевича Сандунова, основателя знаменитых Сандуновских бань на Неглинной улице. После похорон сыновья Сила и Николай обнаружили, что никакого богатства родители не оставили. Тогда братья Сандуновы начали думать, куда могло деться нажитое состояние, и вспомнили, что мать, умирая, попросила положить в гроб ее любимую подушку. Гроб выкопали, подушку вынули и распороли, но внутри не нашли никаких сокровищ. Тогда братья установили над могилой родителей памятник в виде прямоугольного ящика из чугунных плит, увенчанного чугунным крестом, который обвивали две змеи.

Некоторое время в начале XIX века Марьина Роща была престижным местом, где снимали дачи на лето. Путеводитель 1827 года описывает гулянья на Семик: «На разных местах сей рощи расставлены палатки, там ресторация, здесь комедия, тут горы, в другом месте красиво устроенный домик… Несколько верст в окружности со всеми прелестями неподкрашенной природы составляют место прогулки. Любители рассеянности, подите в толпы около шатров, там найдете пищу оной; любители скромных картин семейственного удовольствия, подите несколько далее, и глазам вашим представятся группы сидящих около самоваров или около вкусных пирогов… Подите теперь еще далее в рощу, и другие уже картины рисуются в глазах ваших: тут буйная юность пирует кругами за полными чашами, вино пенится в бокалах».

Плохая репутация

Но продолжалось это недолго. После крестьянской реформы 1861 года Шереметевы, которым эти земли принадлежали около 150 лет, сдали их в долгосрочную аренду «Поземельному обществу». Деревья нещадно вырубались, чтобы сдавать землю мелким собственникам, начали открываться предприятия, строились некрасивые одно- и двухэтажные деревянные бараки, в которых селились рабочие местных фабрик. Население Марьиной рощи резко возросло, сдавались комнаты и койки, одновременно расцвел и криминал.

«Канализации нет. Очистка нечистот производится примитивным способом – тянутся обозы золотарей, вывозящие нечистоты, распространяя невозможный смрад», – писал в 1912 году посетивший Марьину рощу корреспондент газеты «Московский листок». В ХХ веке за Марьиной Рощей плотно закрепилась плохая репутация. Здесь легче всего было сбыть краденое, подделать деньги и организовать другие незаконные дела. Так, например, жил некий Иван Ланин, который владел домом с вывеской «Экипажное заведение». На деле он обеспечивал транспортом местные бандитские шайки и перепродавал краденых лошадей, которых получал от цыган.

В 1920-1930-х годах в Марьиной Роще орудовала банда «Черная кошка», в романе братьев Вайнеров «Эра милосердия», по сюжету которого был снят легендарный сериал «Место встречи изменить нельзя», почти все ключевые события происходят там. Например, Верка-модистка жила на 7-м проезде Марьиной Рощи, награбленное бандиты прятали во дворе Рижского вокзала, а операция по захвату банды была проведена в подвале магазина на Трифоновской улице. В таком контексте упомянул район и Владимир Высоцкий в песне «Город уши заткнул» – истории вора-рецидивиста:
«Ты увидел, услышал – как листья дрожат,
Твои тощие, хилые мощи, –
Дело сделал свое я – и тут же назад,
А вещи – теще
в Марьиной роще».

Мария Аль-Сальхани, «Мир 24»

Share.

Comments are closed.