Анастасия Стоцкая: «Женщине сложнее дается мужской образ»

0

Делиться опытом, помогать советом — эта задача для певицы и актрисы Анастасии Стоцкой была новой. Но она с ней справилась! Что ж, пора поделиться впечатлениями.

— Расскажите для начала, как вы общались, к примеру, с незрячим музыкантом из Борисоглебска Алексеем Геращенко, который примерял на себя образ Рэя Чарльза?
— Алексей и Рэй — это два абсолютно разных человека. Но есть нечто их объединяющее: оба — замечательные музыканты, мультиинструменталисты, оба совершенно особым образом слышат музыку. Конечно, поначалу я волновалась, смогу ли найти верный тон в общении с Алексеем. Но он оказался талантливым человеком с хорошим чувством юмора и, что особенно важно, иронии. Человек он независимый во всем, и в творчестве тоже. И по городу передвигается самостоятельно, без сопровождающего. А когда выяснилось, что у нас есть общие знакомые (он знает мою бывшую бэк-вокалистку), нам обоим показалось, что мы сто лет знакомы. Для меня такое общение — очень дорогой опыт, и я рада, что образ Рэя Чарльза у Алексея получился невероятно органичным — действительно один в один!
— Образы каких артистов даются конкурсантам лучше?
— Тут нет закономерности. Важнейший из всех факторов, на мой взгляд, — это насколько предлагаемый образ изначально близок человеку. Понятно, что природное сходство в пластике и внешнем типаже облегчает задачу, но и тут всегда есть доля случая: получится — не получится, сложится — не сложится. Номер, песня, артист, костюм, голос, пластика — все должно совпасть в единое целое. А это не так просто, как кому-то может показаться.
— А вам самой над какими образами было сложнее всего работать?
— Конечно, женщине всегда сложнее дается мужской образ. Здесь дело и в пластике, и в голосе, и в неуловимых деталях в поведении. В общем, мужчине имитировать женское пение и говор куда легче, чем женщине — мужское. Но вообще-то любой образ требует скрупулезной работы, точности наблюдения, погружения. Мало увидеть пару-тройку видеозаписей. Изучаешь биографию, смотришь выступления своей персоны, читаешь интервью — проникаешься! Интересно было работать над перевоплощениями в Анну Герман, Тамару Гвердцители, Людмилу Зыкину. Глубокие, тонкие и очень нежные натуры. Еще мне очень хотелось показать Леди Гагу, но все не везло: этот образ выпадал моим коллегам. Зато в нынешнем сезоне Леди Гагу показывает моя подопечная!
— Пародия и перевоплощение: где граница между ними?
— Есть артисты, чья природа обаяния такова, что так и хочется спародировать их с легкой долей иронии. Разумеется, ни в коем случае не обижая. А есть те, на кого шарж просто неуместен. Сколько было пародий на Аллу Борисовну. Кажется, надень парик, подсмотри пару жестов — и готово. Ан нет, не дается! У нас же, повторю, шоу перевоплощений. Что предполагает тонкую, детальную, глубокую актерскую работу, где все начинается с пластики и голоса, а заканчивается костюмом, макияжем и подачей на сцене. Кстати, в прошлых сезонах в Аллу Пугачеву замечательно перевоплощались Анита Цой, Юлия Началова.
— Не могу не спросить, как воспринял себя в вашем исполнении Филипп Киркоров?
— Не сказать, чтобы пришел в полный восторг — скорее сдержанно похвалил. Я и сама считаю тот номер не самым своим удачным, хотя старалась. Тут ведь есть своя предыстория. Становиться певицей я не собиралась, это Филипп предложил мне попробовать себя на этом поприще в мюзикле «Чикаго». Я согласилась, и мы параллельно стали готовиться к конкурсу «Новая волна» в Юрмале, где я победила. Помню, у меня перед выходом на сцену тряслись коленки от испуга, а Филипп стоял за кулисами и подсказывал мне в наушники, что сделать, куда пойти.
Вообще с учителями мне везло. С благодарностью вспоминаю Галину Николаевну Кайгородову, худрука детского ансамбля в Киеве, где я девчонкой танцевала и пела народные песни. Она заставляла нас худеть и работать на пределе возможностей, была строга, но как мы ее любили! И моего мастера в ГИТИСе Сергея Проханова всегда помню. И, конечно же, Филипп Киркоров, который увидел меня в спектакле и стал заниматься мной как продюсер.
— Повлиял ли каким-то образом старший брат Павел Майков на вашу артистическую карьеру?
— Когда он решил поступать в театральный институт, я тут же сказала, что тоже хочу. А когда он поступил, постоянно вращалась в его студенческом кругу. Смотрела экзамены и дипломные спектакли, общалась с его однокурсниками. Переехав из Киева в Москву, поступила в хореографическую студию при «Театре Луны» Сергея Проханова. Окончив школу, поступила к нему на курс в театральный институт. Вот и судите, повлиял или нет.
— Еще один экскурс в прошлое. Когда-то, на заре карьеры, вы спели песню «Смятение» в проекте, посвященном 30-летию диска Давида Тухманова «По волне моей памяти». С чего вдруг, это ведь хит не вашего поколения?
— Знаете, я могу петь и слушать любую музыку — и «Руки Вверх!», и Басту, и классику, и джаз. Хотя воспитывалась на том, что слушали мой брат и папа, — Led Zeppelin, битлы, Лайза Миннелли. Давид Тухманов — не из кумиров моего поколения, но он классик эстрады 1970-х, а диск, который вы упомянули, — одно из самых ярких музыкальных событий того десятилетия. Кстати, может, именно такая всеядность и дает возможность работать над перевоплощениями?

Нина Катаева http://trud.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты