Необыкновенная история «Золотой Адели»

0

Эту картину называют австрийской Моной Лизой

В этой истории участвовали знаменитый художник Густав Климт, роковая женщина Адель Блох-Бауэр, ее племянница Мария Альтман, картина стоимостью 135 миллионов долларов, правительства США и Австрии.«Портрет Адели Блох-Бауэр I». Худ. Г. Климт, 1907. С сайта commons.wikimedia.org

Cамодовольная и элегантная
Отец Адели, Мориц Бауэр, крупный банкир, председатель Ассоциации австрийских банкиров, долго искал достойных женихов для своих дочерей, и выбрал братьев Фердинанда и Густава Блох, занимавшихся сахарным производством и имевшим несколько предприятий, акции которых непрерывно росли.
Адель Бауэр в 1899 году, будучи 18 лет от роду, вышла замуж за значительно более старшего по возрасту Фердинанда Блоха. До этого ее сестра Мария вышла замуж за брата Фердинанда — Густава. Обе семьи взяли фамилию Блох-Бауэр. Мария Альтман, племянница и наследница Адели Блох-Бауэр, описывала свою тетку так: «Постоянно страдающая головной болью, курящая, как паровоз, ужасно нежная и томная. Одухотворенное лицо, самодовольная и элегантная».
Семья Фердинанда и Адели принадлежала к избранному слою крупной еврейской буржуазии того периода. В их салоне собирались живописцы, писатели и такие известные социал-демократы, как Карл Реннер и Юлиус Тандлер. В число художников, которых поддерживала семья Блох-Бауэр, входил и Густав Климт. Их дружба началась в 1899 году. Адель Блох-Бауэр четыре раза становилась моделью для картин и не подозревала, что помимо всемирной славы ее имя будет замешано и в скандале.
Уже в 1901 году Климт написал «Юдифь I», для которой послужила моделью сама Адель Блох-Бауэр, хотя этот факт нигде не афишировался. Через восемь лет Климт написал «Юдифь II». Обе картины являются воплощениями роковой женщины Климта. Его Юдифь – не библейская героиня, а скорее, жительница Вены, его современница, о чем свидетельствует ее модное, возможно, дорогое шейное украшение.
Картину «Юдифь II» часто в каталогах и журналах называют «Саломеей». Искусствоведы были уверены, что Климт имел в виду именно ее, роковую женщину. Друг художника Альфред Басс записал в своем дневнике: «Когда я увидел «Саломею» Густава – я понял, что все женщины, которых я знал до сих пор, были ненастоящими. Когда я увидел его «Поцелуй» – понял, что не любил никогда по-настоящему. Когда я увидел эскиз к «Юдифи» – осознал самое страшное, что и не жил я вовсе, а если и жил, то ненастоящей жизнью».

