Печать страсти. Мода на женские усики

0

В наши дни вряд ли найдется женщина, которую обрадуют появившиеся над верхней губой волоски. Но, как известно, идеалы женской привлекательности меняются и то, что сегодня всех огорчает, столетие-полтора назад считалось эталоном красоты. Да, вы правильно поняли — были времена, когда женские усики были предметом обожания мужчин и зависти других дам.

«Полюбить тебя всякий не прочь»

В середине XIX века поэты и писатели воспевали женскую красоту, украшенную небольшими, аккуратными усиками. Эта деталь казалась всем привлекательной и пикантной. Мода на растительность на женском лице продержалась более чем полстолетия и сошла на нет только в 1920-х годах. Так откуда взялась мода на усатых женщин?

В Средние века образу женщины не уделяли особого внимания, воспринимая прекрасный пол скорее как дополнение к мужскому. Но в XVIII веке все изменилось, и в литературе все чаще стали показывать дам как личностей со всеми вытекающими отсюда эмоционально-психологическими аспектами. В XIX веке тенденция только усилилась, и авторы начали активно рассуждать о женской природе и характерах. Сам Виктор Гюго не избежал этой моды, и именно ему принадлежат такие слова: «Женщина — это глина, жаждущая обратиться в грязь…»

Любящая, заботливая, страстная, рассудительная — все эти женские качества были многократно воспеты и изучены вдоль и поперек. Но как насчет того, чтобы показать в стихах или прозе страстную красавицу? В середине XIX века образ роковой женщины присутствовал в творчестве многих литераторов. Некрасов в своем знаменитом стихотворении «Тройка» писал:

На тебя заглядеться не диво,
Полюбить тебя всякий не прочь:
Вьется алая лента игриво
В волосах твоих, черных как ночь;
Сквозь румянец щеки твоей смуглой
Пробивается легкий пушок,
Из-под брови твоей полукруглой
Смотрит бойко лукавый глазок.

Может показаться, что поэт восторгается пушком как одним из признаков модной в его время красоты. Но это не так — ключ к пониманию сюжета лежит в строке «Полюбить тебя всякий не прочь». Некрасов намекает, что эта женщина не создана для того, чтобы стать верной женой и любящей матерью. Она — объект вожделения на одну, может, две ночи.

В то время, когда поэт написал эти строки, самой желанной женщиной Европы была Лола Монтес — англичанка, весьма успешно выдававшая себя за испанку. Эта авантюристка сумела очаровать российского императора Николая I, прусского короля Вильгельма IV и множество аристократов рангом помельче. О том, что Лола — страстная и умелая любовница, знал каждый мужчина и мало кто в Европе не жаждал в этом убедиться самостоятельно.

Монтес утверждала, что она родом из Испании, не зря — всем было известно, насколько страстные женщины живут в этой стране. Смуглая кожа, иссиня-черные волосы и легкий пушок на верхней губе только убеждали поклонников в правдивости слов английской авантюристки. Лола Монтес ввела моду на женские усики, ставшие признаком страстности, но, как оказалось, сама женщина была от такого украшения не в восторге.

В 1858 году, в своей книге «Искусство красоты», Монтес писала: «Иногда женская красота омрачается неженственным ростом волос на верхней губе и руках, иногда на подбородке…» При этом куртизанка призывала дам как можно скорее избавляться от такого «украшения», чтобы не терять женственность. Сама Лола избавилась от растительности на лице в первую очередь, но мода на женские усики оказалась невероятно стойкой.

Толстой и Бунин одобряли

В 1868—1869 году произошло поистине историческое событие — начал издаваться роман Л.Н. Толстого «Война и мир». Каждый образованный человек считал своим долгом прочесть это произведение, а там… «Ее хорошенькая, с чуть черневшимися усиками верхняя губка была коротка по зубам, но тем милее она открывалась и тем еще милее вытягивалась иногда и опускалась на нижнюю. Как это всегда бывает у вполне привлекательных женщин, недостаток ее — короткость губы и полуоткрытый рот — казались ее особенною, собственно ее красотой…»

Героиня Толстого княгиня Болконская была с усиками. Невероятно популярное произведение, ставшее еще при жизни автора классикой литературы, сделало усики маркером женской красоты и страсти. Авторитет автора, глыбы Толстого был настолько велик, что никто и не подумал усомниться в его словах. Отныне мода на волоски над губой стала массовой и мужчины открыто восхищались этим признаком страстности.

Другие литераторы не отставали от Льва Николаевича — Иван Бунин в своем «Чистом понедельнике» также подарил своей героине признак страсти: «Пушок на ее верхней губе был в инее, янтарь щек слегка розовел, чернота райка совсем слилась со зрачком — я не мог отвести восторженных глаз от ее лица…»

Масла в огонь добавили исследования, проводившиеся в самом начале XIX века в Венском университете, который когда-то окончил Зигмунд Фрейд. Там изучали железы внутренней секреции, в том числе и женские, и доказали, что волоски над верхней губой появляются под действием гормонов. Эта новость была воспринята как подтверждение всеобщего мнения о страстности таких женщин.

При этом, как ни странно, в изобразительном искусстве образ женщины с усиками популярен не был. Наоборот, такое украшение женского лица считалось признаком вульгарности. Вы не найдете портретов «усатых» женщин, созданных в XIX-ХХ веках, за исключением работ Фриды Кало. В 1930-х годах художница создала несколько автопортретов с затемнением на верхней губе, которое можно воспринимать только как воспетые Толстым «черневшиеся усики». Искусствоведы считают, что Фрида Кало специально противопоставляла народное искусство Латинской Америки причесанному европейскому стандарту, провоцируя и издеваясь над гладкой эстетикой.

Источник – bigpicture.ru

Share.

Comments are closed.