«Юдифь и голова Олоферна». С сайта commons.wikimedia.org

Месть ревнивого мужа
Роман Густава и Адели был бурным и вся Вена обсуждала подробности их не очень-то тайных свиданий. Адель легко закрывала глаза на то, что она была далеко не единственной женщиной, с которой у Климта были отношения. Для нее казалось малозначимым даже то, что она была замужней дамой, и ей следовало бы соблюдать хоть минимальные правила приличия, но ради скоротечных мимолетных встреч с Климтом Адель забывала обо всем мире.
Фердинанд Блох-Бауэр отчаянно хотел отомстить жене за пренебрежение их браком. И, после недолгих размышлений, его осенила довольно необычная идея. Зная, насколько быстротечны чувства Густава Климта ко всем женщинам, с которыми у него были отношения, Фердинанд понял, что и чувства к Адели очень скоро начнут угасать. Легенды о похождениях Климта и истории о том, насколько он искусный любовник и обольститель, уже много лет гуляли по Вене… да что там по Вене, по всей Европе. Поэтому, весь план Блох-Бауэра состоял в том, чтобы Адель, при каждой новой встрече с художником и каждым следующим наброском, сама видела, как постепенно остывают к ней чувства Климта, и переживала те же страдания, что пережил и сам Фердинанд.
В следующие четыре года художник создал более ста набросков для картины, прежде чем в 1907 году смог представить на всеобщее обозрение свою «Золотую Адель», на которой модели было 26 лет. Идею картины художник придумал сразу, а сто набросков понадобилось, чтобы точно определить положение рук и головы.
Фердинанд был доволен. Картина полностью отвечала его замыслу. Они с Аделью повесили ее в гостиной их венского дома. Отношения Климта и Адели плавно угасли. Через некоторое время после начала работы над картиной женщина заболела, и Климту приходилось делать затяжные перерывы в работе.
Адель много курила, чаще всего проводя целый день не вставая с постели. Бог так и не дал им с Фердинандом наследников. Она пыталась родить три раза и каждый раз дети умирали. Всю свою нерастраченную материнскую любовь Адель перенесла на детей своей сестры, особо выделяя свою племянницу Марию Блох-Бауэр. Мария часто приходила посидеть с больной тетей, они обсуждали последние веяния моды и фасоны платьев для первого бала Марии. А также картины художника Климта, которых в доме Адели и Фердинанда набралось уже более десяти штук.
Время шло, приближалась Первая Мировая война. «Золотой период» в жизни Климта кончился, уступив место удручающим картинам с изображением смерти и конца света. Густав очень тяжело переносил события, происходящие в мире. Война повлияла на него губительно. И в возрасте 52 лет, в 1918 году Климт внезапно умер от удара в своей мастерской, на руках у своей извечной спутницы Эмилии Флегэ.
Адель пережила его на семь лет и умерла в 1925 году после менингита. Перед смертью она попросила Фердинанда завещать три картины, в том числе и «Портрет Адели Блох-Бауэр», венскому музею Бельведер. Фердинанд жил один, жизнь его становилась все тяжелее и тяжелее, поскольку Австрия вошла в состав Германии в 1938 году, и нацисты начали охоту на австрийских евреев. В этом же году Фердинанду удалось бежать в Швейцарию, бросив все свое имущество на попечение семьи брата.

Густав Климт. С сайта ceskatelevize.cz

В руках нацистов
Когда племянница Адели Мария была подростком, ее связывала нежная дружба с Алоисом Кунстом из гимназии, что была неподалеку от той, где она училась. Она часто приглашала его в дом своей тети, и они вместе рассматривали картину. Но замуж Мария вышла за другого: Фредерик Альтман был оперным певцом, сыном крупного промышленника. Когда нацисты начали охоту на австрийских евреев, Фредерика схватили и отправили в гестапо. Немного позднее он оказался в концентрационном лагере в Дахау. Гестаповцы ворвались в дом Марии в Вене и забрали все драгоценности, виолончель Страдивари, а бриллиантовое колье Адели просто сунули в мешок (были очевидцы, что в этом колье несколько раз потом появлялась на людях жена Генриха Гиммлера). Мария ничего не жалела и сразу подписала все нужные бумаги, в которых отказывалась от всего движимого и недвижимого имущества, она готова была сделать все, только чтобы спасти мужа от смерти.
Мария ждала, что со дня на день заберут и «Золотую Адель». Она почти не удивилась, когда за картиной, в сопровождении отряда гестаповцев, пришел ее школьный друг Алоис Кунст. Тот вместе с нацистами собирал коллекцию живописи, часть которой осела в тайниках и подвалах Третьего рейха. Адольф Гитлер, оказывается, положительно относился к творчеству Густава Климта, но в свою коллекцию он его картину не взял. Бережно хранимая Алоисом Кунстом, в идеальном состоянии она всплыла после окончания войны и поселилась в центральном музее Бельведер в Вене. А Алоис Кунст стал директором этого музея.
Фердинанд Блох-Бауэр умер в ноябре 1945 года, в полном одиночестве. И никто из родственников не смог проводить его в последний путь. Марии с мужем повезло, потому что следователем в гестапо был знакомый Альтмана, с которым Фредерик занимался альпинизмом и однажды спас его, вытащив из пропасти. Они бежали по поддельным документам. Гестапо преследовало их. Мария вспоминала, как в самолете, который вылетал из Вены в Лондон и уже вырулил на взлетную полосу, вдруг выключились двигатели и вошли вооруженные гестаповцы с автоматами. Альтманы сидели, вцепившись в кресла, они думали, что это за ними. Но нет, вывели кого-то другого. Мария Альтман бережно хранила порванные чулки, в которых они с мужем перелезали через колючую проволоку, она считала их символом своей свободы. Супруги Альтман перебрались сначала в Англию, а потом в США. Через некоторое время Мария получила американское гражданство.

Борьба за картину
Все было спокойно до тех пор, пока настырный журналист Хубертус Чернин не откопал завещание Фердинанда Блох-Бауэра, оставленное перед смертью в Швейцарии, которое отменяло все предыдущие его завещания. В нем Фердинанд завещал все свое имущество своим племянникам – детям брата Густава Блох-Бауэра. Капитал, по его мнению, должен был работать на семью. На тот момент в живых осталась одна Мария, да и той уже было за 80 лет. Но Хубертус понимал, что это его звездный час. Несмотря на свое графское происхождение, он был беден, но любил жить на широкую ногу. Он понимал, что американская миллионерша отвалит неплохую сумму за такую информацию. Так оно и произошло. Мария считала себя вечной должницей перед ним.
Открытие, сделанное журналистом, вызвало широкий резонанс в СМИ, которые начали разоблачать послевоенное австрийское правительство. Власти разрешали собственникам конфискованных нацистами ценностей вывозить их из Австрии в обмен на передачу части коллекции государству. В результате правительство приняло новый закон о реституции, согласно которому жертвы войны могли претендовать на возвращение всей собственности, находящейся в государственных музеях. Таким образом Марии Альтман удалось вернуть пять знаменитых полотен Густава Климта, ранее принадлежавших ее дяде.
Мария Альтман боролась за право собственности на картины почти восемь лет. Специальная комиссия, созданная Министерством культуры Австрии, постановила вернуть Альтман 16 рисунков Густава Климта и 19 предметов из коллекции фарфора. Вернуть портреты комиссия отказалась.
Но после многолетнего судебного процесса Мария получила в рамках этого закона пять картин Густава Климта, принадлежавших её дяде и находившихся в австрийской галерее замка Бельведер, среди которых был также «Портрет Адели Блох-Бауэр». Австрия предприняла беспрецедентные в истории государства меры, чтобы картины остались в Австрии. Велись переговоры с банками о займе на покупку картин. Кроме того, правительство страны обратилось к населению с просьбой о помощи, намереваясь выпустить «облигации Климта». Общественность объявила подписку по сбору средств. Пожертвования стали поступать, и не только от австрийцев. Правительство Австрии почти собрало требуемую сумму. Поднятый вокруг картин ажиотаж взвинтил их рыночную стоимость, и Мария решила поднять цену до 300 млн. долларов.
Картину пришлось отдать владелице. Проводить «Золотую Адель» пришли тысячи жителей Вены, люди съезжались со всей Австрии. Толпы выстроились вдоль улиц, по которым в бронированных автомобилях вывозили реликвии. Некоторые люди плакали. Шутка ли, портрет Адели был символом Австрии на протяжении почти 100 лет. Через некоторое время за 135 миллионов долларов Мария Альтман продала «Портрет Адели Блох-Бауэр» Рональду Лаудэру, владельцу парфюмерного концерна «Эсти Лаудэр». Он построил новый дом для «Золотой Адели», который назвали Музеем австрийского и немецкого искусства, и теперь картина находится там.
Журналист Хубертус Чернин так и не смог воспользоваться полученными деньгами от Альтман, он умер через четыре месяца после вывоза картин Климта. Мария умерла в 2011 году в возрасте 94-х лет. История Альтман стала сюжетом для трёх документальных фильмов. «Adele’s Wish» режиссёра Терренса Тернера, мужа внучатой племянницы Альтман, был выпущен в 2008 году. В фильме использованы интервью с Альтман, её адвокатом и ведущими экспертами со всего мира. Лента «Кража Климта» была выпущена в 2007 году. Она показала интервью с Альтман и другими людьми, которые были тесно связаны с этой историей. Материалы о Марии включены в документальный фильм «Похищение Европы» о нацистском грабеже европейского искусства. В 2015 году вышел фильм «Женщина в золотом», посвященный Альтман. Её роль сыграла Хелен Миррен.

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам http://Izbrannoe.com, http://Elendor.com.ua, «Википедия» ( http://ru.wikipedia.org)

Поделиться.

Ответить

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.